Анатолий Шигапов – Василиса и карта забытых троп Перепутанное царство 4.0. (страница 5)

Не то чтобы крутой подъём - скорее пологий, но долгий. Земля под ногами была мягкой, покрытой прошлогодними листьями, которые не шелестели, как обычно, а лежали молча, будто боялись разбудить кого-то, кто спал под ними. Василиса то и дело спотыкалась о корни - толстые, узловатые, они вылезали из земли, будто нарочно, и хватали за ботинки.

- Кто эти тропы прокладывал? - спросила она, удерживая равновесие после очередного «почти падения». - Люди без ног?

- Сказки, - ответил Кот, шагая впереди с видом кота, который никогда в жизни не спотыкался. - Они сами прокладывают тропы. Куда хотят, туда и ведут.

- Тогда почему мы идём в гору?

- Потому что сказки любят, когда тяжело, - философски заметил Лис Александр, поправляя лямки рюкзака. - Лёгких путей не бывает. Иначе бы это были не тропы, а асфальт. Или эскалатор. Знаешь, что такое эскалатор?

- Знаю, - сказала Василиса. - В метро.

- Вот, - кивнул Лис. - А здесь нет метро. Здесь только сказки. А они, знаешь ли, не любят, когда на них ездят стоя.

- Ты слишком много читаешь, - заметил Кот. - От этого мозги закипают.

- Знаний много не бывает, - парировал Лис.

- Бывает. Когда они лезут из ушей.

- Мои знания из ушей не лезут. Они аккуратно упакованы в блокнот.

- Блокнот у тебя из ушей? - прищурился Кот.

- Хватит, - сказала Василиса, хотя ей было смешно. - Спорить будете, когда вернёмся. Сейчас нужно сосредоточиться.

Спор прекратился, но Лис Александр всё равно что-то записал в блокнот, а Кот сделал вид, что ему всё равно, хотя его хвост довольно дёргался.

Они вышли на небольшую поляну.

Не такую, как та, где лежал Колобок. Эта была другой - круглой, ровной, будто кто-то выстриг её в лесу циркулем. Посреди поляны стоял камень. Не просто камень - огромный валун, серый, замшелый, с выбитыми на нём буквами. Буквы были старыми, с закруглениями, как в бабушкиных книжках, которые печатали давным-давно, когда буквы ещё были красивыми.

Василиса подошла ближе, прочитала вслух:

- «Забытые Тропы. Восемь сказок. Восемь желаний. Восемь ошибок. Иди и чини. Если свернёшь - не возвращайся. Если испугаешься - иди дальше. Если забудешь, зачем пришёл - смотри на небо».

Она помолчала, вглядываясь в последнюю строчку.

- Странно, - сказала она. - Почему именно смотреть на небо? Что небо может подсказать?

- Небо не подсказывает, - ответил Кот. - Небо напоминает.

- О чём?

- О том, что ты маленькая. А мир - большой. Иногда это помогает вспомнить, зачем ты идёшь.

Лис Александр записал фразу Кота в блокнот, потом поднял голову и посмотрел на небо. Оно было бледно-голубым, почти белым, с редкими облаками, которые медленно плыли с запада на восток.

- Там ничего нет, - сказал Лис. - Только облака.

- Вот именно, - сказал Кот. - Ничего лишнего. Чистое небо - лучшая карта.

- Небо не карта, - возразил Лис. - На карте есть линии, названия, отметки. А на небе - пустота.

- Пустота тоже может быть картой, - сказал Кот и пошёл дальше, не дожидаясь ответа.

Василиса пошла за ним, оставив Лиса смотреть на облака. Тот постоял ещё немного, вздохнул, поправил пенсне и тоже зашагал следом.

Тропа повела их вниз, в небольшую ложбину. Здесь пахло мятой и чем-то сладким, как свежие пироги с яблоками. Воздух стал влажнее, и на листьях деревьев выступила роса, хотя солнце стояло высоко.

- Вторая сказка близко, - сказал Кот.

- Я чувствую, - Василиса втянула носом воздух. - Пахнет пирогами. И ещё... землёй. Свежей землёй.

- Репка, - сказал Кот. - Она всегда пахнет землёй. Даже когда выросла.

Вторая сказка называлась «Репка».

Василиса помнила её с детства. Дед сажал репку, репка вырастала большая-пребольшая, дед не мог вытянуть, звал бабку, бабка внучку, внучка Жучку, Жучка кошку, кошка мышку. И все вместе тянули-тянули и вытянули. В конце все были счастливы, репку съедали, и на этом сказка заканчивалась.

