Анатолий Шигапов – CВЕТЛЫЙ МАЙК И ПАРК ЮРСКОГО ПЕРИОДА 6.0. (страница 2)
Покой нам только снится.
На этот раз судьба (или дедова кофеварка, что в принципе одно и то же) занесла нас туда, куда не ступала нога человека. В буквальном смысле. Потому что 68 миллионов лет назад людей ещё не было. А динозавры – были. И они были очень голодные.
Итак, пристегните ремни. Впереди – тираннозавры, велоцирапторы, неандертальцы (да-да, они тоже тут), инопланетные коллекционеры (куда же без них) и, конечно, бабушкины пирожки, которые и в этот раз скажут своё веское слово.
Добро пожаловать в меловой период. Население: динозавры – миллионы, люди – только мы. И у нас нет обратного билета.
Глава 1. Курорт, которого не было
(или Как мы собирались на отдых, а попали в лапы к динозаврам)
Вот теперь точно отдохнём, – сказал дед, упаковывая кофеварку в специальный чемодан с мягкими стенками, подогревом, системой жизнеобеспечения и, кажется, маленьким кондиционером.
Чемодан весил килограммов двадцать и гудел, как трансформаторная будка. Я посмотрел на это сооружение и мысленно вздохнул. Мысль о том, что наш отдых будет спокойным, умерла прямо на месте. Я выживал в черных дырах, уходил от блокады флота Ксирга, договаривался с разумными кристаллами, которые вообще не имели рта. И теперь я собирался на курорт с чемоданом, который гудит. Это не предвещало ничего хорошего.
– Игнат, – строго сказала бабушка, подбоченясь и вооружившись половником (на всякий случай). – Ты опять её берёшь? Мы же договаривались: никаких артефактов в отпуске!
– Зина, она же как ребёнок, – дед прижал чемодан к груди с таким выражением лица, будто его заставляют отказаться от новорождённого внука. – Не могу же я её одну оставить. Она без меня заскучает. Начнёт искрить, порталы открывать, древних пробуждать. Ты этого хочешь?
– Я хочу, чтобы мы хоть раз отдохнули без катастроф галактического масштаба! – бабушка стукнула половником по столу для убедительности.
Стол жалобно скрипнул и, кажется, попросил пощады. Я по опыту знал: когда бабушка стучит половником, спорить бесполезно. Но дед тоже был упрям.
– Не заискрит, – пообещал дед, поглаживая чемодан. – Я её новым режимом оснастил. Специально для отпуска. Называется «режим ленивой безмятежности». Теперь она только кофе варит. И то – если очень попросить и пообещать не беспокоить по пустякам.
– И пирожки греет? – уточнил Павлик, который в этот момент дожевывал уже четвёртый пирожок с капустой и явно планировал пятый.
– И пирожки греет, – кивнул дед. – Но только в крайнем случае. Если пирожок обиженно молчит и требует термической обработки.
– А если она откроет портал в другую галактику? – не унималась бабушка.
– Зина, ну какой портал на отдыхе? – дед закатил глаза. – У неё теперь защита от глупостей. Три уровня пароля, биометрическая идентификация и сканер намерений. Если она почувствует, что кто-то хочет приключений – просто отключится и прикинется обычной кофеваркой.
– Кофеваркой, которая говорит на двадцати языках и умеет переводить древние письмена? – уточнил я.
– Ну… обычной для нашей семьи, – поправился дед.
Я посмотрел на Громова. Старый спецагент сидел в углу и чистил бластер с таким видом, будто готовился к вторжению. Впрочем, он всегда так выглядел.
– Громов, а вы что везете? – спросил Павлик.
– Только самое необходимое, – буркнул Громов, показывая на небольшую сумку. – Три бластера, гранаты, дымовые шашки, нож, аптечка, запасные батареи, сканер, глушитель…
– Это необходимое? – удивилась Аня.
– На курорте всякое бывает, – философски заметил Громов. – Вдруг комары кусаются?
