Анатолий Шигапов – Наследие (страница 8)

- Странно, - ответила Анна. - Я всё ещё я. Но я также... больше, чем я. Как будто часть Александра осталась во мне навсегда.

- У меня так же, - сказал Александр. - Я чувствую её мысли. Не читаю - именно чувствую. Как музыку.

- Это побочный эффект интеграции. Он может пройти со временем. А может и не пройти.

- Пусть остаётся, - сказала Анна. - Это... приятно.

На тридцатый день после получения сигнала астрономы зафиксировали прибытие Инспектора.

Это была двойная звезда - два солнца, вращающихся друг вокруг друга. Они вошли в Солнечную систему со стороны пояса Койпера и двигались к Земле с постоянной скоростью. Их приближение вызывало катаклизмы: приливы на океанах стали выше, магнитные бури нарушали связь, в атмосфере появлялись полярные сияния даже над экватором.

Анна стояла на балконе и смотрела, как две звезды приближаются. Они были прекрасны. И ужасающи.

- Это они, - сказала она. - Инспекторы. Двое. Как мы.

- Как мы, - подтвердил Александр. Он стоял рядом - материальный, настоящий. Его час ещё не истёк, но он уже чувствовал, как энергия уходит. Скоро ему придётся вернуться в Хронику.

- Мы встретим их. Вместе.

- Вместе.

Двойная звезда остановилась на орбите Солнца, в точке Лагранжа между Землёй и Марсом. От неё исходил свет - не обжигающий, а тёплый, почти ласковый. И этот свет говорил.

Анна услышала голос - не в ушах, а в сознании. Он был похож на голос Отца, но более древний. Более глубокий. В нём звучали отзвуки миллиардов лет, миллиардов миров, миллиардов судеб.

«Анна Новак. Александр Волков. Мы прибыли. Встреча состоится через три дня. В Зале Совета в Женеве. Приготовьтесь».

Анна и Александр переглянулись.

- Три дня, - сказала она. - У нас есть три дня.

- Достаточно, чтобы подготовиться.

- Достаточно, чтобы попрощаться. Если что-то пойдёт не так.

- Не пойдёт. Мы справимся.

- Ты всегда так говоришь.

- Потому что это всегда правда.

Три дня пролетели как одно мгновение. Анна инструктировала Совет, готовила речь, проверяла системы. Александр тренировался удерживать материальную форму - ему нужно было продержаться хотя бы несколько часов.

Накануне встречи они сидели на балконе. Две звезды сияли в небе - золотая и серебряная. Они медленно вращались друг вокруг друга в вечном танце.

- О чём ты думаешь? - спросил Александр.

- О нас. О них. О том, что мы - зеркало.

- Думаешь, они это увидят?

- Должны. Если они действительно видят всё - они увидят и это.

- А если нет?

- Тогда мы скажем им. Словами. Мы скажем: «Мы - это вы. Двое, ставшие одним. Мы узнали вас в нас».

- Думаешь, этого достаточно?

- Должно быть. Иначе всё было зря.

Он взял её за руку.

- Я люблю тебя, Анна Новак.

- Я знаю. И я тебя. Всегда.

Встреча состоялась в Зале Совета Дворца Наций. Двенадцать представителей, Хранители, Арес и Танатос, вся команда Института - все были здесь. Анна и Александр стояли в центре зала. Он был материален - его форма держалась уже второй час, но он не показывал усталости.

Две звезды за окном вспыхнули ярче - и в центре зала материализовались две фигуры.

Золотая и серебряная.

Золотой - высокий, статный, с чертами, которые напоминали одновременно и мужчину, и звезду. Серебряная - изящная, текучая, как ртуть, с глазами, в которых отражалась вечность.

Они не говорили словами. Они проецировали смыслы прямо в сознание.

«Анна Новак. Александр Волков. Мы - Инспекторы. Мы прибыли оценить вашу цивилизацию».

- Мы знаем, - ответила Анна. - Мы готовы.

«Вы не атаковали нас. Все цивилизации до вас либо атаковали, либо сдавались. Вы сделали третье. Почему?»

Анна и Александр переглянулись. Она взяла его за руку.

- Потому что мы - это вы, - сказала она. - Двое, ставшие одним. Мы узнали вас в нас.

Инспекторы переглянулись. Впервые за миллиарды лет они встретили зеркало.

И в этом зеркале они увидели нечто, чего не видели никогда.

Себя.

