Анатолий Казьмин – Хлопоты Кощея (страница 4)

Ну, на самом деле, там немного сложнее всё получилось. Ну, вот как вы себе представляете посла Великой, Славной, Великолепной, Могучей и Православной Руси, под чутким руководством Кощея-батюшки, в виде зелёного куба на коротеньких щупальцах вместо ног и застенчиво хлопающего большими, синими глазами? Бред, да? Поэтому, не смотря на ужасно мощные знания международной политики, мы решили нашего монстрика Макарыча заменить для официальных приёмов на другого, более подходящего для этого представителя государства. Коим мы назначили бывшего французского посла, заодно и мужа нашей дорогой Машулечки-вампирши, с которой он недавно поженился (об этом кошмаре я потом, отдельно расскажу), Шарля де Бац, родственника нашего шеф-повара Иван Палыча де Бац, д`Артаньяна, нашей эпохи и в целом вполне нормального, даже на наш взгляд, европейца.

Короче, Макарыч продвигал стратегию, Тихоныч её озвучивал и распределял отряды на боевые позиции, а Шарль, как официальный Министр иностранных дел, корчил важные физиономии перед всеми этими Европейскими корольками и императорчиками.

Ух, они там делов натворили…. Я чуть позже изложу, а пока, вынужден переключиться на другую сюжетную линию. От всех этих глобальных государственных дел, меня отвлёк мой личный бес Аристофан, когда царь-батюшка, озадачив меня грядущими проблемами, улизнул к своим принцесочкам, а Михалыч, тяжко вздыхая, принялся убирать со стола и расставлять в буфет последствия нашего мозгового штурма.

– Босс, блин, – заявил мой бес, – фигня, однако тут, однозначно.

– Да кто бы сомневался, – хмыкнул я. – Ну, и что теперь?

– Фигня какая-то, босс, – пояснил Аристофан и уселся на лавку. – Дедушка Михалыч? Сто грамм, ы? Для просветления мозгов конкретно.

Я дождался, когда Аристофан прочистит синапсы своей ужасной сивухой и строго потребовал:

– Докладывай.

– Да там, босс, – выдохнул он, – там, блин какие-то кадры заявились реально. Базарят, блин, что к царю, прикинь. Мол, блин, родня конкретная, прикинь. И чё делать теперь, а?

– Бр-р-р! – помотал я головой. – Родственники? Твои? А чего им от Кощея надо?

– Да не, босс, – даже передёрнуло Аристофана, – на фиг надо таких родственников! К Кощею, блин, родня прибыла. Какие-то они голимые, босс. Стрёмные, блин. А чё делать-то, а?

– Ничего не понимаю, – вздохнул я. – То ли мне самогона в организме не хватает, то ли наших бесов надо в военную академию отправить, чтобы начали изъясняться грамотно и понятно…

– Погодь, внучек, – прервал дед и повернулся к Аристофану. – Ну-ка, бесовская сила, нормально доложи командиру, без всех ентих ваших штучек.

– Это как, дедушка? – поразился бес. – Типа реально как Гюнтер базарит или наш академик Роман Викторыч? Западло, дедушка, забей в натуре.

– Я щаз рога кое-кому в голову забью по самые уши, – пригрозил Михалыч. – Нормально начальнику доклад сделай, паразит!

– Ну ты чё, в натуре? – надулся Аристофан. – Я же конкретно базарю. Там, блин, кадры какие-то припёрлись, на понтах все из себя, типа авторитеты козырные, но по виду фуфель какая-то, босс. Плесень старая какая-то под воблу сушёную с закосом и фраер понтовый, типа авторитет, но, без базара, босс, фраер конкретный.

– Налей ему, деда, – попросил я. – В последний раз в этом году. А потом объявляем ему персональный сухой закон да отдадим к моей Варе в школу и пока экзамен по «Русскому языку» на «пятёрку» не сдаст, командовать бесами его заместитель Демократус будет.

– Да чё, типа не так?! – завопил бес. – Вы, блин, ваще берега попутали в натуре?!

– К Калымдаю в маршевые роты, – кивнул я. – А потом на полгода в спецназ с усиленным изучением армейских команд… Аристофан, твою ж дивизию! Ты, если нормально доложить обстановку не можешь, то не обижайся, а пора тебе на пенсию, блин! Конкретно! Будешь на покое бесовок окучивать, да байки подрастающему поколению травить, а вместо тебя я, блин, лучше какого-нибудь грамотного беса возьму. Твой Демократус, он как? Не сильно вашими интеллектуальными заморочками озабочен? Может он нам нормально доклад сделает? Так ты уж пригласи его сюда, ладно? Если тебе это не трудно, конечно, в натуре.

– Да ну тебя босс…

– Аристофанчик… – протянул Михалыч. – Жить хочешь? Вот и давай, касатик, выкладывай, да без всех этих ваших бесовских базаров, что там у нас случилось.

– Да, блин, – вздохнул Аристофан. – Наехали, блин…

– Докладывай, – потребовал я.

– Опять же наезжать будете, – заворчал бес. – Докладывай в натуре… Я же говорю, босс, там пара кадров явились к нам. Плесень старая с закосом на реальное благородство и фраер какой-то, типа братан Государев. Типа уважухи хотят конкретной. Ну, блин, ну вот как тебе ещё объяснить?..

– Деда, ты чего-нибудь понял? – повернулся я к Михалычу.

