Анатолий Сыщиков – Имплант, или Испорченный рай (страница 4)

Игорь Сергеевич обратил внимание на гостя. Возможно, у него даже возник интерес.

– Вы кто? – наконец, спросил Кривцов.

– Меня зовут Глеб Коротков. Я работаю в научном центре нейрохирургии и нейротехнологий Министерства обороны, который занимается лечением и реабилитацией солдат с посттравматическим синдромом. При помощи науки мы вытаскиваем людей из самых тяжелых депрессий и сложных психических состояний.

Не всё из того, что сказал Глеб, было правдой, но его слова должны были заинтересовать банкира.

– От Министерства обороны я не ждал помощи, – произнёс Игорь Сергеевич и сделал попытку усмехнуться.

“Он пытается шутить”, – с удовлетворением отметил Глеб.

– Мы занимаемся наукой, которая помогает людям. Если захотите навсегда справиться с депрессией и получать от жизни только удовольствие, обратитесь к Марине. Она знает, как со мной связаться. Мы сможем встретиться, и я расскажу вам подробнее.

Глеб встал.

– Вам говорили в клиниках, что при любом лечении вам предстоит долгий процесс выздоровления, – добавил он. – Это не совсем правда. Есть более эффективные методы. Мы можем всё сделать быстро. Несколько недель и вы будете счастливым человеком.

Глеб ушёл. Возможно, ему следовало уже сейчас уделить больше времени деталям, но он не знал, был ли банкир расположен его слушать. Он не хотел растрачивать усилия впустую. Как известно “Хорошее первое впечатление можно произвести только один раз”.

“Если он заинтересовался, – решил Глеб, – то выйдет на связь. Если не поверил или просто пропустил мимо ушей, то надо будет ещё встретиться, пока не получу согласия”.

В возможность отказа Глеб не верил, – человек обычно хватается за спасительную соломинку.

Пока Глеб разговаривал с Кривцовым, Марина и Люся общались. Точнее, это был разговор в одни уши, потому что Марина была в прекрасном настроении и болтала, а Люся не могла расслабиться и с усилием улыбалась. Было бы глупо высказать Марине претензию о том, что не надо было их встречать полуголой. Люся прекрасно понимала, что Марина в ответ лишь наигранно всплеснула бы руками и заявила что-то вроде “Да, ты что, подружка? Ревнуешь?! Сейчас время естественной сексуальности”. А потом с чувством одержанной победы ещё бы больше кривлялась и трясла сиськами.

У Люси была меньше грудь, но зато настоящая. А вот Маринино тело, как и их дружба, были во многом искусственные. Их дружба много раз подвергалась испытаниям и сохранилась только благодаря Люсиному терпению. Ведь даже знакомство Марины со своим будущим мужем можно было бы назвать подлым поступком.

Первым с Игорем Кривцовым познакомилась Люся. Она была уже замужем, но еще не была беременна. На тот момент её не всё устраивало в личной жизни. Её встречи с немолодым банкиром были на том этапе в рамках приличия, хотя Игорь жарко подкатывал к ней, прямо намекая на отношения и секс. Люся была на распутье – надёжный первый муж или очень состоятельный второй? Но сделать выбор она не успела, – Марина как ракета ворвалась в их отношения и, будучи приглашенной за кампанию туда, где и других перспективных женихов хватало, в первую же ночь затащила Игоря в постель. После такой проявленной банкиром слабости, нравственный вопрос выбора между мужчинами для Люси отпал сам собой. А что же Марина? Она обливалась счастливыми слезами и убеждала Люсю:

– Ну, ты же его не хотела?! Ведь, правда?! Твой Артём замечательный! Вы будете всю жизнь вместе! Спасибо! Спасибо, моя любимая, за Игорёшу!

Люся проглотила обиду. Она ругала себя за нерешительность и пыталась оправдать Марину. Тем более, что поначалу Игорю с Мариной было очень хорошо. На тот момент у Игоря уже были проблемы с перепадами настроения, и он, благодаря Марине, на время соскочил с этих американских горок. Ну, а Марину тогда было просто не узнать, она была ярким фонтаном из заботы и радости. Её беззаботный смех тешил Игорю слух. Она сделала себе грудь и ринопластику, в сексе была искусна, старательна, неутомима, и в то же время тактична и нежна, когда немолодой банкир уставал. Марина освоила техники разнообразных массажей, и часто можно было видеть банкира лежащим на кушетке, в то время как молодая красавица массировала ему тело. После официального брака Марины и Игоря, Люся решила похоронить обиду.

Эти воспоминания часто посещали Люсю даже после того, как она нашла своё счастье с Глебом.

В этот день поведение Марины напомнило Люсе историю с Игорем Кривцовым. Она слушала подругу, но часто отвлекалась на свои мысли.

– Откуда вещица? – спросила Марина, протянув руку к изящному браслету на запястье Люси, который был усыпан белыми искристыми камнями.

– Swarovsky.

–А-а, – протянула подруга, не скрывая своего разочарования.

