Анатолий Сыщиков – Имплант, или Испорченный рай (страница 3)

Когда с завтраком было покончено, Марина пошла узнать, чем занят муж. Когда она ушла, Люся с раздражением произнесла:

– Она с тобой заигрывает.

– Реально? – неискренне удивился Глеб.

– Но ты не обольщайся. Она делает это по привычке. Она со всеми интересными мужиками заигрывает.

Приступы ревности давались девушке нелегко. Люся сама не понимала, почему она, красивая эффектная девушка, ревновала любимого мужчину, который её тоже, несомненно, любил. Иначе быть не могло. Иначе, зачем он с ней?! И вроде поводов Глеб почти не давал. Бывало, как все мужчины, он украдкой засматривался на девушек. Иногда даже хвалил их, но делал это так, словно специально хотел позлить Люсю. Может быть и поэтому, чувство тревоги и ревности то и дело охватывало Люсю, и избавиться от него она могла, только прижавшись к Глебу. В этом случае все её тревоги быстро улетучивались, она погружалась в беззаботное состояние и грелась в объятиях Глеба как в мягком теплом пледе.

В этот раз Глеб сидел на соседнем плетеном кресле, так их рассадила подруга, и Люся не могла к нему ни прижаться, ни даже прикоснуться.

Марина вернулась немного озадаченная.

– Даже не знаю, – произнесла она. – Сегодня он особенно не в духе.

– А где он? В спальне? – поинтересовался Глеб.

– В спортзале, возле бассейна. Сидит в кресле и о чем-то думает. Он просыпается очень рано, а потом может часами лежать, ничего не делая. Это хорошо, что он хоть встал с кровати и оделся. Но на большее его может не хватить.

– Что ты ему о нас сказала? – спросила Люся.

– Сказала, что ты приехала в гости. Что с тобой – твой друг, и он хочет поговорить о чём-то важном.

Марина специально назвала Глеба “другом”. По какой-то устоявшейся привычке она не упускала случая напомнить подружке о её статусе любовницы. Люся порой доставала её разговорами об их с Глебом особых возвышенных романтических чувствах, и подруге хотелось устроить Люсе в ответ небольшой, освежающий душ.

Собравшиеся немного помолчали, потом Глеб предложил:

– В таком состоянии человек не особенно идёт на контакт. Он сейчас в апатии или чем-то раздражён?

– Он – никакой. Его что-то может разозлить, только когда он выходит из этой спячки.

– Тогда предлагаю пойти к нему вдвоем, и действовать по ситуации.

Марина согласилась и повела Глеба в дом.

Люся приготовилась немного поскучать, но остаться в одиночестве ей не дали. На террасу поднялся Ян Петрик, молодой парень лет тридцати пяти, начальник охраны Кривцова. Это был привлекательный мужчина, пожалуй, даже брутальный. У него было красивое лицо, коротко стриженные волосы, никаких модных усов или бороды. Спортивное телосложение подчеркивала одежда – джинсы, одноцветное поло и пиджак, делавший его ещё более широкоплечим.

– Привет, Люся, – поздоровался он.

– Привет, Ян.

Они плохо знали друг друга, поскольку встречались редко, либо на каких-то мероприятиях, где Ян сопровождал босса, и где была Люся, либо, когда Ян привозил Марину на вечеринки, где собирались девочки. Лишь однажды они пообщались чуть дольше, когда охранник приехал за пьяной Мариной и около получаса сидел у барной стойки с Люсей, и о чём-то с ней болтал. Люся не помнила точно, о чём, поскольку тоже пила шампанское, помнила лишь, что она немного пофлиртовала с Яном, чтоб убедиться, что её женское очарование действует безотказно.

Ян опустился в плетеное кресло, где до него сидел Глеб. Кресло скрипнуло.

– Как жизнь? – спросил Ян.

– Всё хорошо! – приветливо улыбнулась Людмила.

Парень был явно к ней расположен, и это было, как нельзя, кстати. Девушке даже на физическом уровне стало легче от простого внимания. Видимо, напряжение, вызванное в ней Мариной, нуждалось в разрядке.

– Прекрасно выглядишь! – похвалил Ян.

– Спасибо. Только мне кажется, что на фоне Марины, я потускнела.

Ян рассмеялся.

– Не грузись. Марина любит, чтоб на неё обращали внимание.

– Как ты держишься?

– Она – жена босса. И вообще, мне нравятся блондинки.

Люся смущённо отвела глаза.

– Будь Игорь в лучшем состоянии, он бы не дал ей крутить попой, – заметила она.

– Не уверен. Ему всегда нравилось, когда пялились на его жену.

– Как он себя чувствует?

– Плохо. Ничего не делает. А твой друг – врач? – не очень уверенно спросил Ян. – Марина сказала, что вы интересуетесь здоровьем Игоря Сергеевича.

