Андрей Ангелов – Безумные сказки Андрея Ангелова — 1 (страница 25)
Джованьола молча согласилась с принципами и с облегчением выпорхнула из папской кровати. Валяться в постели с жирдяем не прельщало. В целом и в общем.
— Теперь дьяволу хана! — объявила она заговорщикам. — Если поцелуй в губы — это считается не поцелуй, то я не знаю, куда его ещё нужно целовать…
* * *
Однако утром Папа-Дьявол проснулся и встал с постели.
— Дед наврал! — выдвинул гипотезу Греко. — Стопудов.
— Быть может, соль во Фьюйть? — предположил кардинал. — Чего сие такое-то?
— А может, я принёс ложные факты? — засомневался в себе русский. — Головка у меня бо-бо была… там, у деда. Да и курнули после знатно…
— А если минет Папе сделать? — размыслил чёрный кот. — Тоже поцелуй…
— Не получится, — в кабинет фронды заглянул сам Дьявол Римский. Повел обиженными зелёными глазками. — Нет у меня органа для минета… А вы — хреновы неудачники!.. — Он ухмыльнулся и исчез из дверного проема.
— Вот неубиваемая сволочь! — с гримаской произнесла Джованьола.
* * *
Псаломщик однажды повесился. Буквально назавтра после поцелуев Папы. В одном из ватиканских коридоров, с витыми колоннами. Смерть передала напуганную душу подоспевшему архангелу, а бренное тело Греко скинул в подземелье.
— То-то! — прежде хмуро сказал псаломщику он. И помахал назидательным рогом. Смерть являлась его двоюродной тётей и исполнила акт суицида по просьбе мстительного демона. Несколько вопреки правилам, но родственник щедро вознаградил, так что подобные мелочи этику не колыхали.
— Привет, Греко, а мы с Меринго дуем в бассейн, — заорал Даник, образовавшийся рядом. — Ой! — замлел он при виде рыженькой голубоглазой плутовки. — Здравствуйте…
— Здравствуй, Даня!.. — искренне улыбнулась дамочка, её бледные щёки обуял живой румянец. — Я давно за тобой наблюдаю, но подойти к тебе не могу… ведь я такая стеснительная!..
— Супер! — самодовольно ухмыльнулся русский. Всё-таки приятно, когда тебе со всех сторон кричат как старому знакомому. — А как ваше имя?..
— Её зовут Смерть, — хмуро отозвался Меринго.
— Чё?! — не въехал русский.
* * *
Спустя полчаса был установлен паритет и создан план. Более никого решили в него — не посвящать. Собственно-то и плана не было, а лишь попытка оного.
— Твоя идея гениальна, Даня, но не все гениальные идеи работают! — озабоченно шептал чёрный котик.
— Да не толкай ты меня, — невпопад ему ответил Данила. — Чё, места мало?..
Смерть, Меринго и Даник ютились в закутке между витыми колоннами. Русский тискался дальше от Смерти с её стальной косой. Но ему мешал кот, который (как казалось) оттеснял его ближе к миловидной голубоглазке.
— Ты не бойся, Даня! — прочувствовала пикантность ситуации дамочка. — Одно прикосновение ко мне тебя не убьёт.
— А сколько убьёт?! — вскричала мнительность Данилы.
Людей делают людьми — чувства и эмоции. Иначе человек становится овощем. Смерть лишь усмехнулась.
— У меня с вашим Дьяволом личные счёты, поэтому я согласна априори! — манерно сказала Она на предложение фронды, даже его (предложения) не дожидаясь.
Греко предварительно убежал прочь в статусе разведчика. Все напряжённо слушали и вглядывались в коридор. Полному обзору мешали витые колонны.
— Кажись, кто-то идёт, — заметил чёрный кот.
Шаги зашуршали рядом, и в поле зрения вступил демон Греко, во всегдашней шляпе, надетой на рога. В кулаке — зажата веревка, а другой конец веревки — это петля, обвивавшая шею понтифика. Демон легко тащил за собой грузное тело Папы, а оно покорно ехало по бетонному полу коридора, тяжко кряхтя.
— Вот, — Греко бросил веревку и отошёл в сторонку. А на передний план выступила Смерть.
Папа заворочался и сел на полу. Трясущимися руками ослабил веревку на шее.
— Короче, демон, тебе трындец! — обиженно вымолвил Дьявол Римский. — Не позднее, чем через минуту.
— Доброго времени, — нежно улыбнулась понтифику Смерть. — Узнал меня?..
