Анатолий Шигапов – Василиса и карта забытых троп Перепутанное царство 4.0. (страница 6)

- А потом, - добавила Бабка, не отрываясь от вязания, - репка выросла ещё больше. И внутри стало тепло и уютно. Мы залезли, погрелись. И остались. Зачем нам тянуть? Нам и тут хорошо.

- А как вы залезли? - спросил Лис Александр, который делал подробные записи и чуть не уронил блокнот в самовар.

- А так и залезли, - пожал плечами Дед. - Репка сама дверь сделала. Умная, видно, была. Поняла, что если внутри тепло - надо пускать гостей.

- Репка не может делать двери, - возразил Лис. - У репок нет рук.

- А у нашей есть, - сказала Бабка. - Не руки, конечно, но рост. Само выросло. Мы не спрашивали, как. Просто обрадовались.

Василиса огляделась. Правда, было хорошо. Пол - земляной, но устлан половиками. В углу - старая этажерка с книгами и безделушками. На окнах - занавески с петушками. В воздухе пахло пирогами, деревом и чем-то земляным - как в погребе, но приятным, уютным.

- Но в сказке написано, - повторила Василиса, чувствуя, что звучит глупо. - Что репку должны вытянуть.

- А мы новую сказку пишем, - сказала Внучка, откладывая книжку. - Старая нам надоела. Всё тяни да тяни. А у нас тут самовар, варенье, книги. Хочешь чаю?

Василиса не удержалась и кивнула. Мышка проворно спрыгнула со стула, принесла ещё одну чашку - совсем маленькую, на мышиный рост - но Василиса взяла её двумя пальцами, и чашка оказалась в самый раз.

- С чем пирог? - спросила Бабка. - С капустой или с яблоками?

- С яблоками, пожалуйста.

- Хорошая девочка, - одобрила Бабка, отрезая большой кусок и кладя его на тарелку. - Внучка у нас одни книжки читает, забывает про витамины. Кости, говорит, не болят. А как заболят - поздно будет.

Внучка закатила глаза, но беззлобно. Она взяла пирог с капустой и откусила маленький кусочек - скорее из вежливости, чем из голода.

Василиса откусила пирог. Он был тёплым, рассыпчатым, с кисло-сладкими яблоками и корицей. Настоящий деревенский пирог, каких дома не испечёшь - потому что дома нет репки, которая пахнет землёй и солнцем одновременно.

- Как же вы теперь? - спросила она, жуя. - Живёте в репке?

- А никак, - сказал Дед, отхлебнув из блюдца. - Живём. Репка растёт - нам просторнее. Каждый год новая комната появляется. В прошлом году кладовка выросла. В этом - прихожая.

- А через пять лет будет второй этаж, - мечтательно сказала Внучка. - Я себе сделаю библиотеку. С лестницей. И креслом.

- А я хочу веранду, - добавила Бабка. - Чтобы летом чай пить на воздухе, а дождик не капал.

- А я - спальню отдельную, - сказал Дед. - Чтобы Бабка не храпела.

Бабка стукнула его спицей по лбу. Дед засмеялся.

Василиса рассмеялась вместе с ними.

Она ожидала чего угодно - запутанной сказки, злого колдовства, ошибки, которую надо исправлять. Но здесь нечего было исправлять. Репка стала домом. И всем было хорошо. Даже мышке, которая доела свой сухарик и теперь с интересом разглядывала Лиса Александра.

- Это вообще кто? - спросила Мышка, показывая хвостом в сторону Лиса.

- Я Лис Александр, - представился Лис. - Я веду дневник экспедиции. Можно мне записать, как вы устроились?

- Записывай, - разрешила Мышка. - Только не наступай на хвост.

Лис Александр достал блокнот и принялся подробно описывать интерьер репки-дома. Он записал, какие половики, какой самовар, сколько книг на этажерке и чем пахнет в углу у печки. Он даже зарисовал печную заслонку с петухом.

Кот тем временем сидел у порога и с любопытством разглядывал печку. Не как кошка, которая хочет погреться - а как человек, который пытается вспомнить, видел ли он такую раньше.

- Ты чего? - спросила Василиса, подходя к нему.

