Анатолий Арестов – Человек дальнего неба. собрание прозаических сочинений (страница 6)

16 Торт

У Алексея на данный момент не было работы. Наличные закончились. Три месяца назад он уволился из строительной конторы, теперь подрабатывал на изредка перепадающих халтурках: разгружал мешки с мукой, занимался квартирными переездами, грузил шкуры крупного рогатого скота, чистил подгнившую капусту на оптовой базе – чем только не занимался! Сегодня должны были позвонить по поводу разгрузки фуры с семечками, но так и не позвонили. Деньги, конечно, не помешали бы, ведь сегодня тридцать первое декабря, а на столе ничего нет, хотя бы торт купить, большего и не нужно…

Ближе к трём часам дня позвонил Слава, позвал на разгрузку комбикорма в мешках. А что? КАМАЗ с прицепом – восемьсот рублей на руки! Работа не тяжёлая, если приноровиться.

Как и договорились в пять часов вечера Алексей стоял возле ворот организации.

– Проходи! – скрипнули ворота. Слава махнул головой.

Алексей прошёл во внутренний двор. КАМАЗ был на месте. Быстро переоделись в подсобке, перекинулись парой слов.

– Будешь? – спросил Слава и показал на рюмку. – В честь наступающего!

– Давай. Да пойдём работать. – ответил Алексей, поднял рюмку и одним глотком выпил содержимое. – Ух… Самогон?

– Да. У знакомой купил. Всегда беру у неё. Она не мешает со спиртом. – поморщившись и вдыхая аромат разрезанного пополам яблока, ответил Слава.

Прицеп разгрузили быстро, в течении часа. Выпитая рюмка взбодрила. Остановились перекурить. На улице стояла приятная погода. На градуснике, прикреплённом у окна подсобки, красный столбик замер на отметке минус девять. Из тёмных туч падал мелкий снег. Алексей чувствовал себя превосходно, мало того, что взбодрился под мешками в сорок пять килограммов, так и действие алкоголя приятно затуманило мозг. Оставалось разгрузить КАМАЗ. Алексей подошёл к машине и протянул руку к оранжевому рычагу, чтобы открыть борт. Рычаг никак не поддавался, пришлось левой рукой обхватить правую и приложить большое усилие. Алексей дёрнул раз, потом второй, и только на третий раз рычаг поддался, и борт открылся. Алексей опустил руки и внезапно ощутил острую боль в пальце. По всему телу прокатилась неприятная дрожь, озноб прошёл по спине.

– Я, кажется, палец сломал! – через силу улыбнувшись, произнёс Алексей.

– Да ты что? Как? – с выпученными глазами спросил Слава и подошёл к товарищу.

Алексей снял перчатку. Безымянный палец на правой руке успел увеличиться в размерах. Рука дрожала.

– Езжай в больницу. Что сделаешь? – Слава покачал головой и отсчитал четыреста рублей. – За половину работы.

– Извини, что так получилось. Сам не знаю, как такое вышло. – опечаленно произнёс Алексей и пошёл в сторону остановки.

Из травматологического пункта Алексей зашёл в магазин, купил торт и яблочный сок.

Мать открыла дверь.

– С наступающим! – улыбнулся Алексей и протянул купленное.

– Да что ты будешь делать! Как ты умудрился перед праздником? – спросила мать, увидевшая руку сына в гипсе. – Тебя не было всего лишь три часа!

– Так вот! Предновогодний сюрприз! – вставил несколько слов сын. – Жаль. Послезавтра должна приехать фура с хурмой. По полторы тысячи обещали заплатить…

17 Землекоп

К восьми часам мужики приехали на городское кладбище. Олег зашёл в прокуренную сторожку, собрал инвентарь для копки, закинул на плечо и отправился на место будущего захоронения.

Инвентарь землекопа (так называется должность по которой был устроен Олег в муниципальном предприятии) состоял из лопат трёх видов: «лепесток» – лопата в виде сердечка, применяющаяся для копки почвы, штыковая – лопатка, обрезанная со всех сторон и напоминающая квадрат, нужна для выравнивания стенок могилы по вертикальной плоскости, совковая – необходимая для выгребания и откидывания грунта, четвёртым «ритуальным» элементом была «дудорга» – это обычный лом с приваренным топором, она необходима для рубки корней или, если наткнёшься на твёрдую почву, для её рыхления.

Олег тихим шагом продвигался по песчаной дороге, где проезжает автобус с гробом и родственниками. По обе стороны стояли железные кресты, гранитные, мраморные, цементные памятники, ржавые и покрашенные оградки, венки и одиночные синтетические цветочки – все атрибуты последнего пристанища человека, вернее, атрибуты нужные живым – так думал Олег, – покойным без особой разницы какие изделия рук человеческих будут украшать поверхность «их» земли.

