Анатолий Казьмин – Хлопоты Кощея (страница 2)

– А тут оказались когда?

– Ну, в конце мая, – снова пожал я плечами. – И?

– Угу. А, скажи, внучек, в старом мире до днюхи Кощеюшки сколько оставалось?

– С ноября до сентября? – я позагибал пальцы, подсчитывая. – Девять месяцев с хвостиком, и?

– Тьфу на тебя, внучек! Вот и прибавь к нашему появлению тут твои девять с хвостиком.

– Ну, март, – снова подсчитал я на пальцах. – И что? О-о-о…

– Вот именно, внучек. Март.

– Блин… – задумался я. – То есть, реальный День рождения у Кощея?..

– Угу. Не в сентябре, что мы праздновали. А когда, внучек?

– Март, блин, – протянул я, ощущая, как что-то неприятное начинает охватывать меня. Паника?

– Март, Федь, – подтвердил дед. – Понимаешь, к чему всё? И чего это Алик нас так запугивал?

– То есть, сейчас грянет что-то?

– Вот именно, – согласился дед. – Только… Только всё равно, не сходится что-то, внучек.

– Не путай меня, деда, – попросил я. – Не март, да? Не будет катаклизма? Всё в порядке, да?

– Да хрен там, – хмыкнул он. – Будет, внучек, всё будет. И катаклизма твоя и Карачун собственной персоной. Жди.

– Спасибо, деда, – поморщился я. – Радость-то какая.

– Вот только… – полез Михалыч пятернёй в затылок. – Вроде бы оно всё в порядке, внучек, да только не сходится и всё тут.

– Ты о чём?

– Пара-тройка дней, Федь, ни туды ни сюды ни притыкаются. Да, даже не пара-тройка, а десять-двадцать, эх… И так считаю и эдак, а всё равно точно даты не получаю никак… Знаешь, чего я хочу, Феденька?

– Ы? – машинально поддержал разговор я.

– Взять свой топорик остренький, да пойти рубить им направо-налево, начиная с Кощеюшки, а заканчивая тобой, паразитом! Да так и махать им, пока в царстве нашем, никого не останется кроме меня. А вот тогда и я, хлебну коньячку за упокой душ ваших, да и сам и повешусь на дубе том тысячелетним, что у нас за стеной крепостной дорогу за восточными воротами перегораживает.

– Романтик ты у меня, деда, – хмыкнул я. – Начиная с топора и заканчивая дубом. Ну, давай, рассказывай, что там у тебя не сходится? Попробуем обойтись без этого вашего суицидального романтизма.

– Да я ж тебе талдычу! – уставился на меня Михалыч. – По месяцам считать, всё сходится. Настоящая дата, как бы наш бес сказал – реальная, конкретная, она в марте и выпадает, аккурат на весеннее равноденствие. Оно и дата оккультная, и Кощеюшке соответствует с его колдунскими заморочками, да только…

– Ы?

– Не совпадает, внучек, – горестно вздохнул дед. – Я и так считал и эдак… Несколько дней туды-сюды, а не совпадают. Вот, что делать, внучек?

– Давай, деда, по коньячку? – выдал я дельную мысль. – Посидим, прикинем литр-другой, да и решим твою проблему.

– Алкоголики! – распахнул ногой дверь Канцелярии Кощей. – Лишь бы повод найти!

– Царь-батюшка, – привстал я с лавки. – Присоединитесь? По пять капель?

– Для стимуляции синапсов разве что, – согласился он, неодобрительно глянув на Тишку и Гришку.

– Брысь, паразиты! – понял намёк я. – Быстро кресло Государю освободили!

Бесенята поплелись перетаскивать мой диванчик к монитору, а я подвинул к столу компьютерное кресло:

– Присаживайтесь, Ваше Величество! Вы как раз вовремя.

– Как всегда, – подтвердил Кощей, усевшись в кресло и наблюдая, как Михалыч наполняет тёмной янтарной жидкостью гранёный стакан. – Куда ж вы без меня?.. Элементарного сделать не можете.

– Затык у меня, Кощеюшка, – дождался дед, когда стакан опустел. – Давай, соколик, колись, когда ты на свет народился? Равноденствие мартовское, ы?

– Первого сентября, – ухмыльнулся Кощей. – Ошибаешься, Михалыч. Не наливай ему больше, Федька.

– Михалыч у нас сам наливает, – хмыкнул я. – А только, Ваше Величество, что-то запутались мы в датах… Да и эльфы… Ну, то есть, они в тайне всё просили держать, но вы же у нас свой, можно и рассказать, да, деда?

– Конспираторы! – фыркнул Кощей. – В курсе я, сына. Нежто ты думал, что ваш заговор супротив меня скрытым может остаться?

– Да ваще ни разу не сомневался! – заверил я. – От вас ничего утаить не возможно, я уже осознал. Поэтому мы и не паримся, а просто взяли календарь и стали считать.

