Анатолий Подшивалов – Господин Изобретатель. Книги 1-7 (страница 284)
Утром я сообщил Христо, что наши паспорта готовы и мы можем сегодня их забрать, а адмирал Макаров, командующий эскадрой Средиземного моря по ходатайству королевы эллинов предложил нам продолжить путешествие на броненосце "Император Николай I", отправляющимся на ремонт в Петербург. Броненосец покидает Пирей завтра и сделает лишь две остановки — на Спитхедском рейде вблизи Лондона и в Германии в Киле, откуда "Император Николай I" будет сопровождать построенный в Германии броненосец "Императрица Мария"[469]. Немцы построили корабль, но артиллерию будут ставить нашу.
Собрав пожитки, отправились на "Николай". В каюте командира нас встретили два человека, чьи лица показались мне знакомыми.
— Александр Павлович! Рад видеть вас в добром здравии, а то тут слухи пошли два года назад, что ухайдакали вас немцы. Я вот Степану Осиповичу Макарову, нашему флагману эскадры рассказывал про ваши абиссинские приключения и как вы нас принимали у себя в губернаторском дворце, когда мой "Джигит" первым из русских кораблей пришел в порт Массауа.
Ага, значит, моложавый контр-адмирал и есть Макаров[470], а вот кто же мой знакомец по Абиссинии?
— Буду рад приветствовать вас на борту "Николая I", как действительного тайного советника в бозе почившего императора нашего Александра Александровича, мир его праху, не откажите занять адмиральскую каюту, тем более что вас, как мне сказали, трое: вы, ваш сын и поручик Ибрагимов, сопровождающий вас в путешествии. Поручик, как я слышал, тоже человек геройский, прямо как тогда ваши люди, захватил с пятью членами экипажа шхуны турецкий артиллерийский сторожевой катер. Вам будет назначен вестовой, адмирал обычно принимает пищу у себя в салоне, так что вам все будет доставляться из офицерской кают-компании, но, естественно, за взнос буфетчику, от этого даже адмиралы не избавляются. Кухня у нас хорошая, надеюсь, будете довольны. Если какие вопросы — пожалуйте ко мне — каюта капитана напротив вашей.
Когда все разместились в адмиральской каюте, а она была огромной: ванная, спальня, столовая, гостиная и кабинет, обставлена мебелью красного дерева, на стенах картины. Вот почему наши броненосцы, вроде бы стальные, а горели как баржи с дровами, ведь у господ офицеров тот же стиль (деревянные стеновые панели, обилие мебели), но поскромнее. Еще в каюте была большая библиотека, что меня порадовало, много книг на иностранных языках, и не французские романы, а военно-морская литература, преимущественно, английская. Но, рьяно бросившись читать, я вдруг обнаружил, что знания английского у меня весьма примитивные, немецкий и французский свободно, а вот английский…вроде бы я его знал, забыл что-ли? На русском были комплекты Морского Сборника за последние десять лет, был и ежегодник "Военные флоты и морская справочная книжка" под редакцией Великого князя Александра Михайловича, так что чтением я в дорогу обеспечен. Христо с Ваней пошли прогуляться на палубу, мальчик был поражен размерами стальной громадины, огромными баковыми орудиями, в жерло которых он без труда мог бы залезть сам (еще бы не удумал осуществить эту задумку, с него станется). Христо-Хаким возился с Ваней, буквально пылинки с него сдувая, что тоже у меня вызывало вопрос: как это мой телохранитель рискнул нашими жизнями, ввязавшись в бой с турками, не проще было бы его приятелю капитану Бакчосу высадить нас в Пирее, а потом уж идти с опасным грузом к повстанцам? Но, подумав, я понял, что мой телохранитель в какой-то степени сомневался во мне, тот ли его хозяин, что и был, либо сломался в психушке, вот и выбрал испытание, впрочем, дав инструкцию о том, что в случае чего, мы — пленные или заложники.
В обед капитан I ранга фон Фелькерзам Дмитрий Густавович (прочитал полное имя на табличке) представил нас господам офицерам, расписав наши подвиги, не забыл и Христо, назвав его героем конфликта в Корее, кавалером трех боевых орденов. Вот только умолчал про турецкий катер и правильно сделал — что знает адмирал, не нужно знать мичману. В Спитхеде на борт погрузили несколько плит английской брони. В это время не нужно шпионить, красть образцы вооружений — промышленники сами заинтересованы в увеличении заказов: ну и что, что рядом с японским броненосным флотом будет строиться русский?! Правда, заказ броневых плит был не столько для того, чтобы заказывать здесь броненосцы, сколько для того, чтобы посмотреть как английская (а, значит, и японская) броня противостоит русским снарядам.
