Андрей Астахов – Чейзер (СИ) (страница 48)

Я вышел из вонючей лавки вполне довольный результатом. Итак, Борг все же был в Бэкуотере и наверняка Жанин Гроу была с ним. У Борга и Клемана какие-то секретные дела — наверняка, темные и незаконные, если аптекарь вдруг отказался продавать мне зелье. Моя фраза про приятеля-алхимика оказалась очень удачной — Клеман наверняка подумал, что я либо охочусь за секретами Борга, либо за самим Боргом. Но прежде успел проговориться про Источник Молодости. Отлично, просто великолепно!

Десять минут спустя я узнал от местных жителей все об этом месте. Источник Молодости находится совсем недалеко от Бэкуотера и во всей округе почитается, как святой — его вода омолаживает и исцеляет, поэтому на источнике можно встретить паломников со всего Вальзерата и окрестных земель. Кроме того, за пару медяков мне подробно объяснили, как добраться до родника.

доехал до места за час. Окрестности Источника Молодости оказались очень живописными. С трех сторон — залитые солнцем цветочные луга, через которые я ехал к источнику, с четвертой густой сосновый лес, раскинувшийся вправо и влево до самого горизонта. Протоптанная паломниками грунтовая дорога привела меня в тенистую, заросшую сиренью, бузиной и маленькими елочками низину, где под корнями огромного древнего дуба находился исток родника. По сторонам от дуба были установлены грубо вырезанные из дерева статуи Вечных, покрытые незнакомыми мне письменами и символами, а перед самим дубом был устроен алтарь для подношений. С ветвей дуба над алтарем свисали разноцветные ленточки и полоски материи, привязанные паломниками. Прозрачная ледяная вода собиралась ниже алтаря в устроенной из больших каменных глыб запруде и дальше стекала между камнями ручьем в сторону леса, теряясь между соснами.

Красивое место. Прямо тебе средняя полоса России поздней весной. Воздух такой свежий, ядреный, полный запаха трав. И тишина тут такая, что просто в ушах хрусталем звенит. Построить бы здесь дом и жить в счастье и покое долго-долго, до самой смерти…

Я напился сам, напоил Грига и встал у родника, размышляя, что мне делать дальше. Ну приехал я, ну посмотрел на этот источник, и что? Было бы смешно думать, что Борг и его спутница, если они даже были тут, оставили что-то такое, что может направить меня по их следам. Да и нет никаких следов. Тупик. Можно возвращаться обратно в Бэкуотер и…

Опаньки, а что это такое?!

Я увидел на одной из ветвей женский белый газовый шарфик с кистями. Тот самый, что красовался на шее Жанин Гроу на портрете в медальоне, который показывал мне папаша-кондитер.

Я протянул руку, распустил узел и стащил шарф с дерева. Никаких сомнений, это был шарф Жанин Гроу. Вряд ли бы какая-нибудь другая паломница-босоножка оставила на дереве такую дорогую вещь. Совсем новый и чистый — значит, повязали его недавно. Я понюхал шарфик: от него пахло сыростью и пылью. Жаль, у меня нет собаки-ищейки, возможно, ей удалось бы взять след. Хотя…

— Не смей их снимать! — проскрипел за моей спиной возмущенный тенорок.

Я обернулся. Ко мне ковылял дряхлый, одетый в живописные лохмотья белобородый и беловолосый старец, чрезвычайно возмущенный и потрясающий узловатой клюкой, как мечом.

— Не смей! — повторил он. — Это не твое!

— Виноват, папаша, — ответил я. — Все понимаю и святотатничать не собирался. Но это шарфик моей невесты. Я ищу ее, понимаешь?

— Дай сюда! — Старик выхватил у меня шарфик. — Если твоя невеста была тут, в ее воле было пожертвовать великому дубу Альбероку и Источнику свою вещь. И не тебе отнимать у них дар сей девы!

— Никто ничего не отнимает, дедушка. Ты успокойся и перестань дрючком своим махать. И помоги мне, прошу тебя.

— Найти беглянку хочешь? — Старик все же опустил клюку. — А не поздно ли ты хватился?

— В смысле?

— В беде твоя любимая. В большой беде. Вряд ли ты ее спасешь.

— Слушай, дедуня, давай без загадок. Рассказывай, что знаешь.

— Дуб Алберок все видел и рассказал мне. — Дед таинственно сверкнул глазами. — И еще ткань эта поведала то, что скрыто от тебя. Позади у твоей невесты счастье, любовь и радость. Впереди вечная Тьма.

— Ты не каркай, отец, по делу говори.

— А я и говорю по делу. Или ты совсем идиот? Я видел их тут, подле Источника Молодости. Маг с ней был. Темный маг. С Тьмой в сердце. Ему нужна живая вода, но он не может получить ее, потому что заражает ее скверной и превращает в яд. А непорочная дева может набрать воды. Маг послал твою невесту к роднику, а сам стоял наверху, у границы святой земли.

— Мага зовут Езекия Борг?

— Его настоящее имя неважно. Он служит Тьме, и его имя проклято и забыто.

— Дедушка, дорогой ты мой, ты скажи, где мне Жанин искать? Как мне ее спасти?

