Анатолий Шигапов – Светлый Майк или как дед баллотировался 4.0. (страница 5)

– Ладно, – сказал он обречённо. – Но с условием: если меня там убьют, я буду очень недоволен.

– Договорились.

За завтраком обсуждали главную проблему: дед не мог появиться на Мафусаиле в своём естественном облике. Местные жители – синие гуманоиды с хвостами и длинными ушами. Дед – обычный русский пенсионер с седой бородой и любовью к кофеваркам. Конспирация, как говорится, была бы провалена мгновенно.

– Нужна маскировка, – сказал Громов, разглядывая деда как диковинный экспонат. – Самая тщательная.

– Грим? – предложила Аня. – Можно попробовать загримировать.

– Не, – покачал головой Ксирг. – У нас на Мафусаиле специальные сканеры на космопорте. Они определяют биологическую структуру. Грим не поможет.

– Что же делать? – растерялся Полозов.

И тут дед, который всё это время молча крутил в руках кофеварку, вдруг поднял голову.

– А если по-настоящему? – спросил он.

– Что – по-настоящему? – не понял я.

– Превратиться, – просто сказал дед. – В гуманоида. По-настоящему.

Наступила тишина. Даже муха перестала биться о стекло.

– Дед, – осторожно начал я, – ты чего? Это же невозможно.

– Для кого невозможно, а для кого – просто вопрос технологии, – дед поднялся и направился к своей мастерской. – Идите за мной. И кофеварку захватите. Мою.

Мы пошли. В мастерской дед колдовал над чертежами, что-то высчитывал на логарифмической линейке (которую носил с собой с молодости) и периодически подключал кофеварку к разным приборам.

– Видите ли, – говорил он, не оборачиваясь, – структура ДНК у всех гуманоидных рас примерно одинакова. Отличия – в пигментации кожи, форме ушей, наличии хвоста и так далее. Если я смогу модифицировать свою ДНК с помощью кофеварки…

– Подожди, – перебил Громов. – Ты хочешь сказать, что твоя кофеварка может редактировать гены?

– А почему нет? – удивился дед. – Она же порталы открывает, плазмой стреляет, погоду предсказывает. Почему бы ей гены не редактировать? Я, между прочим, ещё в прошлом году добавил функцию био-модуляции. Думал, пригодится.

– Для чего?

– Ну, мало ли. Вдруг кто-то захочет стать синим. Или отрастить хвост. Жизнь разнообразна, надо быть готовым ко всему.

Ксирг смотрел на деда с таким благоговением, что, казалось, сейчас упадёт на колени.

– Вы… вы можете изменить свою ДНК? – прошептал он. – Просто так? Кофеваркой?

– Не просто так, – поправил дед. – С умом. И с расчётами. Зина, принеси-ка мои очки, те, что для микроскопических работ. И пирожок – для подкрепления.

Бабушка принесла очки и пирожок. Дед надел очки, откусил пирожок и начал колдовать.

Через час подготовка была закончена. Дед соорудил нечто вроде кресла с подключёнными к нему проводами, датчиками и, конечно, кофеваркой в центре.

– Садись, Игнат, – скомандовала бабушка, подталкивая деда к креслу.

– А может, не надо? – в очередной раз засомневался дед. – Я и так симпатичный.

– Надо, Игнат, надо, – бабушка была непреклонна. – Там, на этом Мафусаиле, все синие. Ты будешь как белая ворона. Или как розовый слон.

– Ну, допустим, синий я ещё могу понять, – бормотал дед, усаживаясь в кресло. – Но хвост-то зачем? Я всю жизнь без хвоста прожил, и ничего.

– Хвост – это национальная гордость мафусаильцев, – объяснил Ксирг. – Без хвоста тебя никто не примет за своего.

– Ладно, – вздохнул дед. – Давай свой хвост. Только не очень длинный, а то я запутаюсь.

– Включение! – объявил дед и нажал на кнопку.

