Анатолий Логинов – Механическая пьеса для пианино истории (страница 54)
Не менее долгий путь ждал и полковника Метта. Его десантники уже грузились в ждущие их «Ю-52». Впереди их ждал перевал Митла — единственная дорога, по которой египетские части могли получить подкрепления. По разведывательным данным охранял перевал всего один пехотный батальон, а десантные силы израильтян насчитывали два батальона. При поддержке авиации можно было надеяться на успех, если разведка не ошиблась…
Над пустынной дорогой, вернее, караванной тропой, по ошибке названной европейским словом «дорога», висела поднимаемая более чем тысячей колес и гусениц пыль, почти не оседая. Идущий в начале колонны на бронетранспортере «Демаг» командир разведывательного взвода, лейтенант, бывший сержант Советской Армии, Михаэль Лернер посмотрел назад и, лихо завернув по-русски длинное предложение, повернувшись к сидящему рядом младшему лейтенанту, бывшему унтер-офицеру английской армии, Деймонду Ратлетджу, заметил:
— А еще говорят в России нет дорог, одни направления. По сравнению с этим там настоящие германские автобаны.
И они оба рассмеялись, старательно прикрывая рот от пыли. В этот момент заработала рация. Головная походная застава сообщила об обстреле. До крепости, судя по карте, оставалось всего два десятка километров.
Неожиданное появление сухопутного противника застало неподготовленный гарнизон врасплох. Неоднократные предупреждения английского советника о такой возможности комендант крепости, полковник Ас-Сеид Таха Бей, всерьез не воспринимал, считая более вероятной высадку морского или воздушного десанта. Как можно всерьез говорить о наступлении по тем козьим тропам, по которым даже караваны ходят с трудом? Но полковник, старый, опытный служака, сумел остановить зарождающуюся панику и начал создавать оборону. Возможно, ему удалось бы отбить нападение израильтян и даже разбить их, если бы не действия израильского спецназа. Возглавляемая Моисеем Даяном группа отчаянных головорезов проникла в гарнизон и добралась до штаба арабов. Охрана штаба, вроде бы готовая к бою, не была готова отражать внезапное нападение диверсантов. Частью перебив, частью захватив в плен охрану и штабных, спецназовцы парализовали управление арабскими войсками. Вместо переброски резервов против атакующих внешнее кольцо обороны израильтян, принявший командование майор Саад-эд-Дин Шадли бросил их на освобождение штаба. Двенадцать спецназовцев героически обороняли штаб в течение трех часов. Погибли восемь из них, другие получили ранения, лишился глаза сам Даян. Но пока арабы увлеченно молотили по собственному штабу из 94-миллиметровых пехотных гаубиц и с криками: «Алла!» — отбивали караулку и вход в штабной бункер, основные силы израильтян разнесли огнем 105-миллиметровых гаубиц пулеметные точки на основной позиции и, умело атакуя пехотой и броневиками, прорвали оборону крепости сразу в трех местах.
Арабы сопротивлялись недолго, лишь одна башенная батарея 152-миллиметровых пушек, обслуживаемая английским расчетом, сдалась не сразу. Отбив атаку израильтян, англичане выслали парламентера и после переговоров капитулировали. Почетную капитуляцию принимал командир разведывательного взвода лейтенант Лернер.
Десантники Даниэля Метта справились со своим заданием неожиданно легко. Оборонявший перевал Митла пехотный батальон состоял наполовину из новобранцев, а зенитная батарея была практически небоеспособна — ее новейшие 94-миллиметровые английские зенитные пушки могли стрелять только по данным электрифицированной централизованной системы управления огнем, генератор для которой день назад сгорел из-за неправильной эксплуатации, а если быть до конца честным — из-за врожденного раздолбайства обслуживающих его египетских механиков. Не сменили вовремя масло, залили не тот бензин, да еще разбавленный ослиной мочой, — в общем, как обычно, аллах с ним — работает и ладно. Точно так же отнеслись к порученной охране посты ВНОС (воздушного наблюдения, оповещения и связи), да и часовые. Аллах с вами, какие могут быть враги так глубоко в тылу…
Поэтому и налет бомбардировщиков Ю-88, и появившиеся сразу после него транспортники, медленно и величаво рассеивающие в небе белые купола парашютов, никакого сопротивления не встретили. Высаживающиеся по-боевому парашютисты быстро собирались в группы и устремлялись к назначенным объектам. Растерявшиеся египтяне сдавались без единого выстрела.
Чтобы не отвлекать людей на охрану пленных, Метт приказал их обезоружить и, выдав по фляге воды на троих, отпустить. Спустя несколько часов печальная толпа нисколько не напоминающих военных людей побрела по дороге через пустыню.
