Анатолий Шигапов – Светлый Майк или как дед баллотировался 4.0. (страница 7)

– Потому что… – дед замялся. – Потому что Мафусаил далеко. Чем дальше цель, тем фиолетовее портал.

– А почему он мигает?

– Потому что… стабилизируется.

– А почему из него дует?

– Откуда я знаю?! – психанул дед. – Я инженер, а не экстрасенс!

Из портала действительно дуло. Холодный, космический ветер с запахом озона и ещё чего-то неуловимо жуткого.

– Ладно, – сказал Громов, поправляя жилет. – Кто первый?

Наступила тишина. Все смотрели на портал, потом друг на друга, потом снова на портал.

– Я первый, – вызвался дед. – Моё изобретение, мне и испытывать.

– Ну уж нет, – остановила его бабушка. – Ты, Игнат, если что не так пойдёт, сразу начнёшь кофеварку чинить, а нас там одних бросишь. Пусть Громов идёт. Он военный, ему не привыкать.

– Спасибо за доверие, – кисло сказал Громов, но спорить не стал.

Он подошёл к порталу, заглянул внутрь, глубоко вздохнул и шагнул. Через секунду он исчез. Мы замерли, прислушиваясь. Тишина.

– Громов! – крикнул дед. – Ты там как?

Тишина.

– Может, он… того? – прошептал Полозов.

– Не каркай! – шикнула бабушка.

И тут из портала высунулась рука. Потом вторая. Потом голова. Громов.

– Ну чего вы там застряли? – недовольно спросил он. – Идите быстрее, тут холодно.

Мы облегчённо выдохнули и начали переправляться. Бабушка – с рюкзаками. Дед – осторожно, придерживая хвост, чтобы не защемило. Ксирг – с блокнотом и дрожащим хвостом. Полозов – с чемоданом юридической литературы. Аня – с косметичкой и книжкой. Я – последним, оглянувшись на пустой дом.

– Ну, Павлик, – сказал я в пустоту (Павлик, конечно же, стоял рядом, но я уже вошёл в роль). – Присматривай за младшими. Мы скоро.

– Пап, я с вами, – напомнил Павлик.

– А, да. Точно. Тогда пошли.

И мы шагнули.

Ощущение перехода через портал было… незабываемым. Казалось, что тебя пропустили через гигантскую центрифугу, облили ледяной водой, поджарили на сковородке и пропылесосили. А потом выкинули в сугроб.

– А-а-а! – заорал Павлик, вылетая из портала. – Холодно!

– Терпи, – сказал Громов, помогая ему подняться. – Это Альфа-9. Здесь всегда так.

Мы огляделись. Место, куда мы попали, напоминало… честно говоря, оно не напоминало ничего. Огромный ангар, заставленный самыми разными летательными аппаратами, снующие туда-сюда существа всех форм и размеров, крики на десятках языков, запахи жареного мяса, синтетических специй и чего-то ещё, от чего щипало в носу.

– Добро пожаловать на Альфа-9, – торжественно объявил Ксирг. – Космопорт «У Гоши». Центр галактической торговли, контрабанды и… всего остального.

– Атмосферно, – оценила бабушка. – Прям как наш Черкизон в девяностые. Только масштаб побольше и существа пострашнее.

– Зина, не отставай, – дед уже тащил её к ближайшей лавке, откуда доносился умопомрачительный запах жареного теста. – Вон там чебуреки! Надо пробовать!

Чебуреки оказались… чебуреками. На вид – как земные, только размером с хорошую тарелку. На вкус – почти как земные, только с добавлением какой-то пряной травы, от которой во рту становилось прохладно, а в носу начинало щипать.

– Мята? – предположила бабушка, жуя.

– Мента-трава, – поправил продавец – огромное существо с четырьмя руками и тремя глазами, которые смотрели в разные стороны. – Освежает дыхание, убивает бактерии, нейтрализует лёгкие формы радиации. Три кредита штука.

– Дорого, – прищурилась бабушка. – Давай по два.

– По два с половиной.

– По два и банка моего варенья в придачу.

Продавец задумался, взял банку, понюхал, попробовал… и прослезился.

– Согласен, – сказал он дрожащим голосом. – По два. И варенье. И научите, как это делать.

Так мы наелись чебуреков на неделю вперёд и обзавелись первым полезным контактом.

– Зина, у тебя талант, – восхитился Громов. – Ты где хочешь договоришься. Даже с трёхглазыми.

– Жизнь заставила, – скромно ответила она. – В очередях за колбасой в девяностые ещё и не такому научишься. Там, бывало, за полкило колбасы такие словесные баталии разворачивались…

– Нам нужно найти корабль до системы Бета-4, – напомнил Ксирг, нервно оглядываясь. – Пираты, которые меня везли, сказали, что если я ещё раз появлюсь в их секторе, они меня убьют. Так что лучше нанять другой корабль. С нейтральным экипажем.

– А есть варианты? – спросил я, оглядывая бесчисленные вывески.

– Есть. Вон там, – Ксирг указал хвостом на дальний конец зала, где висела неоновая вывеска «Бюро найма космических судов. Дёшево. Быстро. Анонимно. Без лишних вопросов». – Но там могут быть агенты Грога. Надо быть предельно осторожными.

– Я пойду, – вызвался Громов. – Я умею с такими разговаривать.

– Я с тобой, – добавил Полозов. – Для юридической поддержки. И чтобы фиксировать нарушения, если что.

Они ушли, растворившись в толпе. Мы остались ждать у лавки с чебуреками, попивая местный чай (напоминающий по вкусу компот из сухофруктов) и наблюдая за жизнью космопорта.

– Дед, – спросил я, глядя на синего родителя, который по привычке почёсывал затылок хвостом, – а ты уверен, что мы правильно делаем?

– В смысле? – не понял он, жуя чебурек.

– Ну, лезем в чужую политику. Навязываем свою помощь. Может, они сами разберутся? У них вон цивилизации двенадцать миллиардов лет.

– Внучек, – дед посмотрел на меня серьёзно, и в его синих глазах мелькнула та самая мудрость, которая помогала нам выживать во всех передрягах, – когда человек просит помощи и три месяца добирается до тебя, рискуя жизнью через пояса астероидов и пиратов – отказывать нельзя. Это не политика. Это – человечность.

– А если у нас не получится?

– А если получится? – парировал дед. – Я в своей жизни столько раз ошибался, что уже привык. Но когда получалось – это того стоило. Помнишь Коршунова?

– Помню.

– А помнишь, как мы его победили?

– Пирожками, – улыбнулся я.

– Вот именно. Пирожками. Самое главное оружие – не сила, не хитрость, а доброта и еда. Сытый человек – добрый человек. А добрые люди не хотят воевать. Даже если они синие и с хвостами.

– А если они захотят нас убить?

– Тогда мы убежим, – просто сказал дед. – Я в этом тоже специалист.

К разговору присоединился Ксирг. Он сидел на ящике, обхватив хвост руками, и выглядел несчастным.

– Вы даже не представляете, – тихо сказал он, – что для меня значит, что вы согласились помочь. Я уже потерял надежду. Три года я искал способ. Три года! Я объездил полгалактики, переговорил с сотнями людей. Все отказывались. Боялись. А вы – согласились. Просто так.

– Не просто так, – возразила бабушка. – За пирожки.

– Но вы же меня не знаете!

– А какая разница? – удивилась бабушка. – Ты человек. Ну, гуманоид. Есть хочешь? Хочешь. Спишь? Спишь. Боишься? Боишься. Значит, свой.

Ксирг расплакался. В четвёртый раз за наше знакомство.