Андрей Белянин – Сборник «Гаврюша и Красивые» [2 книги] (страница 26)
— На тебе! На тебе! — вопил он. — Не расти больше! Слышь, дерево? Хватит!
Увы, лимон оказался сильнее. Медленно и верно Гаврюшу затаскивало в спальню. Егор схватил приятеля за воротник и тщетно попытался тянуть в противоположную сторону. С тем же успехом можно было пытаться отобрать добычу у крокодила.
— Пусти, Егорка, друг серде-э-эшный! За-ду-шишь же-э-э…
— Прости, а что делать?!
Гаврюша понял, что выхода нет, бросил последний взгляд на рыдающего мальчика и во весь голос заорал:
— Козлюк, спаси нас! Спаси, помилуй, Кондратий Фавнович!
В кладовке Красивых, похожей на встроенный шкаф, сверкнула синяя молния. Блестящая дверца открылась, и в клубах волшебного пара, кашляя, будто сломанный мотоцикл, появился старичок в звёздно-голубом одеянии и пожёванных туфлях.
— Ага-а! — обличающе закричал инспектор по чародейским делам. — Жареным пахнет! Чую-чую!
Егор не знал, как себя вести в такой ситуации, и поэтому просто вежливо сказал:
— Здрасте.
— Жареным пахнет, жареным пахнет! — словно дразнилку, повторил дед Кондрашка, не обращая ни малейшего внимания на мальчика, и торжественно ступил в квартиру. — Допрыгался! Добаловался! Доигрался, дурачок!
— Как хорошо, что ты пришёл, дедушка Кондратий! Мы почти пропали.
Старенький чародей, похлопывая себя по ноге магическим жезлом, остановился полюбоваться на мучения домового. Складывалась сложная дилемма — стоит ли наказывать повесу, раз уж он сам себя вот так наказал?
— Ты нам поможешь? — жалостливо спросил Егор и упал, пытаясь оторвать настырную ветку. — Гаврюша дал честное слово, что больше не будет!
Кондратий моргнул и присел, держась за коленки, — его трясло от смеха:
— Ух-ха-ха-ха-ха-ха! Ох-хо-хо-хо-хо-хо!
Он потянулся к первокласснику, вытирая выступившие слёзы.
— Поди сюда, мальчик, я тебя обниму! Какой же ты смешной! У меня чуть подштанники не лопнули! Ты сам подумай — где Гаврила, а где честное слово?!
— Не бросай, Егорка-а, — прохрипел домовой, стянутый ветками по рукам и ногам. — Уговори его, а не то сгину во цвете лет!
Красивый-младший храбро подошёл к деду, тот слегка обнял мальчишку и погладил по голове.
— Э-э-эх, чего не сделаешь ради таких вот ангелочков, — прокряхтел Кондрашка и стрельнул розовым лучом в сторону спальни.
Страшное лимонное дерево тут же исчезло. Как и страшные зелёные путы, связавшие рыжего домового.
— Ну, рассказывай, бедный ребёнок, что на этот раз натворил мой недопоротый Гаврила?
И Егор повёл волшебного инспектора смотреть на странных созданий. Показал пылесос, привязанный проводом к батарее, ползающий веник с повадками кобры и мочалку, трущуюся о запуганного Маркса. Все три жертвы неумелого колдовства, несомненно, доставляли радости…
Насмеявшись до икоты, Кондратий Фавнович, ко всеобщему удовлетворению, вернул вещи в изначальное состояние. Когда мочалка безвольно повисла на Марксе, инспектор упал на диван, запрокинул голову, руками схватился за живот, а ноги раскидал по ковру. Мочалка почему-то развеселила его больше всего. Наверное, это из-за Маркса, кот имел вид самого несчастного и обманутого ловеласа с корвалолом в лапах…
Кот вылил в блюдце успокоительное и вылакал в две минуты. Чёрный хвост с белым пушком мотало во все стороны. Нервы.
— Койвалольчику? — предложил он Кондратию Фавновичу. — Там у хозяйки ещё пйипйятано, я знаю где…
Старик подержался за сердце, натруженное в процессе жизнеутверждающего смеха, и согласно кивнул. Под колпаком на лысине у него оказалась железная кружка — как у фокусника. Он перенёс кружку на столик, взял пустую склянку из-под корвалола, дотронулся до неё жезлом, и она самопроизвольно наполнилась лекарством. Кондрашка накапал себе пять капель.
— В вашем возйасте положено тйидцать, — заметил внимательный кот.
Кондрат Фавнович прицокнул языком и, не скрывая восхищения, сказал:
— Это ж надо, какие бесценные коты моим разгильдяям достаются!
Баюн не сдержался и довольно замурлыкал. Приняв корвалольчику, козлоподобный сын фавна (не зря отчество у него такое) спрятал пустую кружку под колпак и, насвистывая под нос весёленький мотивчик, вернулся к Егору и Гаврюше.
Друзья тихо и смиренно ждали его решения.
