Андрэ Нортон – Тройка мечей (страница 85)

– И что-то из этого произошло с тобой, – подбадривающе произнесла Келси, когда он замолчал; ей хотелось как можно больше узнать об этом месте и обо всем, что здесь творилось. Она не могла и дальше отрицать, что застряла тут, – во всяком случае, на некоторое время. Так что чем больше она будет знать, тем лучше для ее будущего. Хотя она не знала, какую роль может играть в подобных делах, а гадать не хотела.

– Произошло, – согласился Йонан. – Некоторое время мы верили, что отогнали Тень и она затаилась в своей твердыне. Но от тебя мы узнали, что Сарнский Всадник осмелился подойти близко к Долине и убить ту, что должна была превосходить его Силой…

– Ройлейн?

Келси показалось, что это имя заставило его вздрогнуть.

– Колдуньи не имеют имен. У них назвать свое имя другой означает передать той Силу. Однако она назвала свое имя тебе, а ее камень ушел с кошкой. Еще одна перемена…

Теперь Келси взглянула мужчине в глаза – поймала и удержала его взгляд. Она никогда прежде ни на кого так не смотрела. Как будто она могла вынудить его ответить даже вопреки его воле.

– Как по-твоему, что я такое?

Он ответил лишь через четыре-пять медленных вдохов.

– Ты была призвана. У леди Дагоны было предвидение. И никто не явился бы сюда так, не будь на нем гиса…

– Гиса? – переспросила Келси.

– Предназначенного путешествия или деяния. Ему никто не в силах противиться. Да, мы знали, что кто-то должен прийти – и, возможно, они тоже что-то предприняли. Иначе Сарнский Всадник не посмел бы пробраться вглубь этих холмов. А каков твой гис… Ты узнаешь это сама, госпожа…

– В этом ты прав, – мрачно ответила она, почти что веря в его слова даже вопреки собственному желанию.

5

Келси резко встала и повернулась к камню – теперь, когда солнце переместилось, вырезанные на нем причудливые спирали и изгибы были хорошо видны.

– Я ничего не знаю об этом… этом гисе…

Йонан пожал плечами:

– Так иногда бывает, и ты не скоро обнаружишь то, что поведет тебя. Но куда он укажет, туда ты и пойдешь.

– Ты говоришь, как человек, знающий о подобном отнюдь не понаслышке.

Йонан снова взглянул на нее с той же тенью улыбки:

– И это тоже правда. Однажды она завладела мною – эта потребность делать то, чего я вовсе не планировал, и…

Что бы он ни собирался сказать, эти слова так и не прозвучали, потому что среди скал показался один из народа Ящеров. Йонан тут же вскочил, глядя на золотисто-зеленое чешуйчатое тело. Человек-Ящер спускался по стене долины так стремительно, что Келси ахнула, испугавшись, как бы он не упал. Девушка заметила, что часовой спускается, цепляясь за камни всеми четырьмя конечностями, и при этом держит в пасти какой-то неопрятный сверток наподобие того, в котором Йонан принес котенка. Может, это очередное пополнение для семейства Быстроногой?

Как только человек-Ящер добрался до относительно ровного места, где стояли Келси с Йонаном, он тут же выпустил сверток из зубов, и тот ударился о резной камень. Что-то зазвенело, и в воздух поднялся клуб черного дыма, сопровождаемый зловонием. Йонан вскрикнул и выхватил меч, а Ящер стоял, тяжело переводя дыхание; его золотисто-черные сощуренные глаза были устремлены на мужчину.

Йонан подцепил сверток острием меча и откинул часть ткани. Дым развеялся, но зловоние сделалось еще сильнее, – казалось, оно отравляло сам воздух вокруг.

Под сброшенной тканью обнаружился короткий жезл, длиной, наверное, с длиннопалую руку Ящера. Был он дымчато-серым, с утолщениями на концах. Жезл явно был полым, и какая-то дымчатая субстанция кружила и вздымалась внутри, словно пытаясь вырваться на волю.

Йонан с осторожностью, казавшейся чрезмерной, скатил жезл с ткани. Судя по его лицу, он не больше девушки понимал, что бы это могло быть. Но отчего-то Келси сразу же поняла, что не притронулась бы к этой вещи голыми руками, даже если бы ей за это пообещали возвращение сквозь Ворота. Собственная мгновенная реакция, близкая к тошноте, озадачила и встревожила девушку.

В голове ее возникло нечто вроде дальнего отзвука речи, а потом Ящер сорвался с места и со всех ног помчался к домам у реки, оставив свою находку под острием меча Йонана.

– Тсали побежал за помощью, – сказал мужчина. – Должно быть, он нашел это в скалах над самым краем Долины.

– Смотри!

Может, Келси и не хотела прикасаться к этому камню, но нарастающее беспокойство заставило ее схватиться за руку Йонана.

Потому что эта штука на земле двигалась!

Точнее, это выглядело так, будто жезл каким-то образом сдвинулся вправо, силясь избежать соприкосновения с мечом. Как будто это было разумное существо, желающее сбежать, – сбежать или напасть?

