Andreas Eisemann – Городовой (страница 40)

— И к чему вы ведёте? — настороженно спросил Савельев.

— Вы мне скажите, господин полицейский: что если в котёл закинуть кучу шпионов, криминализированных недалёких крестьян, которых легко сагитировать на любую гадость, и при этом отсутствие полиции?

— Да уж, и так понятно, — сказал Савельев и отставил бокал. — И что вы предлагаете?

— Да Господь с вами, Иван Григорьевич, кто я такой, чтобы что-то предлагать? Вот с Божьей помощью как-то с нашим районом разобрались — сами видите результат. Так что надеемся на ваш высочайший присмотр и покровительство. — Постарался свернуть я разговор с острой темы. Но удочку забросил — пусть теперь Савельев думает. Он не дурак, сложит два и два. — А то гости заждались нас уже.

Я встал, как бы давая понять, что беседа закончена. Фома, так и не проронивший ни слова, вышел первый, за ним Аристарх и Кондратьев. Савельева я придержал — мы снова сели за стол.

Савельев тяжело вздохнул и промокнул лоб платком. А потом как-то заискивающе посмотрел на меня.

— Что-то готовится, да? И в ближайшее время? Поэтому вы полностью укомплектовали молодыми крепкими ребятами все наши участки? Признаться, мне опять поощрительную бумагу выписали — никогда ещё у нас полного штата не было. С одной стороны, хорошо, конечно, и я очень благодарен, но с другой… тревожно. Что-то должно начаться?

— Не переживайте вы так, Иван Григорьевич. Пока ничего особенного не предвидится — если что-то будет, я, разумеется, поставлю вас в известность первым. Просто то, что мы тут затеваем, я постучал пальцем по столу — это большое дело и большие доходы. Вы же понимаете — разумеется, вы уже отчасти компаньон. Чуть позже я хочу, чтобы вы встретились с Аристархом в неформальной обстановке — он введёт вас в курс дела.

Я планировал открыть на имя Савельева, на подложные документы, естественно, счёт в одном из банков, куда будет капать небольшой процент — на счастливую пенсию, так сказать. Нужно, чтобы человек материально от меня зависел. Ну и, разумеется, это будет его интерес в нашем деле, чтобы нас не прикрыли. Господь велел делиться.

— И ещё вопрос: на вас уже выходили жандармы? Интересовались мной или последними событиями?

— Пока только по делу о дезертирах и перестрелке в лавре — дело было громким, сами знаете. А что?

— Рано или поздно придётся иметь с ними дело. И надо быть очень осторожным. По моим сведениям, далеко не всем из них можно доверять. Есть, конечно, среди них честные служаки, преданные престолу, но это больше на средних и низовых должностях. А то что выше — нужно быть очень внимательным. Попрошу вас тоже сообщить мне, если они начнут вынюхивать. Лучше сразу будет с ними встретиться, чтобы не довести дело до конфликта. Тогда мы все пострадаем. — Я стряхнул пепел от сигары в хрустальную пепельницу. — Ладно, пойдёмте и мы к гостям.

— Всё сделаю — за это не переживайте. Ещё раз, ваше благородие Андрей Алексеевич, хотел бы поблагодарить вас за помощь. Я прекрасно всё понимаю, поэтому…

— Я тоже вам искренне благодарен. Нас ждут великие дела! А теперь пойдёмте, покажу вам одну новую игру.

Пока Савельев с Кондратьевым рубились в настольный футбол, вокруг них собралась целая толпа — все поддерживали то одного, то другого, и уже выстроилась очередь из желающих сыграть. Даже вспыхивали споры о том, кто первый занимал очередь. Гриня тем временем полностью завладел вниманием дам и учил их игре на рулетке.

— Ну вот вы и попались! — Лена с доктором подкралась сзади.

— Ищем вас, ищем — как сквозь землю провалился, или прячешься от нас?

— Не поверите — сам вас искал. Кстати, когда свадьба? Предлагаю сыграть её тут, в нашем ресторане — мы сегодня там ужинать будем, как тут все наиграются.

— Как-то всё сразу, — вмешался Алексей. — Помнится, ты хотел со мной о чём-то поговорить, и уже не раз.

— Действительно, время пришло. Пойдёмте к бару.

— Андрей, налей нам чего-нибудь лёгенького и передай, пожалуйста, папочку, которую я оставлял.

— Вот, пожалуйста, а напитки сейчас будут. — Он ловко сделал кровавую Мэри — доктор с Леной восхищённо смотрели за его манипуляциями.

— Угощайтесь.

— Вот. — Я положил папку на стол. Нетерпеливый доктор уже потянулся, чтобы открыть, но я прихлопнул папку рукой.

— Как вы знаете, мне довелось и послужить, и повоевать — многое видел, знаю. Тут, — я постучал по папке, — я собрал всё, что помню, по некоторым дисциплинам.