ГЛАВА 4. «РАСКОЛ»

Встреча с Инспекторами длилась всего несколько минут, но её последствия ощущались немедленно. Золотой и Серебряный - так их прозвали журналисты - не дали вердикта. Они сказали только: «Мы увидели достаточно для первого впечатления. Мы продолжим наблюдение». И исчезли так же внезапно, как появились, вернувшись в свою двойную звезду на орбите Солнца.

Но мир уже изменился.

Весть о том, что Инспекторы здесь, что они оценивают человечество, что вердикт может означать конец всего, разлетелась мгновенно. Анна надеялась сохранить информацию в тайне хотя бы на несколько дней, чтобы подготовить людей, чтобы объяснить, чтобы успокоить. Но утечка произошла почти сразу - кто-то из младших сотрудников Совета, имя которого так и не удалось установить, слил запись заседания в Сеть. Через час запись была на всех новостных каналах. Через два - на всех языках мира. Через три - началась паника.

Анна стояла в командном центре Института, глядя на десятки экранов, транслирующих новости со всего мира. Это было похоже на наблюдение за пациентом в терминальной стадии - ты видишь, как болезнь распространяется, и ничего не можешь сделать.

Нью-Йорк: толпа на Таймс-сквер, тысячи людей с плакатами. «ИНСПЕКТОРЫ, УХОДИТЕ!», «МЫ НЕ ВАШИ РАБЫ!», «АННА, СПАСИ НАС!» Полиция пытается сдержать толпу, но людей слишком много. Кто-то разбил витрину. Кто-то поджёг автомобиль. Национальная гвардия стягивается к центру города.

Москва: Красная площадь заполнена людьми. Они стоят молча, держа в руках свечи. Это не протест. Это молитва. Патриарх проводит службу прямо под открытым небом, под двумя звёздами, которые сияют даже днём. «Господи, защити нас от суда небесного», - звучат слова молитвы.

Токио: тишина. Самая страшная тишина, которую Анна когда-либо видела. Миллионы людей стоят на улицах, но не кричат, не молятся, не протестуют. Они просто смотрят в небо - туда, где висят две звезды. Они ждут. Ждут вердикта. Ждут конца или спасения.

Дели: хаос. Уличные столкновения между теми, кто требует атаковать Инспекторов, и теми, кто призывает к миру. Полиция применяет слезоточивый газ. Есть раненые. Есть убитые.

Лагос: другой хаос. Люди штурмуют Школу Авторов - ту самую, которую открыли всего полгода назад. Они требуют, чтобы Авторы защитили их. «Вы же можете всё! - кричат они. - Сделайте что-нибудь! Остановите их!» Авторы - молодые, напуганные - не знают, что ответить.

Берлин: правительство собирается на экстренное заседание. Канцлер выступает с обращением: «Мы призываем к спокойствию. Мы работаем с нашими союзниками. Мы найдём решение». Но его голос дрожит, и люди это видят.

- Мы теряем контроль, - сказал Матео, подходя к Анне. Его лицо было бледным, под глазами залегли глубокие тени - он не спал уже вторые сутки. В руке он держал планшет с данными. - Совет раскололся. Я получаю сообщения от представителей каждые десять минут. «Ястребы» требуют использовать Хронику как оружие. «Голуби» хотят переговоров с Инспекторами - отправить делегацию, умолять о пощаде. «Реалисты» предлагают отказаться от Хроники добровольно, чтобы спасти человечество. И каждая фракция считает, что только она права.

- Отказаться? - Анна повернулась к нему. - Они понимают, что это значит? Если мы откажемся от Хроники, мы потеряем всё. Строки, которые защищают реальность. Терминалы, которые соединяют нас с союзниками. Мишу, Александра, Ориона, Эрика - всех, кто стал частью системы.

- Они понимают. Но они считают, что это лучше, чем быть стёртыми полностью. Лучше потерять часть, чем всё.

- Это не гарантия. Инспекторы могут всё равно решить, что мы недостойны. И тогда мы останемся без Хроники и без защиты. Мы будем беззащитны перед любыми угрозами.

- Я знаю. Но страх не слушает логику. Страх слушает только себя.

Анна сжала кулаки. Она думала о том, что сказали Инспекторы: «Мы продолжим наблюдение». Значит, у них ещё есть время. Но сколько? Дни? Недели? Часы? И каждый час промедления, каждый час споров в Совете приближал их к катастрофе.

- Мы должны собрать Совет, - сказала она. - Немедленно. Сегодня же. Пока ситуация не вышла из-под контроля полностью. Пока «ястребы» не начали действовать самостоятельно.