Келси охватил гнев – точно так же, как и в тот раз, когда колдунья попыталась что-то сделать с ней. В этом жезле присутствовала воля, каким-то образом запертая внутри или действующая откуда-то издалека. Теперь жезл, повернувшись, окончательно освободился от ткани, и Келси увидела, что обращенное к ним утолщение выполнено в виде головы – гротескной пародии на человеческую голову, – и в ее узких глазах кипело такое же злобное желтое пламя, какое она видела в глазах-провалах на узких собачьих черепах.

К ее изумлению, Йонан стремительным движением развернул меч и вместо острия направил на жезл рукоять. Из навершия рукояти вырвалась сверкающая голубая дымка. Она коснулась катящегося жезла и…

Казавшийся массивным предмет задрожал так, словно и вправду был наделен жизнью. А еще казалось, что быстрые действия Йонана сбили его с толку, но он чуть-чуть приподнял ту часть, где была голова, и на миг качнулся взад-вперед.

– Что это? – спросила Келси. – Оно живое?

– Я никогда прежде не видел ничего подобного, – ответил Йонан. – Но оно принадлежит Тьме – быть может, темнейшей из Теней.

Едва лишь эти слова успели сорваться с его губ, как раздался гневный вой. Келси явно слыхала его прежде. В обход камня ковыляла кошка, волоча за собой предмет, пылающий яростным светом. Цепочка самоцвета колдуньи была зажата во внушительных клыках, а сам камень бурлил и пульсировал, как будто в нем тоже была заключена некая новая жизнь. Кошка обошла жезл по широкой дуге – тот продолжал дрожать и сражаться за свободу, но Йонан сдерживал его.

Подойдя к Келси, Быстроногая уронила цепочку на носок мягкого сапожка девушки, а потом посмотрела ей в лицо и снова требовательно взвыла.

Девушка наклонилась и подобрала цепочку, упавшую на гравий; камень оказался всего в нескольких дюймах от ее руки, и, выпрямляясь, Келси чуть не вскрикнула от жара, исходящего от самоцвета.

Жезл пришел в неистовство. Он перекатывался из стороны в сторону, но Йонан был начеку, и рукоять его меча не давала жезлу даже на секунду вырваться из-под охраны.

– Дура!

Резкий голос колдуньи заставил Келси оглянуться. Женщина из Эсткарпа бежала, подобрав подол обеими руками; сейчас она опережала Дагону и двух ее спутников: облаченного в кольчугу мужчину Древней расы и девушку из Долины, с хлыстом на изготовку. А перед этой троицей вихрем мчался Тсали.

– Дура! – Колдунья немного запыхалась, но все-таки добежала первой, и у нее еще хватило сил, чтобы схватить Келси за руку, словно она хотела немедля вырвать у девушки камень. – Ты что, хочешь выжечь последние остатки жизни?..

– Или не остатки. – Дагона говорила куда сдержаннее. – Что за Зло Тсали отыскал в наших пределах? – Она подошла к дрожащему, сопротивляющемуся жезлу и наклонилась, чтобы рассмотреть его поближе. Все умолкли, ожидая ее слов. Но в конце концов леди покачала головой.

– Никогда еще древняя защита Долины не была нарушена. Однако Тсали нашел эту вещь, когда та катилась среди камней и должна была уже вот-вот упасть в ручей, – возможно, для того, чтобы вода скрыла ее и принесла вниз. Она не принадлежит ни Сарнам, ни серым, ни, конечно же, фасам – ну, либо они никогда не применяли против нас ничего подобного. Эта вещь очень старая и…

– И что же это означает, госпожа? – впервые подал голос мужчина в кольчуге. Келси сперва показалось, что это вернулся Саймон. Но лицо, полускрытое наносником шлема, принадлежало куда более молодому человеку. – Что слуги Тьмы отыскали какое-то хранилище древнего оружия? – Вместо меча у него в руках было нечто вроде тонкой палки, очищенной от коры и до середины выкрашенной в тот же сине-зеленый цвет птичьих перьев, что и крыши домов Долины. – Ну что ж, – сказал он Йонану, – давай посмотрим, что Долина может противопоставить этому.

Йонан послушно перестал плести рукоятью меча узоры над странным предметом и отступил в сторону.

Второй мужчина заговорил. Он произнес одно-единственное слово; Келси не знала, что оно означает, но как и в тот раз, когда она уворачивалась от атаки колдуньи, голову ее мгновенно заполнил рев – как будто сам воздух над ними разорвался, впуская нечто неведомое.

Зеленая половина палки вспыхнула настоящим пламенем, и мужчина, что-то выкрикнув, швырнул ее в жезл. Палка упала на скомканную ткань, та затлела, а потом и загорелась; этот огонь словно взволновал жезл – тот целенаправленно подкатился к ткани и сунул вырезанную голову в язычок пламени. Он словно бы жадно поглощал быстро гаснущий огонек.

– Ха! – Колдунья запрокинула голову и рассмеялась резким лающим смехом. – Видишь, что ты натворил, Кемок-полукровка? Это не для таких, как ты, каких бы знаний ты ни нахватался в Лормте! Убирайся, пока не натворил бо́льших бед! Смотри – он питается тем, чем ты пытался его утихомирить!