Андерс Хансен – На цифровой игле. Влияние гаджетов на наши привычки, мозг, здоровье (страница 27)

И для него также лучше, чтобы пульс поднимался. То есть, можно достичь на удивление многого, просто прогуливаясь в быстром темпе. Делай все остальное и добивайся повышения пульса, и будет еще лучше.

9

Мозг в будущем – сумеет ли он приспособиться?

Кремневый чип изменит все, за исключением всего по-настоящему значимого.

Ты уже читал в этой книге о том, каким образом умственные способности вроде памяти и концентрации ухудшаются из-за мобильного телефона. Но также, что наш все более сидячий образ жизни и уменьшение часов сна имеют те же последствия. Означает ли это, что мы становимся глупее? Подожди, ты ведь, пожалуй, думаешь, а разве я не стал умнее? Все так, но только в долгосрочной перспективе.

В западном мире средний IQ вырос на 30 баллов за последние сто лет. Первые тесты для измерения коэффициента интеллекта появились в начале ХХ века, и средний результат тогда, точно так же как и сейчас, составлял 100 баллов. По мере того как мы становились умнее, тесты приходилось делать все более сложными. И тот, кто набирает 100 баллов при проверке IQ сегодня, то есть среднее значение, получил бы 130, если бы ему предложили тесты, использовавшиеся 100 лет назад, и тем самым принадлежал бы к самым умным трем процентам тогдашнего населения. Таким же образом тот, кто в начале ХХ века получал 100 баллов (а тогда это считалось нормальным умственным развитием) набрал бы только 70 при сегодняшних тестах, и в принципе по этому критерию считался бы умственно отсталым.

Люди, жившие сто лет назад, однако, были не глупее нас. Они справлялись с практическими аспектами своей жизни, по меньшей мере, столь же хорошо, как делаем мы. Возможным объяснением нашего возросшего IQ является то, что современный человек гораздо лучше тренирован в части абстрактного и математического мышления, которое, прежде всего, измеряется при проверке интеллекта. Помимо прочего, мы дольше ходим в школу, и половина из всех шведов училась в гимназии, тогда как сто лет назад для большинства все образование ограничивалось семью годами в народной школе. Работа усложнилась. Возьмите меня самого в качестве примера. В начале прошлого столетия любой врач имел не так много лекарств в своем распоряжении, антибиотики еще даже не были открыты. Сегодня существуют тысячи препаратов, а медицинская наука настолько обширна, что одному человеку невозможно знать все.

По мере того как наш мир становился все более сложным, и нам требовалось делать все более сложную работу и все дольше получать образование, наши умственные способности развивались, и это соответствующим образом сказывалось на IQ. В результате он повышался у нас с каждым поколением, и этот феномен ныне известен под названием «эффект Флинна», поскольку его открыл новозеландский профессор Джеймс Флинн. Однако нельзя сказать, что его причина только цифровизация нашей жизни. IQ увеличивался примерно одинаково каждое десятилетие, начиная с 20-х годов прошлого века, а в те времена еще не существовало ни телевидения, ни интернета.

Начиная с конца 90-х годов Джеймс Флинн, однако, увидел тревожную тенденцию. В Скандинавии рост ослабевал, и сегодня средний IQ слегка опускается каждый год. Не особенно резко, примерно на 0,2 балла ежегодно, но через поколение он может упасть на 6–7 баллов в скандинавских странах. А это уже приличная величина. По мнению Флинна, в остальном мире, пожалуй, повторится то же самое.

Он считает, что, вероятно, это происходит, поскольку в школе уже не предъявляют столь высоких требований к ученикам, и чтению не уделяется такое внимание, как двадцать-тридцать лет назад. Также этому может способствовать постоянное уменьшение нашей двигательной активности. И еще одна возможная причина состоит в том, что нам все труднее справляться с потоком информации, который обрушивается на нас.

Когда я беру такси в Лондоне, меня всегда одинаково удивляет способность водителя привозить меня в нужное место, не пользуясь ни картой, ни навигатором. И это несмотря на то, что количество улиц просто огромно, и их расположение не поддается никакой логике. Хотя неслучайно именно там мне попадаются особенно опытные таксисты, ведь получить место за рулем «черного кэба» нелегко, поскольку требуется запомнить двадцать тысяч улиц и пятьдесят тысяч мест. Объем информации, который следует держать в голове будущему водителю, очень велик, а для получения лицензии ему надо сдать специальный тест под название «The Knowledge» (знание). И пусть у многих на подготовку к нему уходит несколько лет, половина все равно терпит неудачу.

