Анатолий Патман – Вот и свела нас судьба (на войне как на войне) (страница 29)

Ну, в самом обсуждении того, где и как оборонять город, я участия не принимал. Мне тоже надо было знать своё место. Тем более, многие благородия просто не понимали, что сейчас делать, и предлагали не совсем приемлимые решения. В конце концов, после решающего слова Николая Фёдоровича, офицеры согласились и как бы приняли предварительное решение, что занимают город, наладят караульную службу и разведку окрестностей, и ждут подхода подкреплениий. И уже тогда более старший начальник даст указания, что делать. Так это было и правильно.

Правда, тут Николай Фёдорович задержал меня и Георге, ещё корнета Шереметева, поручика-улана Силантьева, поручика-сапёра Синицына и поручика Долгова. А так, кавалерийские ротмистры и их офицеры поглядывали на сапёров и пехотных офицеров свысока. Нет, с уланами они считались, тем более, гвардейцами. Уж Николай Фёдорович и для них являлся непререкаемым авторитетом.

— Борис, хоть ты и юн, мне хотелось бы услышать твоё мнение. Я, господа офицеры, уже убедился, что мой родственник довольно подготовлен и в военном отношении. И, да, почему я оставил именно вас всех, это, сами понимаете, господа, чтобы принятые тут решения не ушли в сторону. Общее решение принято, но теперь надо её слегка уточнить и дополнить. Так что, Борис тебе слово.

Ну, раз Николай Фёдорович готов, то, конечно, скажу.

— С имеющимися силами, Николай Фёдорович, город нам никак не удержать. Если бы у нас имелись пушки, то хотя бы два ротных, а лучше батальонных, опорных пункта, предназначенные для круговой обороны, на холмах со стороны реки Вит, скажем, около деревни Опанец и южнее самого моста, и третий опорный пункт на холме южнее деревни Буковлек, дали бы нам некоторые шансы на успех. А так, придётся ограничиться последним. Конечно, надо использовать для активной обороны и сам город. На случай отхода, обязательно нужен опорный пункт, тоже предназначенный для круговой обороны, около Гривицы, можно чуть западнее. Там тоже одни высоты. И его надо удержать в любом случае. Если придут подкрепления, то через него можно быстро прорваться в город. Надо бы оборудовать ещё один опорный пункт южнее Гривицы. Хотя, обоз можно отогнать и южнее — там и выше, и доступ труднее. Но сил на всё не хватит.

Тут в разговор сразу же включился поручик-сапёр:

— Надо же, князь, а Вы хорошо знаете и терминологию! Похоже, что много что читали. Николай Фёдорович, полностью поддерживаю. Жаль, что у нас и сил мало, и пушек нет. Что тогда, князь?

Ну, на хитрого поручика и у меня есть достойный ответ:

— Если не будет пушек и воевать лишь с имеющимися силами, то, Михаил Евгеньевич, останется подвижная оборона с отходом от моста в сам город и далее в опорные пункты у Гривицы. И у меня есть и небольшие уточнения. Мост через реку надо взорвать, нам он вообще не нужен. Можно, чтобы местные не видели, этой же ночью. Места, удобные для сооружения переправ или имеющиеся броды заминировать, притом мины лучше поставить на неизвлекаемость. Крепкие здания в городе тоже. Хоть это и не так хорошо выглядит, ещё и колокольни церквей, и минареты мечетей. А то турки устроят в них наблюдательные пункты. Зданиями могу заняться я сам.

Тут поручик Долгов посмотрел на меня сильно удивлённо. Но остальные лишь усмехнулась.

— Григорий Васильевич, сможет! — весело заявил поручик-сапёр. — Думаю, что сделает и похлеще, чем я.

— Похоже, что сможет. Уж как князь действовал при нападении башибузуков, это было любо-дорого и поучительно посмотреть. Сразу видна пластунская школа. У меня в роте ни один солдат и унтер просто не сможет это повторить! — грустно выдохнул поручик. — Ладно, что стрелковую команду удалось создать. Я уже наказал своим командирам взводов начать учить солдат этой пластунской перебежке. Ещё бы и стрелковый строй освоить. Много жизней при атаках можно сохранить. А то сомкнутыми колоннами много не навоюешь. Как шрапнелью накроют, солдат не останется.

Вот, есть и среди русских офицеров продвинутые командиры. А то как начнут бросать или бросали солдат в атаки колоннами, хотя бы здесь же, под Плевной, а то и Ловчей, вроде, тот же знаменитый генерал Скобелев, точно в русской армии солдат не останется!

Но у меня было ещё не всё. Видя это, и Николай Фёдорович включился в разговор:

— Григорий Васильевич, я полностью за стрелковый строй или эти пластунские перебежки. Все видели, как действовать. Если что, уточните у Бориса. Пусть побольше проползёт по-пластунски. Ему это полезно. Будет знать, как лезть туда, куда ему пока как бы рано! Но, что делать, в жизни всё бывает. Как появятся казаки, сразу же выпрошу у них тех, кто владеет этими пластунскими перебежками. Перевооружите часть роты на трофейные винтовки. Использовать их, пока патроны не кончатся.