– Вообще-то он работает в ФСБ, – гордо сказала Людмила, хотя сама не была в этом уверена. – Но они связаны с медициной, помогают больным в очень запущенных случаях. Если Глеб уверен, что может помочь, значит, правда, может.

– Надеюсь, – произнёс Ян. – А то шеф на работу совсем забил.

– Должен помочь, – ещё уверенней заверила Людмила.

– Когда у вас новая вечеринка намечается? – поменял тему Ян.

– А что?

– Понравилось с тобой выпивать.

Люся рассмеялась. Ей было приятно.

– Да, ты почти не пьёшь! – заметила она и ответила. – Пока не собираемся.

Когда Ян ушёл, Люся ещё некоторое время сидела с улыбкой на лице.

“Я нравлюсь мужчинам, и Глеб меня любит”, – думала она.

Марина и Глеб спустились с террасы на первый этаж дома, где был расположен небольшой спортзал и бассейн.

Глеб увидел банкира полулежащим в массажном кресле. Кресло было выключено. Взгляд Игоря Сергеевича был отрешенным. Казалось, что он смотрел в сторону большой телевизионной панели. Но телевизор тоже был выключен. Глеб много раз видел Кривцова на фотографиях, но в этот день банкир был небритым, осунувшимся и выглядел старше своих лет. Наполовину седые волосы были месяц назад пострижены, и если бы не следы этой короткой спортивной стрижки, то выглядел банкир, наверно, ещё хуже – как простой не особенно опрятный, побитый жизнью работяга.

Глеб посмотрел на журнальный столик, на котором лежала только зажигалка и пачка сигарет. Он не увидел нигде сотового телефона. Вероятно, разгар рабочего дня не был достаточным основанием, чтоб оставаться на связи.

– Игорь. Это – Глеб, – представила гостя Марина.

Банкир скосил на Глеба глаза и снова уставился в телевизор.

Марина в замешательстве посмотрела на Глеба. На её лице читался вопрос “Что делать?” Глеб показал мимикой и жестом, что всё нормально, и лучше ему остаться с её мужем наедине.

Марина ушла. Ей хотелось поболтать с подругой и убедиться, что ей удалось спустить её с небес на землю и дать понять, что Люся – не единственная девушка с красивой фигурой и сексуальной внешностью. Марина видела, что нравилась Глебу, как-бы тот это не скрывал. Люсин приятель не упустил случая оценить взглядом её красивые формы. Жаль, что он был не в её вкусе, – недостаточно красив и в прочих смыслах не очень ей интересен, иначе она могла бы направить на него всю мощь своего обольщения. Подругу ей, в принципе, тоже не хотелось слишком расстраивать. Люся была слегка помешана на Глебе и заслуживала зыбкого женского счастья.

Глеб понимал, что стоять возле человека, находящегося в депрессии, он мог очень долго, не удосуживаясь внимания. Ещё хуже – он мог вызвать неприязнь, если задержится без веской причины.

– Доброе утро, – поздоровался он.

Игорь Сергеевич молчал.

Нельзя было долго ходить вокруг да около, надо было заинтересовать банкира своим предложением. Каждый продавец знает, что перед “продажей” следует провести ”исследование”, в данном случае – постановку диагноза. В случае с Игорем Кривцовым такой диагноз у Глеба уже был. Несмотря на наличие врачебной тайны, благодаря своему служебному положению и умению нажать на собеседника, Глеб владел нужной информацией и обсудил её со специалистами.

– Я знаю о вашей проблеме. Марина говорила, что вы обращались в иностранные клиники. Я тоже там бывал. Не как пациент, – уточнил Глеб, – по работе.

Глеб сделал несколько шагов вперед, чтоб Игорь Сергеевич мог при желании посмотреть на него, не поворачивая головы.

– Но мне хорошо знакомо ваше состояние. “Состояние, когда просыпаешься утром и долго не можешь встать, потому что новый день не сулит ничего хорошего”.

Веки Игоря Сергеевича дрогнули. Впрочем, он не вспомнил, что это были его собственные слова, сказанные им во время визита к психологу. Это сохранилось на видеозаписи.

– Конечно, вы уже не особо верите, что вам могут помочь, – продолжал Глеб. – Лекарства дают временное облегчение. Разговоры с психологом не помогают. Вам говорят, “Перезапустите свой мозг”, или что-то вроде ”Найдите хорошее в своей жизни”. Но ничего не получается.

Глеб сел на стул напротив банкира, чтоб тот почувствовал, что с ним говорят на равных. Это должно было вызвать доверие к его словам.

– Я предлагаю вам сделать ещё одну, последнюю попытку. Последнюю, в том смысле, что уже не потребуется других, – вы вернете себе возможность радоваться жизни.