Глава 5. Волшебная шкатулка
Стоим на рейде Киля рядом с построенным для России броненосцем типа "Бранденбург". "Бранденбурги" отличались расположением орудий главного калибра попарно в трех башнях[471], одна за другой. У немцев это были одиннадцатидюймовые орудия, но в России стараниями Великого князя Александра Михайловича принят единый стандарт снарядов главного калибра для вновь строящегося броненосного флота — только 12 дюймов, артиллерия среднего калибра — только орудия Канэ 120 мм и 150 мм и противоминная артиллерия (то есть, для действия против миноносцев) — 75 мм того же Канэ. Теперь "Императрица Мария" — так будет называться корабль в Императорском флоте пойдет вооружаться на Балтийские верфи. Сандро, оплачивающий строительство броненосца, отказался от навязываемых немцами громоздких боевых марсов, усилив бронирование боевой и кормовой рубок. В целом, вес брони составлял треть всей массы броненосца, вроде неплохо, но толстый броневой пояс был относительно нешироким.
Все эти данные я почерпнул из разговоров офицеров в кают-компании. Сначала они собирались раскрутить меня на прочтение лекции о новом слове в строительстве броненосцев и их применении. Когда я стал отказываться, говоря, что я человек сухопутный и в морском деле ничего не понимаю, это сочли за шутки и скромничанье. Оказывается, Сандро где-то не только упомянул, но и написал, что идею строительства броненосцев нового типа ему подсказал именно я. По словам офицеров выходило, что я выступал за крупнотоннажные корабли, полностью бронированные, с мощными машинами, дающими не менее двадцати узлов хода.
Вооружение таких кораблей должно состоять из 6–8 орудий калибром двенадцать дюймов и противоминной артиллерии при сведении до минимума шестидюймовок среднего калибра, а в перспективе — отказ от среднего калибра. Задумка была такой, что броненосец нового типа мог уйти от сильного противника, например эскадры, а встретившись со слабым, например старыми броненосцами, топить их одним залпом с большой дистанции, оставаясь неуязвимым. Дистанции, на которые предполагалось стрелять, были около 40–50 кабельтовых, что многим представлялось сказочным, зато относительно скорострельные шестидюймовки, так хорошо показавшие себя в последние конфликты на море, на таких дистанциях не пробивали броню броненосца, а то и вообще не достреливали до него. Естественно, полный отказ от каких-либо торпедных аппаратов на броненосцах — они не должны сближаться с противником на короткие дистанции.
Одни были за такое революционное решение, но большинство адмиралов было против, тогда Сандро заложил свой дворец и имения, драгоценности жены и заказал в Италии еще один броненосец, уже не "по мотивам", как тип "Бранденбург", тот, что мы видим перед собой, а полностью отвечающий условиям технического задания, что сейчас обсуждают во всех кают-компаниях флота. Сандро поддержал малоизвестный, но, говорят, талантливый кораблестроитель Скворцов и строитель данного корабля, итальянский инженер Куниберти. Оба этих инженера в свое время предложили такие же проекты, но тоже были раскритикованы маститыми адмиралами[472]. И вот теперь в Италии проходит ходовые испытания броненосец, что будет носить имя "Император Александр III" и Сандро сказал, что, если будет война, он сам встанет на мостик этого броненосца. Говорят, что корабль выдает двадцать узлов и даже чуть больше, но пока еще не установлена артиллерия — ждут прибытия двенадцатидюймовок с Обуховского завода. Хотя башни с погребами и элеваторами уже смонтированы, нет только их крыш.
По слухам, механизация башен корабля такая, что скорострельность главного калибра увеличится чуть ли не вдвое — до одного-двух выстрелов в минуту! А это сразу заткнет главный аргумент противников кораблей этого типа, мол, шестидюймовые скорострелки изрешетят незащищённые участки корпуса. Офицеры всех флотов даже объявили подписку, чтобы компенсировать Великому князю хотя бы часть его затрат, ведь он единственный из Романовых на свои деньги строит два дорогостоящих броненосца. Авторитет Сандро и так высокий на флоте — как же, участник сражения в Желтом море, сам вел броненосец, когда все офицеры на мостике погибли, а Сандро оторвало кисть руки и выбило глаз, теперь этот авторитет взлетел до небес.
Удалось "отбояриться" от лекции тем, что я только подал Великому князю идею подобного корабля, а уж детали он обсуждал со специалистами — Скворцовым и Куниберти. Вроде прокатило и я попросил разрешения старшего офицера только присутствовать в кают-компании, читать прессу и пить кофе. Буфетчику Христо сразу внес все деньги сполна, чем снискал его расположение. Старший офицер тоже не возражал, а он царь и бог кают-компании, даже командира сюда только приглашают, сам, без приглашения командир не имеет права переступить порога, то есть комингса, кают-компании. Через некоторое время все привыкли, что я здесь так, вроде мебели и меня перестали стесняться, поэтому я почерпнул массу сведений о текущем состоянии флота.