Попытка отбить перевал атакой танкового батальона провалилась. Парашютисты с успехом использовали против них не только свои безоткатные орудия Б-82 русского производства, но и русские же гранатометы РПГ-2 и введенную в строй батарею зениток. Горящие танки, разбитые артиллерийским огнем автомобили и еще несколько десятков трупов на дороге перед перевалом стали итогом этой атаки. А еще через полдня через перевал в сторону Суэцкого канала прошли колонны израильских «Лухсов» и «Шотов».
Первая палестинская война, совпавшая по времени с Венгерским и Сирийским восстаниями, стала серьезным испытанием для вооруженных сил как Палестинской федерации, так и арабов.
Ближневосточная война привлекла и привлекает внимание историков и журналистов, часто забывающих о двух сопутствующих ей событиях, отвлекших основные силы ОВД от Палестины. Речь идет о сирийском восстании и венгерских событиях. Советская и французская разведка, работавшие в первую очередь на противодействие этим событиям, ничем не могли помочь молодым, еще не набравшим опыта израильским коллегам.
Израильтяне, имевшие всего две пехотные и одну танковую дивизии, артиллерийскую бригаду, полк спецназа и две палестинские бригады столкнулись с армиями трех арабских государств, выставивших на поле боя бронетанковую иракскую дивизию, две пехотные иракские бригады и десять бригад Арабского Легиона, в том числе пять мотомеханизированных, танковую и четыре пехотных дивизии, три пехотные бригады и пять батальонов «коммандос» Египта. Наличие большого количества ветеранов Второй мировой в составе Армии Обороны, грамотные действия и самоотверженность солдат позволили одержать победу израильтянам с минимальными потерями. Арабские же войска не смогли ничего противопоставить передовой тактике и стратегии, к тому же большинство личного состава их армий абсолютно не понимало целей и задач войны, не хотело воевать и при первой же возможности сдавалось в плен или дезертировало. Прозванная «двухнедельной» война еще раз показала, что одно только наличие современного оружия не является гарантией победы, не менее важен дух войск и наличие грамотного командования.
Разбив в трехдневных боях египетскую армию, израильтяне подошли к Суэцкому каналу, на берегах которого их пытались остановить несколько батальонов английских войск, успевших переправиться на восточный берег. Но набравшие инерцию наступления израильтяне сумели разбить и англичан. Единственным участком, где англичанам удалось отбить наступление Армии Обороны, был город Порт-Фуад. Его обороняла усиленная танками моторизованная бригада знаменитой 7-й бронетанковой дивизии «Крысы пустыни» при поддержке флота.
Разбив египтян и передовые английские отряды, израильтяне остановили свое наступление и через день заключили с ними перемирие. Перебросив сразу после заключения перемирия танки на восток, израильтяне добили понесшую большие потери иракскую бронетанковую дивизию, окружили прорвавшуюся к Хайфе мотомеханизированную бригаду «иорданского» бригадного генерала Готта и отбросили противника за Иордан. Разбитые арабы запросили перемирия, на которое израильтяне согласились под давлением СССР.
Так, перемирием, подписанным в Бейруте, и закончилась Первая Палестинская война.
Дьердь Мюнних радостно улыбнулся, завидев знакомое здание кинотеатра, над которым развевалось красно-бело-зеленое знамя Венгерской республики. Пробились, и почти без потерь, не считая двух убитых в стычке с русским дозором. Впрочем, русские не сильно упирались — немного постреляли и отошли. Наверное, у них был приказ не ввязываться в затяжной бой. О том, как русские могут драться до последнего теперь, после двух недель боев, Мюнних знал очень хорошо. Он невольно сплюнул, вспомнив госпиталь в Веспреме. Сколько их там было, русских. Отделение, не больше, а дрались до последнего, прикрывая эвакуацию. И парней его положили немало. Треть отряда он тогда не досчитался. Но ничего, эвакуироваться то все равно некуда было, его молодцы уже давно на всех дорогах сидели. Порезвились они тогда здорово, навек запомнят эти краснопузые, как могут мстить бравые гонведы. Да, санитарки, наверное, до сих пор так и висят на заборе вокруг госпиталя. Прости господи, приходится честному католику творить такие непотребства, иначе до этого быдла ведь не доходит. А так увидят голых, висящих вверх ногами с взрезанными животами санитарок, повешенных обезглавленных, держащих в руках собственные головы больных, сожженные трупы защитников госпиталя — поймут наверняка, как их здесь не любят, и уйдут к себе, оставив Венгрию жить, как жила раньше.