Красным жаром белый свет застлало…
Я и боль… И не кого позвать…
Смерти мне и то казалось мало…
В этот миг ко мне явилась мать!
Подошла… Глядит…
Глядит и плачет,
Словно боль моя ее гнетет.
И на лоб мой, потный и горячий,
Руку свою ласково кладет.
Взрывом бомб звенели стекла в рамах,
Сердце болью продолжало ныть.
Смерть?! О, нет! Не для себя, для мамы
Должен я еще остаться жить.
Жить для тех, кто без друзей остались
У порога фронтовых дверей,
Жить затем, что есть на свете жалость
Жен, невест и старых матерей.
Я не умер… Ночь промчалась мимо.
В сердце снова силы собрались.
Мать своим присутствием незримым
В эту ночь мне сохранила жизнь!
31. Я ВСЕ ВРЕМЯ ДУМАЛ О ТЕБЕ…
Было время, в первый миг разлуки,
Я не мог унять в себе огня.
Голос твой, глаза твои и руки
Были всюду около меня.
По буграм и черным косогорам
Шли тогда мы на смертельный бой.
Думал я, что скоро, очень скоро
Мы опять увидимся с тобой.
Нет, не дни, а месяцы и годы
Свидеться с тобой мы не смогли.
Надо мной кружили самолеты,
Вырывая клочья из земли.
Сны ушли, мечты залило кровью,
Чувства были отданы борьбе.
На снегах кровавых Подмосковья
Я боялся думать о тебе.
Я боялся мысли, что с тобою,
Также как другие не смогу
В напряженную минуту боя
Распластаться мертвым на снегу.
Было время… Яростью гонимы,
Мы забыли, милые, о вас.
Пули мчались, пролетая мимо,
Пули мчались, попадая в нас.
И однажды, что солдату надо,
Под свистящий минометный вой,
На грузовике из под снарядов
Увезли меня с передовой.
Помню ночь… Плечо… Осколок стали,
Нож врача, шершавые бинты.
Надо мной сиделки наклонялись,
Мне тогда казалось – это ты.
Но откинув милые виденья,
Полный недоверия к судьбе,
Даже в светлый час выздоровленья
Я боялся думать о тебе.
Шла война и надо было драться,
Время встреч пока что не пришло.
Это значит – надо возвращаться,
Как бы ни казалось тяжело.
Было время… Мы не знали сами,
Что по утру ожидает нас.
Фронтовыми гиблыми местами 