Известный бренд уже не ассоциировался у неё с чем-то статусным.

– Я думала, белое золото, – пояснила она.

И потом, словно, приободряя подругу, добавила:

– А выглядит как белое золото и бриллианты! Очень хорошенький!

У Марины появилась ещё одна не очень хорошая черта. Как многие люди, приобщившиеся к богатству, она стала свысока поглядывать на людей вокруг и в том числе на подруг. Не то, чтобы она делала это специально и кичилась обретенным достатком, чтоб унизить кого-то или расстроить. Скорее всего, это происходило спонтанно и необдуманно. Постепенно появлялся дорогой гардероб, крутая машина, всё более элитная и даже экзотичная косметика. Драгоценности, украшения, купальники, обувь и покупки для дома перестали быть безымянными и приобрели авторов, – это были известные ювелиры, модельеры, дизайнеры. Эти имена и бренды так вплелись в речь Марины, что подруги быстро начинали чувствовать себя в её обществе менее удачливыми и счастливыми.

Ну, и, конечно, обретая вес в собственных глазах, она всё чаще начинала давать наставления и советы.

– Тебе не скучно с Артемом? Глеб, конечно, не ангел, тот ещё шалун, ха-ха. Но, Глеб – точно пробивной парень. В бизнес он, возможно, и не пойдет, но поверь подруге, когда-нибудь он украдет из бюджета столько, что и не надо будет никакого бизнеса. Он тебе делал предложение?

– Какое предложение? Я – замужем, – ответила Люся.

– Не тяни с выбором. – уверенно заявила Марина. – Когда Глеб сорвет банк, уже будет поздно. Он растворится на горизонте и найдет себе кого-нибудь помоложе.

Глава 4

Вернувшись к девушкам, Глеб увидел, что Люся не в духе, хотя и пытается скрыть это за натянутой улыбкой.

“Интересно, только я это вижу?” – подумал он.

Потом посмотрел на Марину и увидел, что та блаженствует, воспарив на невидимом облачке над головой своей опечаленной подруги.

“Нет. Не я один”.

Тут ему следовало поскорей взять Люсю в охапку и уехать, но он задержался и еще поговорил с Мариной, улыбаясь в ответ на её осторожный флирт, даже попытался понять – пустое это кокетство, или за ним есть какой-то практичный сексуальный подтекст. Для этого ему пришлось пристальнее заглянуть девушке в глаза. Их взгляды задержались чуть дольше обычного, затем Марина отвела глаза.

“Та еще штучка! – подумал Глеб. – Наверняка, зажигает не только в постели мужа”.

Расставаясь, Марина пожала Глебу руку. Рука девушки была горячей.

“С ней надо еще встретиться”, – решил Глеб.

Вполне ожидаемо, что по дороге назад, Люсю прорвало.

– Что это было?! Ты пялился на сиськи и раздевал её глазами!

Люся даже взмахнула руками от негодования. Глеб немного напрягся, он был уверен, что умело скрыл свой интерес, и упрёки девушки были несправедливы. Он ещё в гостях подметил, что Марина испортила настроение Люсе и без его участия. Между девушками были старые обиды, искренность в их отношениях давно улетучилась и, определенно, срок их дружбы подходил к концу.

– Ты шутишь?! Там незачем было раздевать. Но я, кстати, всё время смотрел на тебя.

– У меня все подруги красивые! Мне что теперь, всегда чувствовать себя неполноценною, когда ты на них пускаешь слюни?!

“Пошли обобщения, – подметил Глеб. – Значит, разговора по существу не получится. Надо поспорить для приличия, а то она решит, что я её не люблю”.

– Люся, ты у меня – самая лучшая. Мне никто больше не нужен.

– Ты – врун! Если бы ты меня любил, то давно бы сделал мне предложение! – выпалила Люся, но, едва договорив, поняла, что сказала глупость, которую нельзя произносить независимой самодостаточной женщине.

“О, боже, что я сказала?! – испугалась она. – Подумает, что я напрашиваюсь”.

Свою претензию про несделанное предложение она выпалила на эмоциях. Вообще-то это её не особенно волновало. Их отношения и её чувства к Глебу её устраивали, и она пока не задумывалась о переменах. Так ей казалось.

Глеб удивился и обрадовался случайному признанию, слетевшему с губ Люси. Ему польстило то, что он услышал.

– Но ты, ведь, замужем.

– Забудь. Это я ляпнула сгоряча, – попросила девушка. – Я вообще говорила не об этом. Мне не нравится, что ты ведёшь себя как бабник. Пялишься на подруг. Мне это неприятно.

Глебу вдруг стало весело. Он почувствовал свою власть над этой красивой эмоциональной девушкой.

– Но я ведь мужчина. Я не могу совсем не обращать внимание на женщин, – словно оправдываясь, произнёс он запрещенную фразу.

Любому другому он бы не посоветовал такое произносить.

Люся замахнулась, из-за чего рука Глеба на руле дрогнула, и машину качнуло на дороге.