– А чего тут не понять, внучек? – вздохнул он. – Ежели рогатый всё правильно пояснил, то будет нам внеочередной праздник. Родня какая-то к Кощеюшке заявилась, накрывай на стол. Погудим, внучек, повеселимся, песни попоём, а то и спляшем на радостях.

– Бред какой-то, – полез я пятернёй в затылок. – Какая тут родня у Кощея может быть? Да и вообще, кто, когда слыхал про родню Кощееву, блин?

– Блин, босс, – согласился Аристофан. – Фигня полная.

– Давай, – кивнул я устало бесу, – тащи этих родственничков к нам в Канцелярию, разбираться будем.

– А это типа нормально, босс? – засомневался Аристофан. – Может, блин, пусть Гюнтер с ними заморочится? Он же, блин, гламурный у нас, типа прокатит в любом случае.

– А и верно, – поддержал беса Михалыч. – Пущай Гюнтер с ними парится, мозги им пудрит, а как дойдут они до кондиции, так и пред твои светлы очи и представит их, внучек.

– Да чего вы вообще конкретно на меня все стрелки переводите? – возмутился я в бесовском стиле. – К Кощею родня прибыла, вот и все вопросы к нему, понятно?! Отстаньте от меня! Я тут при чём?!

Глава вторая, хлопотно-дипломатическая с сильным уклоном в экспансию

Я, действительно вроде как был и не при чём, но, как всегда это у нас бывает, все проблемы свалились на меня.

К царю-батюшке я прибыл почти одновременно с его новоиспечёнными родственниками.

Тощая, старая дамочка, повиснувшая на Кощее, что-то взвизгивала восторженно, а ещё один кадр, невысокий, полноватый мужичок в стильном, торжественном прикиде и с короной на лысом затылке, терпеливо дожидался своей очереди к телу царя-батюшки.

– Здрасьте, – протянул я, в замешательстве. – А что тут у вас?

– Герцогиня, – оторвал наконец-то от себя эту старую воблу Кощей. – Герцогиня Костянская.

– Царица, – капризно поправила вобла. – В перспективе, разумеется.

– Ы? – совершенно не по этикету приветствовал я её.

– Герцог Костео Костецкий, – помахал мне ручкой низенький и упитанный и бросился обнимать Кощея, кося глазом на худосочную родственницу, – И тоже – царь, прошу заметить. В перспективе.

– Блин, – поздоровался я и с ним.

– Зараза, – оторвал от себя этого герцога Кощей. – Прошу любить и, блин, жаловать, Федька. Родня в гости ко мне нагрянула. И, хочу заметить, сына, внезапно и совершенно не звано, как тот, который хуже татарина.

– Это… – в замешательстве протянул я. – Очень приятно, Ваше Величество? Или как?

– Невероятно приятно, – поморщился Кощей. – Нам сейчас только гостей и не хватало.

– Ну, Коша! – потрепала Кощея за щеку герцогиня Костянская. – Противный мальчик!

– Кузен! – заорал в восторге Костео, оторвавшийся от царя-батюшки. – Мы безумно рады воссоединению нашей семьи!

– Чего? – я остолбенело посмотрел на этого толстячка. – Семья?

– Дурачок, – ласково улыбнулась герцогиня. – Ну, конечно, семья, глупый!

– Гюнтер! – рявкнул царь-батюшка. – Две рюмки самогона для родни и проводи гостей дорогих в их апартаменты, а потом неси коньяк для меня и сынули, да лимончик не забудь!

– Твою ж… – протянул я, наблюдая, как дворецкий вежливо, но непреклонно выпроваживает престарелую даму с толстячком и, дождавшись, когда мы остались одни спросил: – Это чего это, а, Ваше Величество?

– Это, – невесело усмехнулся царь-батюшка, – именно то, о чём я тебя и предупреждал, Федька. Налетело вороньё…

– Ы? Недопонял, Ваше Величество… Вы имеете в виду, что это те вражины, которые вашу силу себе захватить хотят? Ну, про которых вы предупреждали. Ну, которые вас погубить хотят, так что ли?

– Которые которых… Молодец, с первого раза догадался, – так же невесело усмехнулся он. – Растёшь, Статс-секретарь, набираешься опыта! Скоро в самого Кощея выбьешься!

– Да ну вас, Ваше Величество… – пробурчал я. – Радость-то какая… А теперь чего?

– Коньяк? – вернулся к нам дворецкий. – Гостей разметили в апартаменты, наблюдение из призраков установили, почётный караул из скелетов и бесов у дверей стоит круглосуточно, никого не впускает, не выпускает. Лимончику к коньячку, Государь?

– Учись, сына – указал костлявым пальцем на дворецкого Кощей. – Вот, когда все наши подразделения начнут так же работать, вот тогда с чистой совестью и уйду на заслуженный отдых.

– Благодарю, Государь, – поклонился Гюнтер.

– На фиг надо! – содрогнулся я. – Правьте ещё тыщу лет, Ваше Величество. А то и больше!

– Наливай, Гюнтер, – покончил с хвалебной темой Кощей. – Выпьем за торжество трудовой дисциплины над традиционным народным разгильдяйством.

– А что с этими делать? – выдохнув, махнул я неопределённо головой. – Ну, с родственниками этими? С этой, блин, герцогиней и этим, упитанным… как его?..