Andreas Eisemann – Городовой (страница 104)

— Оно уже поменялось после ликвидации Ульянова и компании. Но тем не менее я считаю, что будущее поменять довольно сложно, это вообще большая философская тема. Взять, к примеру, революционеров, это некая прослойка общества, за которыми стоит ещё более крупная прослойка тех, кто их спонсирует и направляет. И они каждый день своим планированием и действиями создают будущее. Это такая надстройка над обществом, понимаете, такой спрут, который лезет каждому в мозг.

— Как вы нарисовали на обложке Маркса со щупальцами? — вспомнил с улыбкой Плеве.

— Да, типа того, только во много раз больше. Мы должны создать тоже такого спрута, это глобальный конфликт интересов.

— И потом эти спруты вступят в схватку… — с грустью продолжил фон Валь.

— Именно так, поэтому мы все должны поддерживать, раскормить нашего спрута, чтобы он был сильнее.

Аналогия со спрутом так понравилась, что мы решили за это выпить.

— Давайте немного сделаем паузу, я распоряжусь насчёт ужина, и мы продолжим.

— Да, давайте подышим немного свежим воздухом и в уборную надо заглянуть.

Глава 21

Фон Валь

Фон Плеве

Витте

— Как бы я хотел засесть в этой вашей комнате на недельку и поработать, — мечтательно сощурился Плеве.

Мы стояли на улице, курили сигары, накинув на плечи пальто.

— И не говорите, Вячеслав Константинович. Уверен, что Андрей Алексеевич и десятой части не рассказывает.

— Уверяю вас, что у вас будет такая возможность. А по поводу необходимости перемен и жёстких решений, нужно подготовить общественное мнение. Должен быть общественный запрос на изменения, понимаете, о чём я говорю?

— В целом да, только порой вы так замысловато выражаетесь, что мы не сразу понимаем, правда, Виктор Вильгельмович?

— Как есть, правда, я уж и не делаю замечания, чтобы не прерывать вас.

— Вот моя начавшаяся кампания в прессе, или, по-другому, в средствах массовой информации, — часть этого процесса. Необходимо создавать самим этот запрос, понимаете?

— В общих чертах, вы хотите, чтобы народ на страницах ваших газет просил наказания преступникам, террористам?

— Примерно так, — я неопределённо покачал рукой. — Это если совсем грубо. А так… пресса — это огромный рычаг давления, а также способ провести свои интересы. К сожалению, этим инструментом очень хорошо владеют наши враги, а мы не то что не владеем, а вообще… — я махнул рукой. — Этой сферой нужно с нуля заниматься, она вообще ключевая, равная по значимости полиции или любому другому силовому министерству, так как влияет на умы и настроения людей.

Мы прогуливались в окружении охраны, мои парни были на почтительном расстоянии, но в постоянной видимости. Работу свою выполняли исправно, когда показался вход в казино, там стоял шум, крики и веселье. Фон Плеве прищурился, чуть наклонил голову вперёд.

— Это же мои адъютанты! Ну я им покажу! Перепились, черти!

— Пустое, Вячеслав Константинович, всё там нормально, они с моими людьми играют, всё под контролем, лучше так, чем, не дай бог, у них с местными конфликт какой вышел, люди-то горячие все. А так сидят вместе, ну да, приняли немного, бывает.

Увидев кого-то, фон Плеве всё же решил подойти. Компания у входа сразу прекратила смеяться, офицеры подобрались, да и дамы, которые составляли им компанию, смущённо потупили взоры. А фон Валь, как будто только и ждал момента, чтобы остаться наедине.

— Андрей Алексеевич, всё хотел спросить… да как-то не решался. Вы когда первый раз меня увидели, вид у вас был, как будто… — фон Валь пощёлкал пальцами, пытаясь найти подходящий эпитет, — как будто неведомую зверушку какую увидели.

— Не подумайте ничего такого, Виктор Вильгельмович, просто никак не могу привыкнуть к моде Александровской эпохи со всеми этими бакенбардами огромными, витыми бородами в разные стороны и усищами. Отвык я от таких зрелищ.

— В будущем так не носят?

— Да уж лет через десять перестанут, останутся только пожилые аксакалы, которые не смогли изменить привычке.

Фон Валь задумался, смотря в одну точку, руками по привычке разглаживая огромные бакенбарды, он выбривал подбородок, оставляя щёки, выглядело действительно непривычно и немного забавно. Мне даже стало его немного жаль.

— А по поводу упражнений я совершенно серьёзно. Я ведь раньше не такой был, подтянутый, бодрый.

— По нашим меркам вы сейчас в расцвете лет. Разумеется, у нас тоже не все следят за собой, но никогда не поздно начать. Давайте проведу с вами индивидуальное занятие, больше никого не будет. Покажу вам основы, расскажу, что и как делать, согласны?

