Анатолий Шигапов – Лжеюристы Паутина на острие права 7.0. (страница 8)

- Уже ищу, - ответил Белов. - Есть кое-что интересное по учредителям. Приезжайте, расскажу.

- Через час буду.

Топольский убрал телефон в карман и пошёл к машине. Дождь начинался снова.

Глава 6. Неисполнение

Прошёл месяц после того, как судья Кондратьева огласила решение в пользу Татьяны Соболевой. Месяц, который Топольский запомнил как один из самых тягостных за последние годы. Не потому, что дел было много - их всегда много. А потому, что он знал: решение есть, а справедливости всё нет.

Полное решение суда было изготовлено через пять дней, как и обещала секретарь. Топольский получил его на руки, проверил - всё правильно: резолютивная часть, обоснование, ссылки на нормы. Через десять дней решение вступило в законную силу - ответчик не обжаловал, как и предполагалось. 12 апреля Топольский получил исполнительный лист.

Это была красивая бумага с гербом, подписями и печатями. Она давала право взыскать с ООО «Правовой щит» 250 тысяч рублей. Но, как часто бывает в юридической практике, право и возможность - две большие разницы.

Топольский сам отвёз исполнительный лист в отделение судебных приставов по Центральному району Калининграда. Прием вела молодой пристав по фамилии Ковалёва - девушка лет двадцати пяти, с уставшим лицом и стопкой бумаг на столе.

- Здравствуйте, - сказал Топольский, протягивая документы. - Исполнительный лист по делу № 2-458/2025. Взыскатель - Соболева Татьяна Викторовна, должник - ООО «Правовой щит».

Ковалёва взяла лист, пролистала, сверила с базой.

- Адвокат Топольский?

- Он самый.

- Слышала о вас. Помогаете военным.

- Стараюсь.

Она вздохнула и начала что-то печатать.

- Заявление принято. Возбуждаем исполнительное производство. В течение трёх дней сделаем запросы в банки, Росреестр, ГИБДД. Проверим счета, имущество, автотранспорт.

- И сколько ждать?

- По закону - два месяца на добровольное исполнение. Но вы сами знаете, должники в добровольном порядке платят редко. Если денег нет - будем искать.

Топольский знал. Он знал даже больше, чем говорил. Он знал, что с вероятностью девяносто процентов на счетах «Правового щита» ничего нет. Что учредители - номинальные. Что реальные деньги ушли через цепочку подставных фирм и, скорее всего, уже за границей. Но он не мог сказать этого Татьяне. Не мог лишить её последней надежды.

- Хорошо, - сказал он. - Я позвоню через две недели.

- Звоните, - ответила Ковалёва без особого энтузиазма. - Только наберитесь терпения. У нас тут тоже не сахар - на каждого пристава по двести производств.

Топольский вышел из отдела приставов и поехал в офис. По дороге он думал о том, как устроена система. Суд - это красивая игрушка, в которой можно добиться правды на бумаге. Но исполнение - это грязная работа, где правда часто разбивается о реальность. Приставы перегружены, должники хитры, а законы писаны так, что прятать концы гораздо легче, чем их находить.

Через две недели он позвонил Ковалёвой, как и обещал. Та ответила не сразу - трубку взяли только после третьего звонка, когда Топольский уже собирался сбросить.

- Слушаю.

- Здравствуйте, это Топольский. По производству Соболевой. Есть новости?

- Да, есть. Я как раз готовила вам ответ.

- Что по счетам?

- Пусто. У должника открыто три расчётных счёта в разных банках. На всех - нулевой остаток. Один счёт заблокирован налоговой, другой - по решению другого суда, третий - просто не используется.

- А движение было? Когда последние операции?

Ковалёва что-то пощёлкала клавишами.

- Последнее поступление - 10 января, как раз после оплаты вашей клиентки. Сумма - 250 тысяч. Два дня спустя деньги списаны.

- Куда?

- На счёт другой организации. ООО «Финансовый консультант». С него - дальше. Цепочка длинная.

Топольский замер. Он ожидал чего-то подобного, но услышать это было всё равно тяжело.

- Арестовать перевод не пробовали?

- Поздно. Деньги ушли до того, как мы возбудили производство. Вы же знаете, списание происходит в течение трёх банковских дней.

- Знаю. - Топольский вздохнул. - А имущество? Недвижимость, машины?

- Ничего. По данным Росреестра, у должника нет зарегистрированной недвижимости. По данным ГИБДД - автомобилей нет. Налоговую отчётность должник не сдавал с февраля.

- Значит, фирма - пустышка.

- Похоже на то. Но мы не закрываем производство. Будем периодически запрашивать обновления. Если появятся деньги или имущество - спишем.

- Спасибо, - сказал Топольский и положил трубку.

Он посидел несколько минут, глядя в стену. Потом встал, подошёл к окну. За окном был Калининград - старый, европейский, с черепичными крышами и костёлами. Красивый город. Но даже в самом красивом городе есть грязь, которую не видно с первого взгляда.

Он вернулся к столу и открыл папку «Правовой щит». В ней уже лежали выписки, договоры, квитанции, решение суда, исполнительный лист. Теперь добавится ответ приставов. Но Топольский не собирался останавливаться на этом.

Он набрал номер Белова.

- Сергей Иванович, привет. Есть новости по приставам.

- Слушаю.

- Счета пусты, имущества нет. Деньги ушли через ООО «Финансовый консультант». Что это за фирма?

- Сейчас гляну. - Белов зашелестел клавишами. - ООО «Финансовый консультант». ИНН 3912345678. Зарегистрировано в… Гурьевске. Юр адрес - Комсомольская, 12.

- Что за адрес?

- Жилой дом. Типичный массовый адрес. Учредитель - Гусева Анна Владимировна.

- Та же Гусева, что у «Правового щита»?

- Она самая. Бинго.

Топольский почувствовал, как внутри закипает злость. Схема работала как часы: одна подставная фирма переводит деньги другой подставной фирме, та - третьей, и так до тех пор, пока след не теряется в офшорах.

- Значит, Гусева - ключевая фигура?

- Не факт. Она - номинальный директор, таких у неё может быть десяток. Но через неё мы можем выйти на реальных заказчиков. У меня есть одна идея.

- Какая?

- Подать заявление о привлечении учредителей к субсидиарной ответственности. Если докажем, что Гусева и Васильев контролировали фирму и вывели деньги - их можно привлечь лично. Даже если фирма пуста.

- Это сложно.

- Сложно, но реально. Нужно показать, что они действовали недобросовестно, что вывод денег был намеренным, что они не пытались исполнить обязательства.

- Белов, вы же не юрист по гражданскому праву. Откуда такие познания?

- Я следователь, Аркадий Сергеевич. А хороший следователь должен знать всё, что помогает поймать преступника. А субсидиарка - это отличный инструмент.

Топольский задумался. Субсидиарная ответственность - это действительно мощное оружие. Если суд признает, что учредители довели фирму до банкротства своими действиями или бездействием, они будут отвечать личным имуществом. Квартирами, машинами, дачами. Всем, что у них есть.

- А у Гусевой есть что-нибудь? - спросил он.

- Есть. Квартира в Калининграде, на Московском проспекте. Недалеко от того самого Балтийского бизнес-центра. Машина - «Фольксваген Поло» 2022 года. Плюс счета в двух банках, но там почти ничего нет - копейки.

- Это уже что-то. Если наложим арест на квартиру - она не сможет её продать. Будет стимул заплатить.