Анатолий Максимов – Атомная бомба Анатолия Яцкова (страница 40)

Игорь Курчатов — руководитель советского атомного проекта «Уран» — и его ближайшее окружение знакомились с информацией невидимого для них агента Чарльза и не раз испытывали некоторое удивление своей новизной в направлении и характере американо-британских работ. Об этом времени вспоминал Владимир Барковский:

«В Центре знали об этой информации только руководитель научно-технической разведки тов. Квасников и его доверенные. Отсюда информация поступала к Курчатову… Все это время они думали, что информация поступает из других советских научно-исследовательских центров. Им ничего не было известно об истинных источниках поступления данных».

16 июля 1945 года (взрыв был перенесен на один день из-за песчаной бури в пустыне!). В 5 часов утра начинается испытание А-бомбы под кодовым названием «Тринити». Где-то среди других наблюдателей находится Клаус Фукс. Взгляд его направлен в ночное небо, он видит взрыв и оценивает его ударную волну с расчетами, которыми он занимался сам. Он понимает, что после этого испытания Земля уже никогда не будет прежней.

Об этом событии вспоминает Виктор Вайскопф:

«Это действительно было впечатляющим зрелищем. Мы были в 16 километрах от эпицентра. На нас были темные очки, предохраняющие от свечения. Вверх поднялся шар, и все происходящее напоминало мне одну из картин Матиса Грюневальда. На этой картине изображен Христос в бело-желтом круге с голубыми краями. Голубая кромка означала радиоактивность. Эта ассоциация просто потрясла меня».

Июль 1945 года. В Лос-Аламосе праздновали победу. Ученые отмечали успешное испытание первой атомной бомбы и не ведали, что среди них находится ценнейший агент Кремля. Уже позднее Виктор Вайскопф говорил:

«Фукс никогда не бросался в глаза. Он был дружелюбен и приветлив. К нему хорошо относились все семьи. Он нравился женщинам. Он был молод и свободен. Его часто приглашали в различные компании. И он всегда был приятным и милым гостем, хотя и несколько замкнутым».

Август 1945 года. Хиросима и Нагасаки. Два густонаселенных японских города были превращены после атомной атаки в пепел. Новый президент Штатов Гарри Трумэн торжествовал:

«Мы израсходовали более 2 миллиардов долларов на самый большой научный проект в истории и победили. Мы не только создали атомную бомбу, но и применили ее. На нас легла огромная ответственность. Мы благодарим Бога, что это осуществили мы, а не враги».

Но история говорит: с помощью Клауса Фукса Бог позаботился о том, чтобы бомба оказалась в руках русских, которые тогда еще официально считались друзьями.

Лето 1946 года. Клаус Фукс возвращается в Харуэлл, где Англия создает свой собственный ядерный центр. Здесь Чарльз становится ведущим физиком и возглавляет теоретический отдел. Англичане хотят создать собственную ядерную бомбу и работают над наиболее устрашающим ее вариантом — водородной бомбой.

Клаус приобретает много друзей, он скромен и безупречен как ученый и коллега. Ему уделяют внимание женщины. Он живет в одной из самых роскошных квартир городка, но, как признавался он позднее, на сердце у него было одиноко.

Его терзали сомнения — это конфликт долга коммунистической идее и благодарность стране, приютившей его с коллегами-учеными. Однако на встречах со своим куратором-разведчиком Александром Феклисовым, прибывшим вслед за ним в Англию из Штатов, Фукс говорил: «Я в вечном долгу перед советским народом».

Начало 1949 года. Клаус Фукс идет на одну из последних встреч с Феклисовым; переданная им информация — это то, что необходимо Советам:

«Когда мы переслали этот материал в Центр, мы узнали, что он является очень ценным. С его помощью мы сэкономили 250–300 млн долл. В то время за доллар давали только 90 коп. Это означало также экономию времени на решение проблемы, т. е. на создание отечественных ядерных бомб».

Взрыв советской атомной бомбы (29.08.1949) вызывает в американских верхах шок. В штаб-квартире ЦРУ царило замешательство — русские имеют в американском проекте шпиона?!

Разобраться в этом помогает случай с бегством на Запад русского шифровальщика в Канаде. ФБР расшифровывает прежние советские коды.

Ламфер, сотрудник ФБР:

«Однократный код, если он правильно применен, почти невозможно расшифровать. Но однажды КГБ сделал ошибку. Они употребили короткий ключ 2 раза. Один раз — для шифровки о торговле между Нью-Йорком и Москвой. Второй раз — для связи с КГБ».