– Оттож, – согласился Кощей. – И чего насчитали?

– Насчитали, Ваше Величество, – доложил я, – что ваш фактический день рождения никак не совпадает с реальным. Ну, то есть, по месяцам ещё как совпадает, но всё равно дней двадцать разницы получается. Вы же у нас в мартовское равноденствие родились? Мы и так красивые даты подгоняли и эдак…

– Дурень! – порадовал меня царь-батюшка. – При чём тут красивые даты? Есть даты оккультные и есть обычные.

– Мне, как программисту, хоть и средней руки, – задумчиво протянул я, – математические исчисления и логические алгоритмы вполне даже понятны. Но по нашим подсчётам, совпадения в датах, Ваше Величество, хоть всё же существуют, но с большой погрешностью и с сильным отрывом в цифрах, да и в целом за уши притянуты. И что прикажете делать теперь?

– Вот же заплёл… – помотал головой Кощей. – Ты, сына, всё учёл в своих изысканиях или только на календарь глазел?

– А? – задумался я, пытаясь переварить его доводы. А потом ещё подумал. А потом и взглянул на всё это со стороны, а вот уже совсем после и заорал: – Блин, Ваше Величество! Понял! А, точно, всё совпадает же! Все эти дни потерянные, они же как раз в общую схему и укладываются!

– А учился бы, – самодовольно протянул Кощей, – так вообще бы таких глупых казусов не возникало. В Академию волшебства тебе надо, сына. Годиков на пять-десять для начала.

– Всех убью, – достал Михалыч топорик. – А начну с внучека. А когда на шашлык его мелко порублю, то и за тебя, Кощеюшка примусь. Шашлык из тебя, батюшка никакой, а вот косточки погрызть нашим волкам очень даже приятно будет.

– Да тут всё просто, деда, – поспешил я с объяснениями. – Деда, ты учитывай, что мы и по времени сместились, а не только в пространстве.

– Ты это к чему, Федька?

– Високосные года, деда. Сколько их было, а? Мы, ведь, лет на пятьсот, а то и больше сместились. Да и вообще, кто его знает, как тут время идёт в этом мире. А, вдруг, планета вокруг Солнца не за 365 дней оборот делает, а за 356 или ещё как?

– Зараза ты, внучек, – выдохнул дед. – Я считаю, считаю, а, оказывается, оно вовсе и не надо точно. Убью я тебя, Феденька, так и знай, убью.

– Убивай, – согласился я. – Только теперь даты запросто подогнать можно, классно, да?! Ваше Величество, решили мы загадку с датами?

– Решили, сына, – одобрительно кивнул Кощей. – Ну, как, легче тебе стало? Готов, аки птаха райская в небеса воспарить? Тьфу!

– Блин, – согласился с ним я. – Вы о чём? Не путайте меня, Ваше Величество, ладно? Всё же хорошо? Дату ещё одного вашего Дня рождения вычислили, а значит, ещё один праздник к радости ликующих и любящих вас придворных устроить можно.

– Ладно, сына, – вздохнул вдруг Кощей, – давай серьёзно. Повеселились и хватит.

– Имел в виду я такое веселье, Ваше Величество, – хмыкнул я. – А что? Судя по вашему тону, нам что-то нехорошее светит?

– Проблема у нас, Федь, – серьёзно сказал Кощей. – Без вашей помощи я не справлюсь.

– Ну, Ваше Величество, – пожал я плечами, – могли бы и не говорить такую банальщину. Как же мы и без проблем? Но вы не грустите и мысли суицидальные откиньте – мы с вами, Ваше Величество. Всё будет хорошо.

– Будет, – согласился он, но тут же поправился: – Надеюсь. Если повезёт.

– Не пугайте меня, Ваше Величество, – совсем озадачился и обеспокоился я. – Вы о чём? У нас же всё нормально, да?

– Тут как бы… – задумался Кощей, явно подбирая слова, – может, всё и нормально пройдёт. То есть, даже, скорее всего, нормально и пройдёт. Но ты же сам знаешь, сына… Только расслабишься и на тебе. И выходит так, что подготовиться мне хорошенько надо, предосторожности всякие продумать, рассчитать всё точно, варианты просмотреть…

У него был такой задумчивый и потерянный вид, да и излагал царь-батюшка против обыкновения крайне сумбурно, что я тут же запереживал:

– Вы в порядке, Ваше Величество? С виду так всё вроде, как обычно, вон, коньяк хлещите в классическом стиле, без закуски, да только глазик левый у вас чего-то дёргается, да и лишняя морщинка на лбу образовалась…

– Гюнтер! – тут же заорал Кощей, начиная массировать лоб.

– Да шучу я, Ваше Величество. Откуда у вас морщинам взяться, сокол вы наш тысячелетний?

– Орёл, батюшка! – подтвердил Михалыч.