Инспектор слегка раскачивался на пятках, щёки его порозовели, а с лица не сползала блаженная улыбка. Он всё глядел на мальчика и домового, задумчиво мыча, словно не знал, с чего начать.
— Козлюка не обманешь! — наконец объявил чародей и задрал подбородок. — Больше, Гаврила, меня не зови, сам расхлёбывай. Заклятие остаётся на тебе! Хоть и с дефектом оно, а работает. Так даже лучше… Будешь далее безобразничать — напишу куда положено, и ты с домовых клубком в подвальные полетишь! Внял? То-то!
Кондратий сделал несколько жевательных движений, отчего бородка весело заплясала. Егор было хихикнул, прикрыв рот ладошкой, да Гаврюша толкнул его локтем — смеяться было опасно.
В тот момент раздался щелчок отпираемого замка. Мальчик и домовой обернулись и увидели, как открылась дверь, появился первый набитый продуктами пакет, затем бабушка, а потом второй.
В кладовке блеснула молния, и чародейский инспектор исчез.
— Как вы здесь, золотые мои, держитесь? — ласково справилась Светлана Васильевна, имея в виду кота и внука. Гаврюшу она по-прежнему считала нелепой выдумкой.
Егор по привычке проверил содержимое пакетов.
— Нормально. А у тебя как дела? — спросил он, понимая, что об утренних приключениях лучше умолчать.
— Ох, и не спрашивай! Что может быть хорошего в наших поликлиниках? Дурдом!
"У нас дома тоже", — подумал мальчик, качая головой.
— Киса-киса-киса! — позвала Светлана Васильевна, но Маркс не вышел, он крепко дрых, втихую допив корвалол, оставленный волшебником…
В этот день до самого вечера бабушка хлопотала на кухне, создавая шедевры кулинарии. Вечером, когда все собрались и поужинали, Глаша забралась в душ, а мама убеждала бабулю оставить кухню ей и отдохнуть.
— На том свете отдохну, — обрезала заслуженная пенсионерка и набросилась на грязную посуду.
Вал Валыч неожиданно обнаружил новый пылесос привязанным к батарее в комнате сына. Что поделаешь, ребёнок любит играть, и у него богатая фантазия. Не понравилось папе, что, когда он его отвязывал, шланг пылесоса самостоятельно издавал странные звуки, похожие на трубный рёв слона.
— Заводской брак, что ли? — расстроился Вал Валыч и унёс пылесос в кладовку.
Глаша любила как следует помыться, растереть спину шершавой мочалкой с верёвочками и негромко попеть модные хиты. Но в этот раз её почему-то отвлекали бесконечные мяуканья.
— Марксик? — позвала она, ища взглядом усатого баюна.
Никого.
Но мы-то знаем, кто сказал "мяу"…
После мытья посуды бабушка решила смести несколько соринок на кухне, но не тут-то было. Веник, привычно лежащий под мойкой, почему-то оказался свёрнутым в кольцо. Мама озадаченно держала веник в руках, а бабушка стояла рядом, подпирая кулаком подбородок.
— У нас в стране, Сашенька, как видишь, не только лекарства подделывают, — объяснила Светлана Васильевна. — Я с этим разберусь. Чек сберегла?
— Мама, какой чек?! Этому венику сто лет в обед, я его еще до свадьбы покупала!
— Значит, от возраста скрючило, — задумчиво сказала бабуля и махнула рукой. — Пойду прилягу, скоро и сериал мой начинается.
Она взяла чашку чая, пакет с зефиром и потопала в гостиную к телевизору. Бабушка водрузила сладкое на стол и плюхнулась на диван, предвкушая вечерний просмотр. Проснувшийся кот перелез поближе к хозяйке, греть меховой живот.
Однако что-то упёрлось ей в поясницу, мешая нормально сидеть. Пошарив рукой, она извлекла из-под себя светящийся предмет, хорошо известный чародеям и ученикам села Гремучего, но совершенно незнакомый простой московской пенсионерке.
— Егор! — громко позвала Светлана Васильевна. — Это кто тут игрушки разбрасывает?
Красивый-младший влетел в гостиную и остолбенел.
— Забирай и всегда клади на место. — Бабуля протянула внуку магический жезл, полагая, что это самая обычная игрушка. — В следующий раз в мусорное ведро выброшу. Понял?
Мальчик сглотнул, бабушка была способна и не на такое.
Пять минут спустя Егорка, как мышь, сидел в своей комнате на полу, среди машинок, пиратов и чудовищ, подобрав ноги, и смотрел на волшебную палочку. Локти упирались в колени, а кулаки в щёки.
Он думал про Гаврюшу, про дедушку в смешном колпаке и про то, что будет, если взять волшебную палку и начать колдовать. Розовый свет заполнял комнату, у Глаши за стенкой негромко играл магнитофон, а вообще было тихо и чуточку жутко.
Первоклассник никак не мог решить: что ему делать с ценной находкой?