— Разумеется, сейчас немного с делами разберусь и обязательно приду.

— Вы всегда можете оборудовать у себя небольшой гимнастический зал. Там ведь много не надо. Дело-то не в оборудовании, а в основном в дисциплине. Вы как военный должны это понимать.

— Безусловно. Всё, решено, в ближайшее время отправлю вам весточку.

— Кстати, по поводу внешнего вида, с собой не взял карточку, но можно сделать вот что, вернёмся в кабинет, дам вам контакты моего портного, Егора Мохова, он вам сошьёт самый современный костюм.

— Вот! Совсем из головы вылетело с вашими рассказами, я ведь с самого начала хотел это спросить, — стукнул себя ладонью по лбу фон Валь.

— Вон Вячеслав Константинович к нам направляется, при нём не стал бы говорить, может, это личное, сейчас скажу.

Я чуть наклонился к фон Валю.

— Известно, что вы вели обширные дневники, возможно, хотели издать, да не успели. В итоге они так и не были изданы. Мой вам совет, не бросайте, работайте. Потом, если хотите, издадим в моём издательстве.

Градоначальник благодарно посмотрел на меня, но ответить не успел. Подошёл Плеве.

— О чём шепчетесь, заговоры строите?

— Почти, — улыбнулся я. — Ну что, накрутили им рога?

— Да, ужас что делается. Там ещё девицы эти… — махнул он рукой. — А ладно, что с них взять. Я бы и сам так с удовольствием расслабился.

А я взял себе на заметку. Надо будет как-нибудь собрать полицейское начальство и устроить сабантуй, придумать ещё какие-нибудь игры. Да, дело полезное, тимбилдинг.

— Ну что, пойдёмте вовнутрь, я думаю, что нужно уже заканчивать, а то сегодня очень много всего было сказано, думаю, у вас и так голова кипит от новых сведений, вам это всё переварить надо.

— Верно. Если честно, с трудом на ногах держусь, ощущение, что все силы ушли, даже алкоголь не берёт.

— Это нормально, стресс, нервное напряжение и мозговая работа действительно выматывают гораздо сильнее, чем работа физическая.

Снова усевшись в кресла в моём кабинете, я положил на стол папку. И как бы припечатал рукой.

— Я почему вываливаю на вас это всё. Беспокоюсь о том, что меня могут в любой момент убить, поэтому и стремлюсь передать вам самые важнейшие сведения, чтобы в случае моей гибели вы смогли самостоятельно выстроить эту структуру.

Оба чиновника попытались заверить меня, что всё будет хорошо и они, мол, присмотрят, на что я только улыбнулся.

— В этой папке-то несколько листов всего, но это такие масштабные реформы, что если это сделать, государство полностью поменяется. Я, кстати, тут ничего не придумывал, это реальные реформы, которые будут проведены через сорок лет примерно. Именно в этой связи я упоминал, что вам не стоит рваться на должность главы МВД. Я предлагаю создать новое министерство, и вы станете его главой, — я сделал паузу и внимательно посмотрел на фон Плеве. — Если это произойдёт, то вы станете вторым человеком в государстве.

Плеве и Валь как будто мобилизовались — «забыта усталость, колышется чад». Как только речь заходит про чины и власть, любой чиновник делает стойку.

— Что это за министерство, которое важнее МВД? — спросил Плеве, а Валь внимательно слушал и смотрел на меня испытующе.

— Это Министерство Государственной Безопасности. Сокращённо МГБ. В будущем эти три буквы будут наводить ужас на полпланеты. То есть это министерство тайной полиции и всё, что с этим связано. И МВД лишь часть этого. А вы, Виктор Вильгельмович, могли бы стать первым заместителем министра МГБ, это тоже ключевая должность, чтобы работали в паре с Вячеславом Константиновичем. Хотя это и единая структура, но МВД и МГБ будут неизбежно конкурировать между собой.

Я открыл папку и взглянул на полицейских.

— Кроме того, у каждой из служб будут свои войска, то есть это не просто полиция, а серьёзная сила.

Я открыл папку и передал её чиновникам, те с огромным интересом принялись читать, чуть не сталкиваясь лбами. В папке была структура современной службы, после основных реформ, что МГБ, что КГБ и ФСБ структурно менялись не сильно. Основа была примерно одна и та же. В частности, от ФСБ отсоединили СВР и контроль за лагерями. Но сейчас нужна была структура, подобная КГБ, когда всё было вместе.

Плеве и Валь внимательно пробегали глазами по строчкам, иногда зачитывая что-то вслух:

Структура МГБ

Министр МГБ

Главный руководитель, назначаемый Советом Министров Российской Империи.