Анатолий Шигапов – Тайский Хаос Май Пен Рай (страница 18)

- Я не собирался. Я изучаю фауну.

Краб тем временем двинулся в сторону сумки Алисы, где лежала упаковка печенья. Он двигался боком, деловито, как человек, который точно знает, куда идёт и зачем.

- Он идёт к моему печенью! - воскликнула Алиса.

- Значит, у него хороший нюх, - заметила Анна. - Или плохие намерения.

Артём, недолго думая, включил камеру:

- Снимаем рубрику «Переговоры с крабом». Алиса, попробуй договориться.

- О чём?!

- О печенье. Ты дипломат. Это твой профиль.

Алиса посмотрела на краба. Краб посмотрел на Алису. Он поднял большую клешню и пошевелил ею - не угрожающе, а скорее вопросительно.

- Уважаемый краб, - начала Алиса, - я понимаю ваш интерес к моему печенью. Однако данное печенье является моей собственностью, и я не намерена его отдавать. Предлагаю альтернативу: кусочек кокоса.

Она бросила крабу кусочек кокоса. Краб подошёл, пощупал клешнёй, подумал - и начал есть.

- Переговоры завершились успешно, - объявила Алиса. - Конфликт урегулирован.

- Ты только что провела дипломатические переговоры с ракообразным, - сказала Анна. - И победила.

- Это мой диплом МГИМО в действии.

Саша записал в блокнот: «Метод Алисы Романовой: переговоры с крабом через предложение альтернативы. Эффективность: 100%. Рекомендую к применению в международных спорах».

После инцидента с крабом команда решила, что на сегодня съёмок достаточно. Они расстелили полотенца, достали фрукты и воду. Алиса намазалась кремом от загара (SPF 50, «потому что я не хочу выглядеть как помидор»). Саша, который уже начинал краснеть, последовал её примеру.

- Ты пользуешься кремом? - удивилась Алиса.

- Я пользуюсь здравым смыслом. Ультрафиолетовое излучение вызывает рак кожи. Это статистический факт.

- Саша, иногда ты говоришь вещи, от которых хочется тебя обнять и одновременно дать подзатыльник.

- Я не понимаю, как это возможно одновременно.

- В Таиланде всё возможно.

Саша записал это в блокнот. Он всё ещё не понимал, но уже начал привыкать.

Артём, лёжа на полотенце, дописывал код. Анна спросила:

- Что ты делаешь?

- Я улучшаю нейросеть для распознавания пауков. После вчерашнего я понял: нам нужно не просто распознавать пауков, но и предсказывать их появление.

- Ты хочешь предсказывать появление Аристотеля?

- Да. Я анализирую паттерны: время, температура, влажность, фазы луны.

- Артём, ты знаешь, что это звучит безумно?

- Я знаю. Но это работает.

Кант - собака-философ, которая всё это время лежала в тени пальмы, - подошла к Артёму и лизнула его в ногу. Видимо, в знак солидарности. Или потому, что на ноге осталась соль от морской воды. С собаками никогда не знаешь наверняка.

Вечером они собрались у бара. Ноп сделал четыре коктейля «Май Пен Рай» (алкоголь - по-прежнему ноль, «но секретного ингредиента добавил больше»). Пим пришла с новостью: бассейн откроют послезавтра.

- Немца, который сломал фильтр, выписали из больницы, - добавила она. - Он прислал открытку с извинениями.

- Открытку? - переспросила Анна.

- Да. Написал: «Извините за фильтр. Больше не буду прыгать в пустой бассейн. Хорошего дня».

- Это по-немецки, - заметил Саша. - Ответственно.

Команда сидела и смотрела на закат. Солнце садилось за стройку - сегодня леса перенесли, и закат был виден под новым углом. Тон, сидя на новых лесах, играл на гитаре.

- Итак, - сказала Анна, - третий день. Первая съёмка. Падение. Атака чаек. Переговоры с крабом.

- И компромисс по монтажу, - добавила Алиса.

- И скидка на отель, - сказал Саша.

- И нейросеть для предсказания пауков, - сказал Артём.

- Мы продуктивны, - резюмировала Анна.

- Мы безумны, - поправила Алиса.

- Это одно и то же, - сказала Пим, проходя мимо. - Май пен рай.

Гекконы запели. Кант, собака-философ, улеглась у ног Саши и закрыла глаза. Аристотель где-то в саду плёл паутину. Завтра команду ждал пляж Патонг - главный туристический ад Пхукета. Но это уже совсем другая история.

ДЕНЬ 4. ПЛЯЖ ПАТОНГ: ЛЕЖАКИ, ЗОНТИКИ И РУССКИЙ РЭП

На четвёртый день команда проснулась с чётким планом. План предложила Анна ещё вчера вечером: «Мы должны снять контраст. Ката - это спокойный пляж, хипстеры, сёрферы, тишина. Патонг - это туристический ад, лежаки в семь рядов, музыка из каждого кафе, продавцы массажа. Мы покажем обе стороны Пхукета. Это будет честно».

Саша немедленно начал готовиться. К завтраку он спустился с тремя страницами заметок.

- Я изучил статистику Патонга, - объявил он, раскладывая бумаги между тарелками с тостами. - Плотность туристов на квадратный метр в высокий сезон - 4,2 человека. Это в три раза выше, чем на Кате. Уровень шума достигает 85 децибел. Это сопоставимо с шумом отбойного молотка.

- Саша, ты хочешь сказать, что Патонг - это ад? - уточнила Алиса.

- Я хочу сказать, что Патонг - это вызов. Мы должны быть готовы.

- Что ты предлагаешь?

- Беруши. Солнцезащитный крем с фактором 100. Вода - минимум два литра на человека. И никакой уличной еды - только проверенные кафе.

- Саша, - сказала Анна, - уличная еда в Таиланде безопаснее, чем в некоторых московских ресторанах.

- Это непроверенные данные. Я предпочитаю проверенные.

Артём, который молча поглощал омлет, поднял голову:

- Я скачал аудиозапись «звуки стройки» и «звуки рынка». Если на Патонге будет слишком тихо, я включу их для фона.

- Зачем?! - спросила Алиса.

- Чтобы Саша не расслаблялся. Если вокруг тихо, он начинает нервничать и искать подвох. Лучше дать ему контролируемый шум.

Саша посмотрел на Артёма долгим взглядом. Потом записал в блокнот: «Артём предлагает терапию контролируемым шумом. Требует изучения».

К отелю подъехала знакомая Toyota Camry. За рулём сидел Сомчай - тот самый таксист, который предлагал Артёму жениться на своей сестре. Он улыбался так, будто ждал их всё это время.

- Мистер Александер! Миссис Алиса! Мистер Артём! Миссис Анна! - закричал он, высовываясь из окна. - Я знал, что вы позвоните! Куда едем?

- На Патонг, - сказал Саша. - Пляж.

- Патонг! Хороший выбор! Много люди, много музыка, много... - он замялся, подбирая слово, - ...много всего!

- Вот этого «всего» мы и боимся, - пробормотала Алиса.

По дороге Сомчай, как и в прошлый раз, включил музыку. На этот раз это был не оркестр русских народных инструментов, а тайский ремикс на песню «Катюша». Артём включил нейросеть, чтобы понять, что поётся во втором куплете. Перевод был примерно таким: «Яблони и груши / Растут в Сибири / Но я таец / И я не знаю, что такое Сибирь / Дайте мне кокос».