— Ты опоздал. Ее не спасти уже. Если только…

— Что "если только"?

— Черный маг должен умереть до окончания лунного месяца. Убьешь его — спасешь свою невесту.

— И где мне их искать?

— Маг странствует, страшась остановиться, ибо возмездие идет за ним по пятам. Поэтому продолжай свой путь, и найдешь его.

— Эх, дедушка, загадками говоришь! А мне так нужна помощь.

— Помощь тебе и впрямь нужна. — Тут старик как-то странно посмотрел на меня. — Тень Ковена над тобой. Берегись силы ведьм!

Я хотел ответить, но тут случилось непонятное. То ли старикашка странный что-то со мной сделал, то ли таково было действие магического места, но я будто выпал на время из реальности. Как сознание потерял, а когда очнулся — старика уже не было. Исчез, перечник старый, будто не было его.

— Эй! — позвал я, прекрасно понимая, что поздняк метаться, и дедушка уже не отзовется. — Отец, ты где?

Кроме крика сорок, журчания воды и шелеста листвы под ветром я ничего не услышал. Все будто приснилось. И шарф — он исчез. Таинственный старик забрал его с собой.

Оставаться у источника больше не имело смысла. Я вывел Грига наверх, сел в седло и пустил коня шагом в сторону Бэкуотера. Так я проехал, наверное, с полкилометра, и тут заметил впереди облако пыли. Его подняли три всадника, скакавшие в мою сторону.

Между нами оставалось метров пятьдесят, когда всадники из колонны перестроились в шеренгу, охватывая меня с флангов. Что-то мало они походили на паломников, скорее на бандитов — испитые грязные морды, нечесанные патлы и бороды, доспехи из звериных шкур и сыромятной кожи.

— Стой, господин хороший! — скомандовал мне главарь этой троицы, направляя на меня арбалет. — Не спеши, удели время сирым и убогим!

Его спутники дружно заржали. Я быстро перебросил мечи со спины под левую руку, готовясь к бою, но небо вдруг рванулось мне навстречу, я услышал жалобное ржание Грига — и опомнился уже на земле, рядом со своим умирающим конем, получившим в голову арбалетный болт.

— Твари! — выкрикнул я, пытаясь встать, и тут получил сильнейший удар в живот, опрокинувший меня на землю. Все тело просто взорвалось болью. Я с трудом разбирал, что говорит как в трубе звучащий насмешливый голос.

— Все правильно аптекарь сказал — барчук-то наш сюда поехал. С такими клинками и в куртке, за которую поместье купить можно! Хороша добыча, а, сынки?

— Какого дьявола… — я снова попытался встать, преодолевая боль, и тут обнаружил, что мои мечи уже у предводителя этой шайки. Страшное, темное отчаяние буквально парализовало все мое существо.

— Ты ошибку сделал, барчук, — заявил насмешливый бандит, поглаживая ножны Солера. — Не надо было в Бэкуотере лишние вопросы задавать. Теперь ты умрешь. А твое барахло станет нашим.

Он направлял арбалет прямо мне в голову. И не промахнулся бы ни при каких обстоятельствах, если бы прилетевшая неведомо откуда длинная стрела не попала ему прямо в затылок в тот самый момент, когда он нажал спусковой рычаг арбалета. Последнее, что я ощутил — удар в грудь, адскую боль и хруст.

Все-таки убил, подонок!

Мысль погасла, как задутая свеча, следом пришла тишина.

***

— …они не могут этого знать, Саффрен, — говорил красивый грудной женский голос. — Но нельзя быть беспечными. Поэтому нужно предупредить наших братьев и сестер. Тебе придется отправиться в Орандур.

— Слушаюсь, Хранительница… Ой, он очнулся!

В колышущийся сумрак перед моими глазами вошло миловидное женское лицо, обрамленное капюшоном.

— Замечательно, — сказал красивый голос, и вторая женщина склонилась надо мной. — Эй, ты слышишь нас?

— Слы-шу, — выдавил я, пытаясь овладеть своим сознанием и телом.

— Лежи спокойно, тебе нельзя двигаться, — велел красивый голос. — Саффрен, принеси сомносок.

— Где. я?

— В безопасности. Все с тобой хорошо. Очень скоро ты будешь здоров.

— Кто вы… такие?

— Сейчас ты уснешь и проснешься здоровым. Ну-ка!

Меня осторожно приподняли, подложив ладонь под затылок. В груди кольнуло, заныло. Губ коснулся холодный край чашки, и душистое кисловатое питье освежило мой пересохший рот. Я хотел поблагодарить добрых женщин, но язык больше меня не слушался. Интересно, что они…

— Ах ты, очнулся, барин! — обрадованно сказал мужской голос.

Я открыл глаза. На меня смотрел мужчина лет пятидесяти. Честное открытое лицо, добрые глаза.

— Все, теперь все в полном порядке будет, — заявил он. — Прошла-то она, безгубая стороной…

— Ничего не… — Я посмотрел по сторонам и понял, что лежу на соломе в повозке, которая медленно, стуча колесами по камням, катится по лесной дороге, и солнце мелькает между стволами корабельных сосен, слепя меня. — Я же был…