Им приходится узнавать так много всего, что это приводит даже к заметным изменениям в голове! Когда сравнили мозг готовившихся к данному испытанию будущих таксистов с мозгом их обычных ровесников, то не обнаружили никаких отличий перед началом обучения. Когда же обследование повторили после его завершения, выяснилось, что гиппокамп, центр обработки воспоминаний мозга, вырос и стал больше у тех, кто удачно сдал тест! И особенно увеличилась его «задняя» часть, которая важна для нашей способности ориентироваться в пространстве. У их ровесников и у претендентов, не справившихся с испытанием, размер гиппокампа, однако, не изменился.

Его увеличение в результате обучения является примером того, что мозг изменяем, то есть пластичен. Сейчас ученые начали понимать, почему такая метаморфоза происходит у будущих таксистов, когда они изучают улицы Лондона. Если человек ведет машину без навигатора в незнакомом месте, у него активизируется и гиппокамп (поскольку он отвечает и за воспоминания, и за ориентирование), и лобная доля (важная для принятия решений). А в ситуации, когда нам надо сделать выбор при нескольких возможных вариантах, как, например, на перекрестке трех дорог, обе области делают это особенно сильно. Когда же взамен мы едем по навигатору и получаем инструкции типа «через двадцать метров поверни налево» или «поверни на кольце направо», ни та, ни другая не активизируются таким же образом. Ранее ты читал, что мозг пытается сохранять энергию и старается не прилагать усилий без особой необходимости. Поэтому, следовательно, есть опасность, что мы утратим некоторые умственные способности, если не будем применять их. Ведь мозг работает по принципу «используй или потеряешь».

По мере того как мы делегируем все больше наших задач мобильным телефонам и компьютерам, нам, возможно, постепенно придется лишиться всех из них, кроме умения ориентироваться, во всяком случае, такой вывод напрашивается. Но мы же, наверное, сможем использовать освободившиеся в результате ресурсы мозга на что-то нужное? Ведь когда у человека есть навигатор, который выбирает за него маршрут, он может переключить свое внимание на подкасты или обдумывать рабочие проблемы. Да, пожалуй, но мы не можем все переложить на технику. Нам необходимы определенные знания, чтобы мы могли гармонично существовать в окружающем нас мире, задавать критические вопросы и оценивать информацию, особенно в наше время. Становящееся все более сложным общество делает нас умнее (эффект Флинна), но, похоже, оно также может оглуплять нас, если мы перекидываем слишком многое из нашей мыслительной деятельности на компьютеры и мобильные телефоны. Возможно, именно это способствовало снижению IQ, которое мы наблюдаем в Скандинавии.

Многие работы постепенно будут исчезать вследствие автоматизации и все большего использования искусственного интеллекта. Оставшиеся, вероятно, потребуют от нас умения концентрироваться. Ведь именно концентрация наиболее необходимо нам в цифровом мире, но, по иронии судьбы, именно она также ослабляется в нем.

«Современная техника приведет к тому, что мы захлебнемся в информационном потоке, из-за чего нам станет трудно думать». Эти слова принадлежат швейцарскому ученому Конраду Геснеру, еще в XVI веке предупреждавшему, что технический прогресс может негативно подействовать на нас. И он имел в виду, естественно, не мобильные телефоны и интернет, а книгопечатание. Примерно та же история повторилась в XIX веке, когда в связи с бурным развитием железных дорог появилась масса предсказателей несчастий, которые помимо прочего предупреждали о некой «поездной болезни». По их мнению, езда со скоростью свыше 30 километров в час была настолько неестественной, что могла привести к сильному недомоганию и приступам тошноты, и, пожалуй, даже стать опасной для жизни! Пару десятилетий спустя телефон считался порождением дьявола, притягивающим к себе грозы и злых духов. Беспокойство из-за него было столь велико, что телефонным компаниям с трудом удавалось найти персонал для работы на коммутаторах. А в 50-е годы прошлого столетия предметом волнений уже стал телевизор, якобы обладавший гипнотическим эффектом!

Пожалуй, беспокойство относительно того, как наш цифровой стиль жизни может повлиять на мозг, является современным аналогом всего выше перечисленного. Именно так пророки судного дня реагируют на любое техническое новшество! Однако, в данном случае, нам, пожалуй, стоит принимать описанные ранее опасения всерьез, поскольку наши новые технологии окружают нас со всех сторон, и мы практически постоянно взаимодействуем с ними и днем и ночью. Прежде никто не сидел в поезде по семь часов ежедневно, не тратил столько же времени на телефон и не носил телевизор в кармане куртки. А именно тем, что мы используем мобильники и компьютеры в принципе круглые сутки, наша техническая революция отличается от всех прежних.