В маленьких зелёных глазках Папы блеснуло воспоминание.
— Какого чёрта? — удивился Дьявол Римский. — Я ж тогда предупредил, что смерть отменяется.
— Подержи, Даня, — Смерть сунула косу русскому, и шагнула вперёд.
Данила с трепетом перехватил косу за ручку, а его рожицу исказила гримаса страдания.
— Уй, не порезаться бы!..
— Всего один поцелуй! — рыжая бестия нагнулась и чмокнула понтифика в лобик. Отстранилась. — Фу. — Сплюнула брезгливо в сторонку.
Папа задрожал, заикал, запердел… Рот открылся. Изнутри понтифика — пружинистой змеёй — выскочило очень высокое существо, с рогами на голове, с волосатыми мускулистыми ручищами, с массивной шеей, в кольчуге. Лицо широкое, но глазки всё те же маленькие, зелёные, в них сидело недовольство на грани с обидой. Совершив кульбит, Дьявол опустился на копыта, жиганув в сторонку шикарным хвостом. Удар пришёлся по Греко, демона основательно закачало.
Физическое тело Папы завалилось на пол коридора.
— Так! — сказал Дьявол глухо. — Прежде всего, где охамевший демон?! — Он ухватил взором Греко, схватил его, и могучим кулаком точно ударил в нижнюю челюсть. Греко без стона отлетел к витой колонне и медленно по ней сполз.
— Нокаут, — мявкнул Меринго, пятясь взад.
Обиженный взгляд зелёных глаз монстра остановился на Смерти.
— Кажется, кто-то и что-то трепался про поцелуи?! — ухмыльнулся Дьявол.
— Пожалуй, мне пора, — миловидная дамочка стала бледнее в два раза. Она помахала ладошкой как жест прощания, сделала шажок в сторонку и выхватила косу у Даника. Прикрываясь ею — отступила, а после… повернулась и быстро побежала прочь.
— Хей, — ухмыльнулся Дьявол. — Даня, а ты чеши за верным моим кардиналом. Мне надо ему молвить пару тёплых.
Глава 7. Небесный спецназ
Бренное тело Папы Римского похоронили на четвёртый день, согласно обычаю. А на девятый день был назначен Конклав для выборов нового понтифика.
Дьявол бродил по Ватикану, ни с кем не общаясь. Разумеется, никто его не мог видеть, кроме фронды — ведь волшебный феназепам пили только заговорщики. Про псаломщика ватикане не вспоминали, а если вспоминали — то на драматургии это не отражалось.
— Половина дела сделана! — объявил верный кардинал, когда суматоха с похоронами улеглась. — Дьявол изгнан. Теперь надо уговорить Конклав избрать Папой Даню. Задача непростая сама по себе.
— Дьявол не даст сему свершиться, — хмуро проворчал Греко, потирая чуть свёрнутую челюсть. — У няго с Конклавом всегда был договор. Изберут польска Иннокентия, стопудов…
Если бы не Женщина — то человек не стал бы человеком. Это медицинский факт.
— Наверное, я смогу помочь, — загадочно молвила Джованьола. И тут же разрешила загадку: — Я намедни устроилась на работу в дамский пансион. Там готовят потусторонних гейш. Попрошу девочек очаровать Конклав. Думаю, что их нежность и… юные тела будут более действенными, чем уговоры старого безобразного дьявола…
— Ух ты! — воскликнул русский. — А мне не подгонишь парочку гейш, заодно, а?..
— Допустим, всё сработало и Папой стал Даня, — размыслил чёрный кот Меринго. — А если Дьявол и в него вселится?..
— Нет! — поспешно произнёс верный кардинал.
Однако-однако.
— Ну, подъехали к главному, — мгновенно отозвался Даня. — С чего и началось… а я ведь тогда предупреждал!..
Русский пристально глянул на фронду. Заговорщики отводили смущённый взгляд. Меринго покаянно вздыхал.
— Не, а чего, серьёзный ведь вопрос!.. — оправдался котик.
Даник с разбегу взял в карьер.
— Короче!.. Я с вами поприкалывался, но дальше как-нибудь без меня, хоккей? Я как потенциальный Папа — не хочу быть беременным, нося в животе настоящего дьявола… И ли где мне его таскать придётся?..
— Даня, ты не парься, — насколько мог беспечно, сказал верный иерарх. — Дьявол в тебя не сможет попасть. Ты мирянин по сути, а Дьявол — плотояден только для церковников.