Во время ночного скрытного вторжения в советскую торговую миссию в Нью-Йорке специалисты ФБР нашли доступ к документам, которые оказались решающими для проведения сравнительного анализа. Одно из расшифрованных сообщений указывало на существование советского источника информации в Лос-Аламосе.

Ламфер:

«Подозрение пало на двух человек: Рудольфа Паейрлса или Клауса Фукса. Мы немедленно подняли наши собственные архивы. Как мы узнали, Клаус Фукс находился в списках людей, которых разыскивало гестапо. Эти списки были захвачены нами в конце войны. Кроме того, его имя было в записной книжке одного из подозреваемых, который был взят после показаний “канадского” Игоря Гузенко. Таким образом, мы сконцентрировали наше внимание на Клаусе Фуксе».

29 августа 1949 года. В России атомная бомба взорвана. Это вызвало «жуткий переполох на Западе».

Подозрение падает на Клауса Фукса. Он нервничает, его допрашивают несколько раз, но ему удается выкрутиться. В январе 1950 года Клаус Фукс принимает решение сознаться во всем сотруднику дознания Уильяму Скардону.

26 января 1950 года. Лондон, станция Паддингтон. Из центра ядерных исследований в Харуэлле прибывает один из лучших физиков-атомщиков Британии. Это Клаус Фукс — выходец из Германии и русский агент. Здесь он встречается с Уильямом Скардоном, лучшим специалистом в стране по раскрытию иностранных агентов.

Скардон, твердый, но не лишенный сострадания специалист по допросам, даже не подозревает, какие его ожидают откровения. История, которую расскажет ему Фукс в военном министерстве лондонского Уайт Холла, покажется просто невероятной…

Скардон: Извините, доктор, но как вы могли все эти долгие годы выдерживать двойную жизнь?

Фукс: Я не знаю, поймете ли вы меня, но я всегда использовал марксистскую философию, чтобы медленно создать два разных мира в своем сознании. В одном мире я мог устанавливать дружеские связи и личные знакомства, помогать другим людям. Я мог быть тем человеком, которым я хотел быть. Я хотел чувствовать себя свободным и не бояться предательства. Но был и другой мир в моем сознании. Он был связан с моими политическими убеждениями и целями. И когда я оглядываюсь назад, то мне кажется, что это была какая-то разновидность контролируемой шизофрении. Не знаю, поймете ли вы, о чем я говорю.

Опытный дознаватель Скардон вырывает от Клауса Фукса признание: то, что было в годы войны, теперь уже не столь имеет значение в работе Фукса с русскими.

Скардон: Вы знаете, что против вас выдвигается обвинение. Могли бы вы назвать других агентов, которые передавали информацию?

Фукс: Я не знаю имен людей, которые собирали информацию для русских. Некоторые известны мне только в лицо. Я полностью доверял им, как и они мне. Но это не были люди, которые работали над ядерным проектом. Это были связные между мной и русским правительством.

Фукса арестовывают. Его коллеги и друзья не могут поверить в это. Они думают, что совершается ошибка.

В США ищут людей, с которыми контактировал Фукс. Гнев главы ФБР обрушивается на британскую службу безопасности, которая «проморгала Ламфера, который посещает Фукса в тюрьме.

Ламфер: «Сначала Фукс вообще не был предрасположен отвечать на мои вопросы. Он мотивировал это тем, что некоторые люди в США могут иметь неприятности из-за него. Тогда я решил показать ему фотографии нескольких подозреваемых».

И Клаус Фукс по фотографии опознал Раймонда — Гарри Голда.

Февраль 1950 года. В английской тюремной камере Фукс размышлял о своем участии и о совершенных им поступках.

Пайерлс: Я посетил его в тюрьме после ареста и сказал о том, что он как физик должен скептически относиться к марксизму. На что Клаус ответил, что он помогал русским завоевать весь мир, чтобы потом показать фальшь системы.

Скардон: И как вы отнеслись к его словам?

Пайерлс: Я бы сказал, что это была наивная и дерзкая идея. Но в этом был весь Клаус Фукс!

28 февраля 1950 года. В Лондоне начинается криминальный процесс над Клаусом Фуксом. В США его наверняка приговорили бы к смерти. Что происходит с ним в момент, когда зал суда заполняли его коллеги, его друзья и знакомые, многочисленные заинтересованные посетители?

Фукс: «Я подумал — это конец. Для разведчика это было ясно. Я поднимался вверх по лестнице, как во сне. Защитник спросил меня: “Вы знаете, какова высшая мера наказания?” Я ответил: “Смертная казнь”. “Нет, — ответил он. — Вы даже не знаете, что высшая мера наказания в Англии — 14 лет”. Это был еще один шок. Это означало: ты будешь жить дальше!»