Анатолий Малышев – Хроники Валеры (страница 4)

– Бинго, – сказал Голос. – Закон номер один, Валера. Ты не можешь изменить то, что не принимаешь. Пока ты кричишь «Я не должен быть в долгах», ты не платишь долги. Ты тратишь силы на истерику. Прими факт: «Я Валера. Мне 50. Я в жопе».

– Звучит грустно.

– Звучит честно. А честность – это единственная твёрдая почва. От неё можно оттолкнуться. От иллюзий оттолкнуться нельзя – провалишься.

Валера посмотрел на Хему. Тот спал, положив голову на камень. Он не выглядел несчастным. Он был цельным. Он завтра встанет и будет тащить. А может, однажды станет надсмотрщиком. Потому что он здесь.

– Ладно, – сказал Валера. – Я понял. Я в коме. Я банкрот. Я лузер. Это факт. Что дальше?

– А дальше, – усмехнулся Голос, – у нас по плану урок физкультуры. Ты когда-нибудь дрался топором, Валера?

Пространство начало закручиваться вихрем. Египетская ночь растаяла.

Пахнуло солёным морем, кровью и диким холодом.

– Приготовься, – шепнул Голос. – Сейчас мы будем учить тебя не ссать.

ГЛАВА 2. ЯРОСТЬ БЕРСЕРКА (Скандинавия)

Часть 1. Паническая атака

Валера понял, что Египет был курортом «всё включено», ровно в ту секунду, когда солёная ледяная волна ударила его по лицу с силой боксёра-тяжеловеса.

– Твою мать! – попытался крикнуть он, но захлебнулся водой.

Он стоял на качающейся деревянной палубе. Вокруг был шторм, ночь и ад. Корабль (или корыто, по мнению Валеры) кидало из стороны в сторону так, что желудок пытался вылезти через уши. Рядом орали бородатые мужики, сверкали молнии, а впереди, сквозь стену дождя, виднелись огни берега. И судя по тому, что мужики доставали топоры и щиты, на берегу их ждали не с хлебом-солью.

– Где мы? – запаниковал Валера. – Голос! Это что за «Пираты Карибского моря»?

– Северное море, 9 век, – отозвался Голос с энтузиазмом комментатора UFC. – Ты в теле Ивара. И сейчас будет высадка.

– Я не умею высаживаться! Я умею высаживать рассаду помидоров! – заорал Валера. – У меня морская болезнь! У меня паническая атака! Я требую психолога!

Тело Ивара сжалось. Валера почувствовал, как ледяной ужас сковал мышцы. Ноги стали ватными, дыхание перехватило, сердце колотилось где-то в горле.

«Мы умрём. Сейчас прилетит стрела. Или мы утонем. Я не хочу. Мама, роди меня обратно».

Ивар замер посреди палубы, вцепившись в канат. Его глаза расширились. Он был здоровым лосем, но страх – штука демократичная, он и лося, и хомячка парализует одинаково.

– Ивар! Щит! – проорал кто-то рядом, и в борт вонзилось копьё.

Валера зажмурился. «Всё. Конец. Я в домике».

Часть 2. Тело как фундамент

– Дыши, идиот! – рявкнул Голос. – Ты перекрыл кислород! Мозг думает, что ты уже сдох!

– Я не могу! – скулил Валера. – Мне страшно!

– Страх – это энергия! – Голос перешёл на бас. – У тебя в крови сейчас адреналина столько, что можно «Ниву» поднять. А ты этот адреналин используешь, чтобы дрожать! Включи тело!

Ивар вдруг сделал то, чего Валера не ожидал. Он ударил себя кулаком в грудь. Больно.

Потом резко выдохнул. С хрипом, с рыком:

– Ххха!

Это сработало как перезагрузка. Диафрагма расслабилась. Воздух ворвался в лёгкие.

Ивар топнул ногой. Тяжёлый сапог ударил в доски палубы.

– Я здесь, – прорычал викинг. – Мои ноги стоят. Мои руки держат.

Валера почувствовал, как вата в ногах превращается в пружины.

«Так вот оно что, – мелькнуло у него. – Когда мне страшно, я сжимаюсь и перестаю дышать. Я превращаюсь в камень. А надо наоборот – двигаться».

Драккар с хрустом врезался в песок.

– Вперёд! Вальхалла ждёт! – заорали вокруг.

Ивар спрыгнул в ледяную воду по пояс.

Часть 3. Алхимия эмоций (Злость как ресурс)

На берегу их встретили англосаксы. И выглядели они не очень гостеприимно – стена щитов, лес копий.

Валера снова почувствовал тот самый липкий холодок в животе.

«Бежим! Нас убьют! Их больше!».

Ивар остановился. Он видел врагов. Он чувствовал страх. Но он не дал страху управлять собой.

Он сделал фокус, от которого у Валеры челюсть отвисла.

Ивар взял свой страх («меня убьют») и добавил к нему одну мысль:

«Они хотят меня убить? Да хрен им! Это Я здесь опасен!»

В ту же секунду холод в животе превратился в жар.

Страх трансформировался в Ярость.

Это была не истерика. Это была холодная, расчётливая, бешенная энергия.

Валера почувствовал, как зрение стало туннельным. Исчез шум, исчез дождь. Осталась только цель.

– А-а-а-р-р-г-х! – заорал Ивар, врубаясь в строй врагов.

Топор в его руках казался невесомым. Он не думал «как ударить». Тело делало всё само. Валера только офигевал, наблюдая, как этот берсерк разносит щиты в щепки.

– Понял механику? – спросил Голос, пока Ивар уворачивался от меча. – Злость и Страх – это одно и то же топливо. Просто Страх – это когда ты думаешь «я жертва». А Злость – это когда ты думаешь «я автор».

– То есть я мог так с Колымычем? – спросил Валера, пока Ивар пинал кого-то латным сапогом.

– Ты мог так с кем угодно! – рассмеялся Голос. – Ты всю жизнь глотал обиды, боялся слово сказать. Ты свою злость подавлял, заливал водкой. А это батарейка! Атомная станция! Ты на этой энергии мог бизнес построить, дом перебрать, жизнь изменить. А ты её в себя направлял, в язву желудка!

Часть 4. Мини-действия (Самый честный способ)

Битва затянулась. Ивар устал. Врагов было ещё много.

Валера снова начал ныть: «Мы не вывезем. Их слишком много. Мы устали. Руки не поднимаются».

Мозг начал рисовать картину поражения.

Ивар остановился на секунду, сплюнул кровь.

Он не стал думать о «победе». Победа была далеко.

Он посмотрел на ближайшего врага.

«Один удар. Только один удар», – подумал викинг.

Он поднял щит. Ударил.

«Ещё один шаг».

Сделал шаг.