Анатолий Ковалев – Последняя акция (страница 58)

— От кого она пряталась под этой трибуной?

— От своей совести…

Перекличку через тонкую перегородку в один или два кирпича пришлось прекратить, потому, что в коридоре послышались гулкие шаги. Юра в два прыжка вернулся в комнату и прилег на кушетку. В железной двери открылось окошко на уровне живота, и скрипучий мужской голос произнес:

— Ужин!

В окошке морщинистые руки старика держали поднос с ужином.

Юра поднялся с кушетки и прошаркал к двери. Забирая у старика поднос, он на мгновение задержал взгляд на его руке — на указательном пальце не хватало одной фаланги, а на большом и мизинце росли длинные, как у женщины, ногти.

Ужин состоял из стакана крепкого чая, булочки с марципаном и двух бананов.

— Вот это да! — воскликнул Соболев. — Так роскошно я даже в лагере не ужинал. — И добавил: — Если, конечно, в чай не подсыпали стрихнин!

Поужинав и оставшись в живых, он убедился, что в коридоре никого нет и вернулся в темный проем за кушеткой.

— Машенька! — позвал Юра, и она подошла к стене. — Ты поела?

— Да. Кормят три раза в день, и еще сухари!

Но его интересовало вовсе не это.

— Скажи, когда тебя сюда везли, ты спала?

— Нет.

— Значит, ты видела, куда тебя везут?

— Мне только перед самым замком развязали глаза.

— Перед каким замком?

— В котором мы сидим.

— Ты ничего не путаешь, девочка? — Юре подумалось, что, может, у девочки от всех этих потрясений что-нибудь не в порядке с психикой.

— Я ничего не путаю, дядя Юра! — обиделась она.

— Ну, хорошо… А какой он с виду?

— Очень красивый, с высокими башнями, как в книжке…

— В какой книжке?

— Про Синюю Бороду!..

«Очень кстати!» — подумал он.

— А где стоит этот замок?

— В лесу. Среди сосен и елей.

Соболев все больше и больше поражался услышанному.

— А что еще ты видела перед этим замком? Во дворе?

— Фонтан. Такой зеленый, тоже как в сказке!..

«Изумрудный, что ли?» — мелькнуло в голове у Соболева, а вслух он спросил:

— Из какого камня? Из такого прозрачного?

— Нет… Не помню названия. Который в белых и темных волнах.

— Малахит?

— Да. Малахит.

Юра пожелал девочке спокойной ночи, а сам долго еще не мог уснуть, обдумывая полученную информацию. «Замок Стацюры! Какая прелесть! Звучит — как замок Дракулы! Умеют же люди жить — строят замки с малахитовыми фонтанами. И все им мало! А ты, Соболев, какой-то разнесчастной булочке с марципаном несказанно рад, и больше тебе сегодня ничего не надо. А Полина сейчас сходит с ума. Думает, поматросил и бросил. Ничего, Поленька, как-нибудь выкарабкаюсь. Для чего-то ведь я нужен этим Дракулам, раз до сих пор не пришибли?»

Глава 14

В два часа дня на связь со Ждановым вышел его помощник:

— Товарищ майор, только что в районе улицы Первомайской сотрудником местного отделения милиции опознан Лузгин. Он купил пачку сигарет «Космос» в киоске «Роспечать» и сел в автомобиль «Лада», модель двадцать один двести тринадцать, цвет «белая ночь». Какие будут распоряжения?

— Установите за ним наблюдение, сообщите, куда он направляется. Вот и Алексей Федорович пожаловали в гости, — сообщил он Блюму. — А мы уж хотели с полковником всесоюзный розыск объявлять.

— Нет больше Союза, Вадик.

— А я по привычке.

— Что ты намерен предпринять?

— Пока ничего. Он ведь не ради развлечения вылез из «берлоги», а что-то явно задумал. Нам необходимо, чтобы кто-нибудь из них — или Лузгин, или Авдеев — «потянул» за собой Стацюру.

— Согласен. Ване пока нечего предъявить. А как только мы их схватим, Ваня тут же исчезнет. Я тебя правильно понял?

— Правильно, только Ваня твой при любом раскладе от меня не уйдет!

— Ой, не зарекайся, майор. Ты мне лучше объясни, как он в воскресенье от твоих ребят улизнул?

— На даче? Спал под кустом — вот и улизнул.

Миша достал из нагрудного кармана рубахи листок, свернутый вчетверо, и подал его Жданову.

— Я с утра сегодня проветрился — съездил на телефонную станцию, — пояснил Миша. — Это данные о междугородных разговорах Стацюры за последний месяц. Обрати внимание на последнюю дату. В то время, как твои ребята ждали, что он будет на даче, Иван преспокойно беседовал с Москвой из своего офиса. И, кстати, проверь по своим каналам этот московский телефон. Кто там сидит на другом конце провода?

— Я, Миша, ничего не понимаю. Как они его упустили?

— А я знаю? Может, там дыра в заборе, как в лагере «Восход»? Или он вышел через соседнюю дачу?

— Все проверим, — пообещал Вадим.

И тут опять заработала рация:

— Лузгин направляется в сторону Синих Камней…

— Продолжайте вести наблюдение, только так, чтобы он вас не заметил.

Они кинулись к карте города, висевшей за креслом Жданова.

— Он едет к Авдееву, — твердо решил Блюм.

— Синие Камни немного в другой стороне, — сомневался Вадим.

— Он специально кружит, хочет убедиться, что нет за ним слежки, и скоро накроет твоих ребят.

— Что предлагаешь? Снять наблюдение? А если уйдет?

— Не уйдет. Сам же сказал, не просто так он вылез из «берлоги». А у дома Авдеева опять возьмем его на заметку.

— Ох, Мишка, наломаем мы с тобой дров, — покачал головой Жданов и снова вышел на связь со своим помощником.

В этот день он пришел на работу позже обычного. Голова раскалывалась после бессонной ночи. Добрался до своего спасительного кресла и начал раскручиваться влево-вправо. Это всегда успокаивало нервы. А нервы окончательно расшатались в последние дни. Чего стоило ему вчера убедить этого гадкого режиссеришку отказаться от новой акции. Совсем они не чувствуют опасности! Дураки! Ладно бы только этот сраный интеллигент, так и Монте-Кристо туда же! По зоне, наверно, соскучился. Все им мало! Авдеева подставили со счетами — рвет теперь и мечет! Он его давно предупреждал, что все эти игрушки с «обналичкой» до поры до времени, не слушал — пусть сам расхлебывает!

Стацюра вытащил из холодильника бутылку минеральной воды и, сделав два маленьких глотка, нажал на кнопку селектора.