– Там нет комаров, – обиженно сказал Павлик. – Там рай. В раю комаров не бывает.
– В раю, сынок, не бывает только одного – покоя, – Громов многозначительно посмотрел на чемодан с кофеваркой. – Особенно когда рядом Светловы.
Спор закончился, как всегда, компромиссом: кофеварку взяли, но бабушка спрятала половник в ручную кладь – на всякий случай. Точнее, три половника. И два скалки. И мешочек с мукой.
– Бабушка, зачем тебе мука на курорте? – спросил я.
– А вдруг там свои пирожки не умеют печь? – резонно ответила она. – Я же не могу без пирожков. Вы без пирожков пропадете.
Возразить было нечего.
Мы погрузились в звездолёт. Тот самый, президентский, подаренный Ксиргом после событий четвёртой книги. Красавец, а не звездолёт: белый, сверкающий, с мягкими креслами, джакузи на борту и мини-баром, который наполнялся сам собой, стоило только подумать о напитке. Правда, иногда он ошибался и вместо лимонада наливал ракетное топливо, но мы привыкли. После третьего раза привыкаешь ко всему.
– Красота, – сказала Аня, усаживаясь в кресло и пристёгивая Жужу специальным ремешком.
Жужа была недовольна – она хотела сидеть у иллюминатора и лаять на пролетающие мимо астероиды. Но Аня была непреклонна: безопасность превыше всего.
– Две недели блаженства, – мечтательно протянул Павлик, зарываясь в пакет с пирожками. – Никаких диктаторов, никаких древних, никаких…
– Павлик! – заорали мы все хором. – Не каркай!
– Да ладно вам, – отмахнулся Павлик. – Что может случиться по дороге на курорт?
Я переглянулся с Громовым. Мы оба знали ответ на этот вопрос. В нашей жизни могло случиться всё что угодно. Абсолютно всё.
Звездолёт взлетел. Первые часы полета прошли в блаженной идиллии. Дед возился с кофеваркой, проверяя настройки. Бабушка раскладывала вещи и ворчала, что в звездолёте мало места для нормального замеса теста. Павлик доедал пятый пакет пирожков. Аня читала книгу. Полозов записывал что-то в свой бесконечный блокнот.
Я сидел в кресле пилота и просто смотрел на звёзды. Красота. Тишина. Покой.
– Слишком тихо, – сказал Громов, подходя ко мне.
– Громов, вы опять за своё? – вздохнул я.
– Я за своё. В моём опыте, если слишком тихо – значит, скоро будет очень громко.
– Мы летим на курорт. Там всё включено, шведский стол и никаких проблем.
– Именно поэтому я и волнуюсь, – Громов прикурил папиросу и выпустил дым в вентиляцию. – Светловы не могут просто отдыхать. Вселенная этого не позволяет.
– Мы будем просто лежать на пляже и пить коктейли, – пообещал я. – Никаких приключений. Только отдых.
Громов скептически хмыкнул, но ничего не сказал.
Прошло ещё два часа. Я уже начал верить, что всё действительно будет хорошо, когда приборная панель ожила и замигала красными огнями.
– Деда, – позвал я, глядя на экраны. – А что это за фигня?
– Где?
– Вот. Показания сканера. Там… там что-то есть. Прямо по курсу.
Дед подошёл, наклонился к экрану, нахмурился, протёр глаза, нахмурился ещё сильнее.
– Не может быть.
– Что там? – Громов вскочил с кресла так быстро, что папироса вылетела изо рта.
– Аномалия. Пространственно-временная. Огромная.
– Размером?
– С небольшой астероид. Прямо по курсу. Мы в неё влетим через…
– Через сколько?
– Через три минуты.
Я посмотрел на экран. Аномалия выглядела как чёрная воронка, пульсирующая странным светом. Красиво. И очень опасно.
– Дед, уводи! – закричала Аня.
– Пытаюсь! – дед крутанул штурвал. – Не слушается! Она засасывает!
– Кофеварка! – закричал Павлик. – Пусть кофеварка что-нибудь сделает!