Здесь было не так.

Репка выросла огромной. Не то чтобы большой - огромной. Размером с деревенскую избу. У неё была дверь. Настоящая, деревянная, с кованой ручкой. И окна - два на фасаде, одно сбоку. И даже печная труба, из которой вился тонкий дымок.

- Это репка? - не поверила Василиса.

Она обошла вокруг. Сверху, из земли, торчала ботва - зелёная, сочная, с широкими листьями, которые отбрасывали тень на половину поляны. А снизу, из-под ботвы, выступал жёлтый бок - гладкий, блестящий, как начищенный самовар.

- Судя по ботве, - сказал Лис Александр, делая пометку в блокноте и одновременно пытаясь не наступить в лужу, - да, это репка. Но я никогда не видел репку с дымоходом. Это нонсенс.

- Что? - переспросила Василиса.

- Нонсенс. То есть бессмыслица. То есть такого не бывает. То есть...

- То есть ты удивлён, - перевела Василиса.

- Крайне, - подтвердил Лис. - Я бы даже сказал - исторически удивлён. Потому что за всю историю сказок репки никогда не строились с трубами. У них не было архитектурного образования.

Кот обошёл репку-дом по кругу, поскрёб лапой порог, потом понюхал дверную ручку.

- Здесь живут, - сказал он. - Слышишь?

Василиса прислушалась.

Изнутри доносились голоса. Негромкие, мирные. Кто-то гремел посудой - не зло, а скорее привычно, будто мыл тарелки. Кто-то тихо напевал мелодию, похожую на колыбельную. Кто-то смеялся - негромко, по-доброму.

- Жильцы, - сказал Кот. - Постоянные.

- А как они туда попали? - спросила Василиса.

- Узнаем, если войдём.

Василиса постучала в дверь.

Не сразу - сначала она просто стояла и смотрела на дверь, на деревянную ручку, на дымок из трубы. Потом собралась с духом и постучала. Три раза. Громко, чтобы услышали.

- Входите, не заперто, - ответил старческий голос изнутри. Спокойный, чуть хрипловатый, как у человека, который много лет поёт на кухне.

Василиса толкнула дверь и зашла.

Внутри репки было тепло и уютно.

Стены были... репными. То есть изнутри они выглядели как обычная репка - жёлто-оранжевые, с прожилками, чуть влажные на ощупь. Но по ним были развешаны половики, деревянные ложки, связки сушёных трав и несколько иконок в углу. В углу стояла печка - настоящая, кирпичная, белёная, с заслонкой и вьюшкой. Откуда она взялась внутри репки, никто не знал, но выглядела она так, будто стояла здесь всегда.

Посреди комнаты - большой стол из неструганых досок, накрытый клетчатой скатертью. На столе - самовар, пузатый, начищенный до блеска, и тарелка с пирогами. Пахло так вкусно, что у Василисы заурчало в животе.

За столом сидели Дед, Бабка, Внучка, Жучка, Кошка и Мышка.

Дед пил чай из блюдца - прихлёбывал с таким наслаждением, будто ничего вкуснее в жизни не пробовал. Бабка вязала - спицы мелькали в её руках так быстро, что Василиса не успевала следить за движением. Внучка читала книжку - толстую, в потрёпанной обложке, с закладкой на середине. Жучка дремала у печки, положив голову на лапы. Кошка умывалась, сидя на подоконнике. Мышка грызла сухарик, сидя на краю стола - маленькая, серенькая, с длинным хвостом и блестящими глазками.

- Здравствуйте, - сказала Василиса. - А где... репку тянуть?

Все подняли головы и посмотрели на неё с лёгким недоумением.

- Тянуть? - переспросил Дед, отрываясь от блюдца. - Зачем? Она и так растёт.

- Ну... - Василиса замялась. - В сказке написано. Вы посадили репку, она выросла большая-пребольшая, и вы не могли её вытянуть. А потом позвали бабку, потом внучку, потом Жучку, потом кошку, потом мышку - и вытянули.

- А, это было, - махнул рукой Дед. - Давно. Мы пробовали. Бабка - раз. Внучка - два. Жучка - три. Кошка - четыре. Даже Мышка помогала. - Он кивнул в сторону Мышки, которая важно кивнула в ответ, не переставая грызть сухарик. - Не вытянули. Ни в какую. Репка как вросла - так и сидит.