Анатолий Шигапов – Когда погасло Солнце - зажегся лёд (страница 26)
Она села в соседнее кресло.
– И что думаешь?
– Думаю, как сказать остальным.
– Скажи правду. Они имеют право знать.
Капитан кивнул. Включил корабельную связь.
– Внимание экипажу. Собраться в столовой через пятнадцать минут. Всем.
Через пятнадцать минут двадцать человек – весь экипаж – сидели в маленькой столовой, где пахло разогретой едой и чужими носками. Капитан стоял у стены, собираясь с мыслями.
– Ситуация такая, – начал он. – Мы падаем на Солнце. Через два дня корабль начнёт плавиться. Спастись нельзя.
Тишина. Кто-то всхлипнул. Кто-то выругался матом – длинно, затейливо, с чувством.
– Есть вариант, – продолжил капитан. – Мы можем вскрыть люки и выйти в открытый космос. Это быстро. Минута – и всё. Без боли. Без страха. Просто заснёшь.
– А если не выходить? – спросил молодой парень, инженер Коля.
– Тогда мы будем гореть два дня. Сначала жара, потом боль, потом смерть. Медленная. Страшная.
– А в космосе – красивая, – сказала Елена. – Звёзды вокруг, тишина. Можно смотреть на Вселенную и улыбаться.
Коля подумал.
– А можно я с вами? – спросил он.
– Можно, – кивнул капитан. – Все, кто хочет. Вместе.
– А если кто-то хочет остаться?
– Останется. Это личный выбор.
Они помолчали. Потом кто-то сказал:
– Давайте сначала поедим. Напоследок.
– Давайте, – согласился капитан. – У нас есть консервы. И даже кофе есть. Последняя банка.
Они ели молча. Потом пили кофе – настоящий, земной, который берёгли для особого случая. Случай настал.
– Красиво, – сказала Елена, глядя в иллюминатор. Солнце уже закрывало полнеба, огромное, ослепительное, прекрасное. – Мы умрём в самом красивом месте Вселенной.
– В самом жарком, – поправил Коля.
– И в самом красивом.
Капитан поднял кружку.
– Давайте, – сказал он. – За жизнь. За то, что она у нас была. За звёзды, за планеты, за этот кофе. За нас.
– За нас, – эхом отозвались все.
Они выпили.
А через час открыли люки и вышли в космос.
Двадцать человек, взявшись за руки, парили в пустоте. Смотрели на Солнце. Улыбались.
Последнее сообщение с «Одиссея-3» было коротким:
*»Говорит «Одиссей-3». Нас тянет к Солнцу. Мы пытались развернуть паруса, но ветра нет. Температура растёт. Через два дня войдём в зону, где корабль начнёт плавиться.*
У нас двадцать человек. Мы решили – не будем ждать. Вскроем люки и выйдем в открытый космос. Так быстрее. И красивее.
Передайте нашим семьям – мы не жалеем. Мы видели звёзды. Мы видели планеты. Мы жили так, как никто не жил до нас.
Прощайте».
Через два дня «Одиссей-3» вошёл в атмосферу Солнца и сгорел.
Красиво, наверное.
20 января 2071 года. Где-то между орбитами Марса и Юпитера. Корабль «Красная стрела-12».
«Красная стрела-12» был грузовым кораблём. Вёз на Марс оборудование для новой теплицы – гидропонику, лампы, удобрения. Двадцать тонн груза, двенадцать человек экипажа.
Когда погасло Солнце, они были на полпути.
Капитан Павел Андреевич, мужчина с усами как у матроса Железняка и характером как у бульдога, метался по рубке, как тигр в клетке.
– Связь с Марсом есть?
– Нет, – отвечал связист.
– Связь с Землёй?
– Нет.
– С кем-нибудь?
– Только с другими кораблями. И те пропадают один за другим.
– Твою ж дивизию.
Он сел в кресло, уставился в потолок.
– Сколько у нас топлива?
– На два месяца. Если экономить.
– Еды?
– Тоже на два месяца.
– Значит, через два месяца мы умрём.
– Если ничего не придумаем.
– А что тут придумаешь? – капитан развёл руками. – Двигатели встали, паруса висят тряпками, мы летим по инерции неизвестно куда. Хочешь – считай, хочешь – молись.
Связист, молодой парень по имени Глеб, отвернулся к экрану. Он не хотел, чтобы капитан видел его слёзы.
– Слышь, – капитан подошёл и положил руку ему на плечо. – Не реви. Мы мужики. Мужики не плачут.
– А что делают?
– Пьют. Или дерутся. Или поют. Давай лучше песню споём.
– Какую?
– Ну, какую-нибудь. Про космос. Про любовь. Про то, что мы ещё повоюем.
Глеб улыбнулся сквозь слёзы.
– Вы странный, Павел Андреевич.