— Хорошо, Николай Фёдорович, сделаю.

— Ладно, Борис, говори, что ещё хотел! — тут майор обратился уже ко мне. — Вижу, что ещё не закончил.

Конечно, не закончил. Далее мне придётся прослыть злодеем.

— Да, Николай Фёдорович, ещё несколько важных дополнений. Хоть это как бы и не принято, но надо срочно выселить из Плевны всё турецкое население. Это и для того, чтобы болгары не занялись погромами. И чтобы не было удара в спину. Уверен, что среди турок полно башибузуков, просто на время затаившихся. И чтобы не оставить Осман-паше никаких возможных рекрутов.

Тут меня поддержали все оставшиеся офицеры.

— Хорошо, Борис, сделаем. Что ещё?

— Ещё, Николай Фёдорович, надо немедленно провести среди болгар мобилизацию. Тех, кто пожелает, включить в ополчение, а остальных направить на земляные работы. Сами не успеем. Если не мы, то турки заставят их работать на себя. Как я читал, они всегда так делают. Общепринятые редуты и другие насыпные укрепления не строить. Это долго и напрасная трата сил. Разве что выкопать или, где камень, насыпать артиллерийские позиции, и устроить запасные, с путями для быстрого перемещения.

— Если не их, Борис, то что тогда предлагаешь?

— А просто, Николай Фёдорович, надо выкопать окопы полного профиля, траншеи и ходы сообщения, и обязательно извилистые, и переоборудовать крепкие дома, расположенные удобно, в опорные пункты для групп стрелков. Что касается использования кавалерии, часть можно спешить, а так надо держать её в безопасных местах в качестве резерва и использовать для ударов в нужных местах или во время опасных ситуаций. Ну, в общем, всё, Николай Фёдорович.

Я, конечно, ещё много чего мог добавить, но пока, наверное, хватит? И так, чувствую, что всех сильно удивил.

— Согласен, Николай Фёдорович! — тут же поддержал меня поручик Долгов. — Будут болгары, всё, что надо выкопаем! Пусть и кавалеристы себе опорные пункты копают. А то как выбьют их коней, как они будут воевать? Конечно, надо создать и побольше групп метких стрелков, всё-таки вооружённых трофейными винтовками, и гренадеров, снабжённых новыми гранатами. Нам сейчас лучше воевать от обороны. А то все тут поляжем!

— Хорошо, Григорий Васильевич, всё принимается. А тебе, Борис, будет особое задание. Хотя, это и Вам, Георге. Будете вместе с Борисом создавать опорный пункт для обоза. А то вдруг придётся отступить? А у нас тут много ценного имущества. Туркам его нельзя оставить, а уничтожить жаль. Так что, постарайтесь!

— Будет исполнено, господин майор. Если можно, разрешите тоже мобилизовать болгар. А то сил не хватит.

— Разрешаю, Георге. Действуйте!

И мы с сублокотенентом удалились. Чуть позже нас нежданно догнал и корнет.

— Всё, Борис, направлен в твоё распоряжение. Сам понимаешь, что обоз нам надо сохранить любой ценой.

Ну, да, там мины и гранаты. Без них нам придётся совсем туго.

Конечно, распоряжение Николая Фёдоровича касалось только обоза группы из уланского полка. Надо было строить опорный пункт, как приказал Николай Фёдорович, чуть южнее Гривицы. Конечно, у нас просто сил не имелось, чтобы защищать укрепления, слишком удалённые от Плевны. Нам разрешили забрать лишь шесть десятков повозок. Остальные остались в распоряжении сапёров.

А так, лесистый холм под версту южнее Гривицы, частично занятый и виноградниками, нам вполне подходил. Хоть и ночь близилась, мы поехали. Вдруг к нам привели спасённых нами парней и девушек. Оказалось, что сами попросились — они никак не хотели покидать русские войска. Ну, дома бедняги в очередной раз могли нарваться на башибузуков и черкесов. На всякий случай, и нам дали взвод солдат, и это помимо нас самих. Десятки охраны и обслуги остались у сапёров. Ну, да, они ихние и нужны им самим. Так что, нам надо было крутиться самим.

Что же, мы с Владимиром и Георге тут же припахали и солдат, и ездовых. Подпоручик Михасевич возражать не стал, тем более, я сам с помощью Демьяна и Николая выбрал подходящее место и стал копать там окоп полного профиля. Чтобы всем было понятно. И не с бухты-барахты, а чтобы с него можно было держать под плотным обстрелом подходы со стороны Гривицы. А ездовым приказал насыпать небольшой вал для защиты лошадей и позок. У овражка со стороны Плевны нашёлся и небольшой обрыв. Вот мы и загнали все повозки туда. И чуть выше по склону, на полпути к вершине, уже солдаты начали копать траншею.

Пока мои помощники копали окоп и возились с размещением повозок и обустройством лагеря на ночь, я попросил Димитрия разъяснить болгарам порядок их службы у нас.