- Печка знакомая, - сказал Кот. - Не конкретно эта. А такие печки. С вьюшками. И с лежанкой. Раньше в деревнях были.

- Откуда ты знаешь?

- Не знаю. Но знаю.

Кот встряхнулся, подошёл к столу и вежливо попросил у Бабки кусочек пирога. Бабка дала ему целый - с рыбой, специально для кота. Кот съел, облизнулся и сказал:

- Спасибо. Давно не ел таких пирогов.

- Давно - это когда? - спросила Бабка.

- Не помню, - ответил Кот. - Но помню, что были.

Василиса погладила его по голове. Кот замурлыкал, но как-то задумчиво, будто часть его мыслей была где-то далеко - в тех временах, когда он ел пироги с рыбой в деревне с печками-вьюшками.

- По-моему, здесь всё в порядке, - сказала Василиса, когда пироги были съедены, чай допит, а Лис Александр закончил записи.

- В полном, - согласился Кот. Он сидел на подоконнике, грелся на солнце и смотрел в окно, за которым зеленела ботва. - Иногда не надо ничего чинить. Иногда надо принять, что всё уже хорошо.

Он сказал это так просто, как будто всегда знал. Но Василиса заметила, что его глаза стали чуть влажными. Она не спросила почему. Иногда лучше не спрашивать.

Лис Александр записал в блокноте: «Репка починена не через действие, а через принятие. Герои перестали бороться с обстоятельствами и адаптировали их под себя. Возможно, это и есть высшая мудрость. Но я запишу это аккуратно, потому что не уверен».

- Можно я ещё один пирог с собой возьму? - спросила Василиса у Бабки.

- Бери два, - сказала Бабка. - Ты слишком худая. Вон как Кот у тебя упитанный, а ты - спица. Не кормят тебя дома, что ли?

- Кормят, - улыбнулась Василиса. - Просто я расту.

- Расти - это хорошо. Но пироги тоже важны. В них сила земли. Репная.

Бабка завернула четыре пирога в чистую тряпицу и сунула Василисе в рюкзак. Лису Александру тоже дала - два сухаря, потому что сухари она уважала («зубы тренируют»). Коту - кусочек рыбы, но Кот вежливо отказался.

- Я не ем рыбу, - сказал он.

- Странный кот, - удивилась Бабка.

- Я вообще странный, - согласился Кот.

Они попрощались, вышли из репки-дома, и Василиса оглянулась. Сквозь окна было видно, как Дед снова наливает чай, Бабка вяжет, Внучка читает. Мышка лезет на стол за вареньем - ловко, по скатерти, не задевая чашек. Кошка спит на подоконнике. Жучка чихнула во сне.

Хорошо.

- Две сказки, - сказала Василиса. - Шесть осталось.

- Если всего восемь, - поправил Лис Александр. - Но я всё равно не понимаю, почему на карте девять иконок. Потому что мы прошли Колобка и Репку - это две. А осталось семь? Или шесть? Я запутался.

- Потом разберёмся, - сказала Василиса. - Сейчас идём дальше.

Тропа пошла дальше - теперь в сторону леса, где деревья росли не вверх, а как-то криво, будто их кто-то скрутил в детстве и забыл распрямить.

Третья сказка обнаружилась за поворотом.

«Теремок».

Василиса помнила эту сказку с самого раннего детства. Стоит в поле теремок. Бежит мимо мышка-норушка, стучится, спрашивает: «Кто-кто в теремочке живёт?» Никто не отвечает, она заходит и начинает жить. Потом лягушка-квакушка, зайчик-побегайчик, лисичка-сестричка, волчок-серый бочок. Всех пускают, всем хватает места. А потом приходит медведь косолапый, лезет на крышу, теремок трещит и падает. Звери строят новый, лучше прежнего, и живут все вместе.

Здесь теремок не трещал. Он кричал.

Изнутри доносились голоса - громкие, злые, перебивающие друг друга. Василиса прислушалась.

- Я главный! - кричал кто-то тоненько, с писком.

- Нет, я! - отвечал бас, от которого дрожали стёкла.

- Это моя комната! - пискляво вторил третий.

- Я первая пришла - мне лучшая!

- А я самый большой - мне самая большая!

- А я прыгаю выше всех - мне нужна комната с высоким потолком!