Парень добрался до места, где будет расположена могила, скинул орудия труда, достал рулетку, отметил на земле размеры: 90 см. – изголовье, 40 см. – ноги, 1 метр 90 см. – длина. Размеры Олег получил на утренней планёрке, поэтому точно знал «свой размер» – выражение узкого круга лиц, так сказать профессионализмы. Начал копать. Сначала снял лепестком на размер штыка верхний слой – дёрн, почва оказалась достаточно податливой, докопал до нужной глубины в 1 метр 40 см., заменил лопату на совковую – выгреб лишние комки, потянулся за штыковой – подровнял. Сорок пять минут и могила выкопана, «дудорга» сегодня не пригодилась, но Олег знал, что её лучше взять, чем возвращаться обратно в сторожку через всё кладбище. Захоронение и облагораживание могилы произойдут позже во второй половине дня.

С пустыря потянуло приятным дымком. Олег зашёл в сторожку, поставил в угол рабочие инструменты, вымыл руки под тоненькой струйкой ржавой воды и направился за здание. На двух белых кирпичах стояла маленькая алюминиевая кастрюля с бурлящей водой, рядом лежала столовая ложка и маленькая пачка чёрного чая.

– Чифирнёшь? – спросил Игорь, работавший, как и Олег землекопом.

– Чифирнуть бы ништяк, да голяк… – улыбнулся Олег, вспомнив строчку из песни, и пожал плечами. – Я ни разу не пробовал!

– Тем более! Базара нет! Пару глотков, вместо кофе. Вещь забористая, конкретная. Главное с ним не переборщить, а то сердце вылетит. Да и пристрастится можно. Своего рода наркотик. – рекламировал «лекарство» Игорь, засыпая полную пачку в кастрюльку, которую он предварительно убрал с огня. Объятые паром чаинки с поверхности постепенно опускались на дно ёмкости.

– Пусть настоится! – Игорь махнул рукой, снимая рубашку. – Жарко сегодня, ещё у костра раскумарило. Увесистый золотой крест, висящий на не менее увесистой цепочке, блеснул на ярком, набирающем силу майском солнце. Впечатляющие наколки, словно картины художников, пишущих в готическом стиле, бросились в глаза. Олег улыбнулся.

– Да… Жизнь помотала! – сказал Игорь.

– Заметно!

Они рассмеялись.

Кладбище с выкопанными могилами, кресты и саркофаги, смерть с остроносой косой и скелеты покрывали белую кожу Игоря.

– Ну, что? Пробуем? Закуривай! – Игорь взял маленькую эмалированную кружку и налил напиток, который приобрёл морковный цвет. – Давай! Хапочку сделай.

Олег сделал два больших глотка. Только потом до него дошло, что всю полость рта стянуло, словно он объелся ягод черёмухи, горький и горячий напиток, обжигая, прошёл по пищеводу. Сигаретный дым показался сладким.

– Как тебе? Ништяк? – поинтересовался Игорь, причмокивая из кружки.

– Да-а-а, кофе отдыхает! – ответил Олег, почувствовав прилипшие к дёснам щёки.

– Хватит на первый раз. Сейчас приход начнётся, самый кайф…

Гроб с покойным лежал на дне могилы. Родственники стояли по периметру, освободив место для работы землекопов. Олег чувствовал себя превосходно! Прилив сил и энергии был неимоверным. Лопата с землёй летала туда-сюда. Через несколько минут могила была уже засыпана, сверху сформирован земляной холмик и поставлен деревянный крест. Олег встал ровно, он чувствовал, что сердце того и гляди выпрыгнет из грудной клетки и поскачет по оградкам да крестам. Майка шевелилась от биения кровяного насоса.

К концу рабочего дня смотрителю кладбища Александру – жуткому пьянице, который за два захода из горла выпивал бутылку водки, позвонил шеф, сказал, что будет ещё одно захоронение – цыганская могила.

Олег с Игорем и двумя другими работниками сидели на скамейке возле квадратной ямы, которую осталось наполовину выложить брусом, положить ковёр, опустить гроб, снова заложить брусом, накрыть ковром и закопать. Каждому участвовавшему в процессии гарантировалось по тысяче рублей на руки, помимо начисленной официальной зарплаты. Почему бы и не остаться поработать сверхурочно!

Весёлые цыгане вытащили мангал, поставили на ровную поверхность в десяти метрах от только что закопанной могилы и принялись жарить шашлык. Четверо старых цыган уже распивали водку за столиком. Три женщины в чёрном одеянии, успокаивая друг друга, лили слёзы возле креста. Двое молодых парней спустились в неглубокий овраг вблизи кладбища.

– Чего они там забыли? – спросил Олег, стоявшего рядом Игоря.

– Видел у того, что с бородой, эластичным бинтом рука перемотана?

– Заметил. Наверное, растяжение…

– Ага, растяжение! Дыра у него там. Некроз тканей. Вмазываться меньше надо! – уверенно выдал Игорь. – Сейчас подойдут, сам увидишь какие они будут весёлые, на ошалевшие зрачки обрати внимание – две чёрные точки.

Так и было. Чрезмерно радостные парни с бешеными глазами, льющие нескончаемым потоком слов, общались со своими возле мангала. Эх, если бы не ожидание обещанных денег за захоронение, Олег давно лежал бы на диване перед телевизором дома, а так приходилось мириться с данной, далеко не приятной ситуацией. Он отошёл от всей этой братии в сторону, присел на пустующую скамейку и закурил.