Кофеварка загудела, засветилась всеми цветами радуги, и из неё вырвался луч, который окутал деда с головы до ног. Дед дёрнулся, замер, потом начал светиться изнутри. Его кожа медленно меняла цвет с обычного розового на насыщенный синий. Волосы на голове потемнели и стали длиннее. Из поясницы начал расти хвост – сначала маленький, потом всё длиннее и длиннее.

– Ой! – вскрикнул дед. – Щекотно!

– Терпи, Игнат, – прикрикнула бабушка. – Красота требует жертв.

Уши у деда начали вытягиваться, заостряясь на концах. Борода, к счастью, осталась – Ксирг сказал, что на Мафусаиле бородатые мужчины пользуются особым уважением.

Через пять минут всё было кончено. Дед открыл глаза и посмотрел на свои руки. Они были синими.

– Получилось? – спросил он.

Вместо ответа бабушка поднесла ему зеркало. Дед посмотрел на своё отражение и замер.

– Мамочки, – выдохнул он. – Это я?

– Ты, Игнат, ты, – бабушка улыбалась сквозь слёзы. – Красивый какой стал. Прямо инопланетный принц.

Дед повертел головой, пошевелил ушами, подёргал хвостом.

– Хвост слушается? – спросил Ксирг с профессиональным интересом.

– Вроде да, – дед попробовал завернуть хвост спиралью, потом раскрутить обратно. – Анекдот. Я теперь и мух могу отгонять, и на крючок его наматывать, если рыбачить пойду.

– Рыбачить ты будешь потом, – остановила его бабушка. – Сначала – президентская кампания.

– А как я обратно превращусь? – спохватился дед.

– Обратно – так же, – успокоил он сам себя. – Кофеварка всё запомнила. Главное – не потерять настройки.

Мы окружили деда, разглядывая его со всех сторон. Выглядел он… впечатляюще. Синяя кожа, длинные седые волосы, острая бородка, эльфийские уши и вполне приличный хвост. Если бы я встретил его в тёмном переулке, то, наверное, принял бы за очень продвинутого косплеера.

– Ну что, – сказал Громов, – теперь можно и на Мафусаил.

– Подождите, – остановил нас Ксирг. – Есть ещё одна проблема. Документы. Без документов нас на планету не пустят.

– А какие у вас документы? – спросил Полозов.

– Биометрические паспорта с генетическим кодом. У деда теперь код изменился. Надо как-то вписать его в систему.

– Это я беру на себя, – вызвался Полозов. – У меня есть знакомые хакеры. Вернее, был один знакомый хакер. Вернее, он сидит в тюрьме, но я могу с ним связаться.

– А он не выдаст?

– Он сидит за взлом банковской системы нашей империи. Ему терять нечего. А за возможность взломать межгалактическую базу данных он отдаст всё.

– Действуй, – разрешил Громов.

Пока Полозов связывался с хакером, мы готовились к путешествию. Бабушка пекла пирожки – стратегический запас на месяц вперёд. Дед привыкал к новому телу, учился управлять хвостом и периодически пугался своего отражения в зеркале.

– Зина, – жаловался он, – я в туалет зашёл, увидел синего дядьку в зеркале, чуть инфаркт не получил. Думал, грабитель.

– Привыкнешь, Игнат, – успокаивала бабушка. – Вон Ксирг говорит, у них там все такие. Будешь как свой.

– Свой-то свой, – ворчал дед. – А борщ я теперь смогу есть? Или у синих с пищеварением проблемы?

– Сможешь, – заверил Ксирг. – Пищеварение у нас отличное. Особенно от вашего борща.

Через два часа Полозов вернулся с победным видом.

– Готово! – объявил он. – Игнат Светлов теперь официально значится в базе данных Мафусаила как Игнатиус Светлус, коренной житель отдалённого поселения, потерявший документы при радиационном шторме. Легенда железобетонная.

– Игнатиус? – переспросил дед. – Звучит как название таблеток от головы.

– Зато красиво, – сказала Аня. – Президент Игнатиус. Есть шарм.