В папке, в частности, я изложил большую часть из того, что помнил, по военно-полевой медицине. В частности, расписал пользу обучения всех минимальным навыкам оказания первой неотложной помощи, обосновал внедрение индивидуальных перевязочных пакетов со схемами-рисунками. Также сделал эскиз многоразового турникета, выполненного на местной промышленной базе, без наворотов, так же его аналог — жгут в разных исполнениях.

Кроме этого, были записи, посвящённые гигиене — что в полевых, что в бытовых вопросах. Не знаю, было ли всё это известно или нет — мне было не важно. И третий раздел был посвящён пеницилину — тут уже были более пространные рассуждения, больше наблюдения и гипотезы, как, например, про коров, которые ели плесневелый хлеб и не болели, и так далее. Разумеется, я не знал, как делался пеницилин, но собрал воедино всё, что помнил по этой теме. Как говорится, умному достаточно.

Алексей, только открыв папку, полностью погрузился в чтение, перелистывая листы, как будто выпал из этого мира. Я решил оставить его наедине с его любимой медициной, сам же взял под руку Лену и увёл её подальше, всё показывая и рассказывая.

— Я тоже хочу сыграть в рулетку!

— Сыграешь, обязательно сыграешь. Как у вас дела? Когда свадьба?

— Да скоро уже, осенью.

— Ну хорошо. Вон видишь того крупного мужчину с бородой? Это Фёдор Фролов, директор ресторана. Он в целом в курсе, но потом подойди к нему, скажи, что от меня. Свадьбу там гулять будем — он всё устроит в лучшем виде. А как в целом дела?

— Хотела поблагодарить — ты на него хорошо влияешь. А то он совсем нерешительный был, с тех пор прямо изменился. — Хихикнула она. — Ты почаще к нам заходи, а то совсем забыл.

— Да, дел не в проворот — сама видишь.

— Вижу, очень сильно всё изменилось. И люди поменялись.

И она как-то иначе на меня посмотрела. Ого, надо прекращать экскурсию, пока она себе чего в голове не накрутила насчёт меня. Но тут нас удачно прервал доктор.

— Вы понимаете, что это такое?! — Он снова сбился на «вы». — Это же не одна диссертация! А если информация по вашей плесени верна, то это же вообще!

— Спокойно, доктор, спокойно. Вот коктейль — называется «Кровавая Мэри». — Лена рассмеялась с названия.

— А вы совсем не пьёте. Давайте ещё глоток — вот, хорошо. Хотя у вас вид такой, что лучше коньячка. А по поводу диссертаций — вот и займитесь, а Лена вам поможет. — И я нагло подмигнул ей. — Лена, хочешь быть женой профессора?

— А то!

— Ну вот и сладилось!

— Тебе бы только шутки шутить — ведь это твоя работа.

— Про меня забудь — я полуграмотный городовой, не более того.

— Ну да, рассказывай сказки.

— А кроме этого, есть понятие «государственная тайна» — должен понимать. — Я перешёл на серьёзный лад. — Про меня в этом деле никто не должен знать. Сам ты всё это не потянешь. Поэтому сначала хорошо изучи данные папки. Причём я вам обоим сейчас говорю на полном серьёзе: смотрите, чтобы никто её у вас не стащил. Тут, — я щёлкнул по папке, — находятся документы, которые могут полностью поменять расклад в государстве. А ещё вы держите в руках, — я посмотрел на них обоих уже другим взглядом, — миллионы рублей. И я не шучу — если удастся разработать и запатентовать вакцину, мы сможем заработать на ней целое состояние. Поэтому храните папку дома в сейфе, никому не показывайте, работайте только вдвоём, поначалу по крайней мере.

— По-вашему, всё упирается только в деньги? — чуть надменно спросил доктор.

— А где вы хотите брать деньги на дальнейшие исследования и внедрение новых средств — той же гигиены, военно-полевой хирургии и рекламы вакцин? Вы что, хотите по подписке собирать?

Доктор немного поник.

— Есть такое понятие как экономические цепочки — всё взаимосвязано. Поэтому во времени вас не ограничиваю, но и не затягивайте. Жду от вас список необходимых реактивов, инструментов и всего остального для исследований. Если сможете сделать это на базе больницы — хорошо, если нет — ищите помещение, пригодное для этого. Средства на всё это я выделю.

Они стояли обалдевшие — доктор прижимал к груди папку, как будто воры только и ждали момента, чтобы похитить её. Вечером, когда уходили, я приказал Прокопу выделить людей, чтобы проводили их до дома — бережёного бог бережёт, не бережёного конвой стережёт…

После того как все наигрались — хотя концу и краю игре видно не было, народу остро не хватало развлечений — я снова попросил минуту внимания и представил всем Фролова как директора ресторации и пригласил всех следовать за ним. Там всех ждал ужин в честь Савельева, где ему было уготовано почётное место. Иван Григорьевич аж прослезился — не ожидал мужик такого внимания. Всё время оборачивался, ища меня благодарным взглядом.

В этот момент ко мне и подошёл хорошо одетый господин с бокалом шампанского в руке.

— Доброго вечера, Андрей Алексеевич.

— И вам того же.