Анатолий Шигапов – Пробуждение (страница 9)

- Боюсь, - ответила она. - Но не глубины. Темноты.

Он кивнул, будто понял что-то.

- Это ничего, - сказал он. - Там, куда мы идём, темноты нет. Только свет. Так мне сказали.

- Кто?

Он не ответил.

Но Анна увидела в его глазах что-то знакомое. Отблеск. Искру. Тот же свет, который она видела в формулах на стенах лаборатории - в голосе, который говорил с ней через океан.

Александр Волков тоже слышал Голос.

И он тоже был изменён.

ГЛАВА 3. «АЛЕКСАНДР»

За три года до того, как Анна Новак впервые услышала Голос, майор Александр Волков умер в сирийской пустыне.

Это произошло в ста семидесяти километрах к востоку от Пальмиры, в зоне, которую на картах обозначали как «нестабильную», а военные называли проще - «мясорубка». Конвой из трёх бронированных внедорожников двигался по старой бедуинской дороге, поднимая за собой хвосты пыли, видимые за десятки километров. В первом внедорожнике сидел Александр. Во втором - двое миротворцев ООН, которых он должен был доставить на базу. В третьем - боеприпасы и медикаменты.

Миссия была рутинной. Двадцать семь подобных конвоев Александр провёл за восемь месяцев командировки, и все они закончились одинаково: пыль, жара, доклад командованию, скупой ужин и четыре часа сна перед следующим выездом.

Двадцать восьмой конвой закончился иначе.

Снаряд пришёл с юга - из-за бархана, где, по данным разведки, не было ни души. Ручной гранатомёт, кустарная сборка, прицельная дальность - триста метров. Попадание пришлось точно в средний внедорожник.

Александр услышал взрыв раньше, чем увидел его. Услышал - и в ту же секунду его тело среагировало быстрее мысли, выбрасывая его из машины, перекатывая за укрытие, выхватывая автомат. Восемнадцать лет тренировок, шесть боевых кампаний, бесчисленные часы в тире и на полигоне - всё это сжалось в одно мгновение чистого рефлекса.

Но рефлекс не спасёт от пули.

Их было семеро. Семеро боевиков, появившихся из-за бархана как призраки - бесшумно, быстро, профессионально. Не крестьяне с ржавыми АК, а обученные бойцы, знающие своё дело. Первый выстрел сбил Александра с ног. Пуля попала в плечо - бронежилет выдержал, но удар был такой силы, что левая рука повисла плетью. Второй выстрел разбил рацию. Третий должен был стать последним.

Александр видел ствол, направленный ему в лицо. Видел палец на спусковом крючке. Видел глаза стрелявшего - карие, спокойные, без ненависти и без жалости. Глаза профессионала.

И в этот момент мир остановился.

Не метафорически. Не образно. Физически.

Пуля застыла в воздухе в двадцати сантиметрах от его лба. Пыль, поднятая боем, зависла неподвижным облаком. Крики, выстрелы, грохот - всё смолкло, как будто кто-то нажал на паузу в видеоплеере реальности.

Александр мог двигаться. Он повернул голову - медленно, как во сне - и увидел, что мир вокруг него превратился в фотографию. Семи боевиков, замерших в боевых позах. Два горящих внедорожника, языки пламени, застывшие как оранжевое стекло. Его собственная кровь, каплями висящая в воздухе.

И посреди этой застывшей картины стояло нечто.

Оно не имело формы - или, вернее, имело все формы сразу. Оно было похоже на человека, сложенного из осколков зеркала, в каждом из которых отражалось что-то своё: звезда, камень, дерево, лицо. Тысячи лиц. Миллионы.

Оно говорило без голоса.

- Александр Волков.

- Кто ты?

- Я - то, что было до тебя. Я - то, что будет после. Я - Эхо.

- Чего Эхо?

- Всех, кто проиграл. Всех, кто был стёрт. Двенадцать цивилизаций, двенадцать попыток, двенадцать смертей. Я - их коллективная память. Я - их голос.

Александр попытался встать. Тело слушалось плохо - ранение давало о себе знать, но адреналин и шок от происходящего глушили боль.

- Что тебе нужно?

- Ты - аномалия. Ты должен был умереть сегодня. Твоя смерть записана в Хронике. Пуля должна была войти в лоб, выйти через затылок, оборвать цепочку причин и следствий. Твоя линия завершена.

- Но я жив.

- Да. Потому что я вмешался. Я остановил время в этой точке. Я предлагаю тебе сделку.

- Сделку?

- Ты останешься жив. Но цена - твоя причинно-следственная связь с реальностью. Ты будешь существовать, но Хроника не будет тебя видеть. Ты станешь призраком в системе. Тенью без тела. Аномалией.

- Зачем тебе это?

- Потому что мне нужен инструмент. Мне нужен тот, кто сможет действовать вне правил. Тот, кого не заметят Создатели. Тот, кто поможет мне, когда придёт время.

- Какое время?

- Время тринадцатой попытки. Время коррекции. Ты узнаешь, когда оно наступит. Ты почувствуешь. А пока - живи. Живи как ни в чём не бывало. И помни: ты должен мне жизнь.

Александр хотел ответить - но мир снова пришёл в движение.

Пуля пролетела мимо его головы, вонзилась в песок. Боевик, стрелявший в него, моргнул - и упал, сражённый выстрелом из второго внедорожника. Бой продолжился.

Александр выжил.

Когда подоспела помощь и его грузили на носилки, санитар спросил:

- Сэр, как вы себя чувствуете?

- Странно, - ответил Александр.

- Что именно странно?

Александр посмотрел на пол.

Над носилками горела лампа. Санитар отбрасывал чёткую тень. Оборудование отбрасывало тень. Носилки отбрасывали тень.

У Александра Волкова тени не было.

Она исчезла - и никогда не вернулась.

Три года спустя, в тренировочном лагере «Ориона» в пустыне Невада, Александр Волков стоял в центре октагона и ждал атаки.

Октагон - восьмиугольная арена, используемая для тренировок по ближнему бою, - был ярко освещён прожекторами. Покрытие пола гасило удары, стены были обиты мягким материалом, камеры в углах фиксировали каждое движение. Трое бойцов в защитной экипировке окружали Александра, медленно сжимая кольцо.

Он стоял расслабленно, опустив руки. Со стороны могло показаться, что он не готов - но это была поза опытного бойца, экономившего энергию для решающего движения.

- Начали, - скомандовал инструктор.

Трое атаковали одновременно.

Первый - прямой в голову. Александр ушёл влево, пропуская удар мимо, и коротко ударил в корпус. Второй - захват сзади. Александр перекатом ушёл из захвата, подсекая ноги нападавшего. Третий - самый быстрый - атаковал сбоку, целя в колено.

Александр блокировал удар голенью, развернулся и нанёс два быстрых удара - в солнечное сплетение и в челюсть. Боец рухнул.

Первый поднялся и снова пошёл в атаку. Александр встретил его локтем - и тот остался лежать.

Тридцать секунд. Трое противников. Ноль попаданий по Александру.

- Достаточно, - сказал инструктор. - Волков, зайдите ко мне после душа.

Александр кивнул, снял перчатки и направился к выходу с арены. Проходя мимо зеркальной стены, он мельком взглянул на своё отражение - и на пол под ногами.

Тени не было.

Три года. Он проверял каждый день. Каждое утро, вставая с кровати. Каждый вечер, ложась спать. При разном освещении, под разными углами. Тени не было - никогда.