Анастасия Волгина – Любовь под напряжением или как не влюбиться в мажора (страница 3)
На лестничной площадке Виктория остановилась, прислонившись лбом к холодному стеклу окна. Где-то внизу заводились машины, кричали дети. Обычное утро.
«Она верит в меня. А я… Я просто великолепная актриса».
Она глубоко вдохнула, распрямила плечи и твёрдо зашагала вниз.
Девушка вышла из подъезда и неторопливо направилась к метро. По пути мелькали многоэтажные дома, торговый центр, небольшой сквер. Утренняя суета на улицах была обычным делом для буднего утра. Девушка шла в университет – там в одиннадцать должна была начаться конференция.
Спустившись в метро, она недолго ждала поезд. Все сидячие места оказались заняты, но её это не беспокоило – все мысли были о том, как она ворвется и докажет, что истинная наука найдет пути, чтобы выйти на свет и показать правду.
В здании университета, подойдя к турникету, Виктория вдруг осознала – пропуска нет. Она лихорадочно обыскала сумку, но пластиковая карточка так и не нашлась. Вредная консьержка уже качала головой в отказе, когда девушка заметила куратора, который проходил мимо.
– Михаил Львович!
Мужчина обернулся и кивком пропустил её внутрь. Виктория засыпала его возмущёнными вопросами: как так вышло? почему они подумали, что у них есть на это право? Куратор лишь мялся, не находя что ответить.
В этот момент в холл вошёл её научный руководитель Карелин. Он, как всегда, был одет в поношенный коричневый костюм, явно сшитый ещё в девяностых, мешковатые брюки, жилетку с выцветшим галстуком в мелкий горошек.
Его седеющие волосы были аккуратно зачёсаны назад, как у университетских преподавателей старой закалки, а в руках он держал потрёпанный кожаный портфель, явно служивший ему не один десяток лет.
– Аркадий Викторович, вы уже в курсе? – спросила Виктория, отмечая про себя, как странно контрастирует его старомодная элегантность с гламурным интерьером современного университетского холла.
– О чём?
– Место, которое было забронировано… Его кто-то выкупил! Кстати, что вы здесь делаете? Вы же говорили, что не сможете быть моим куратором…
Карелин загадочно улыбнулся:
– Сама всё поймёшь. Он часто уходил от прямых ответов, и Виктория, не придав этому значения, продолжила возмущаться.
Мужчина нахмурился:
– Не волнуйся, милочка, сейчас разберёмся.
– Но как?
– Это место по праву твоё, и ты его займёшь.
Виктория немного растерялась, но решила довериться ему.
– Кстати, – вдруг сказал Карелин, – кажется, это твоё?
Он протянул ей пропуск.
– Что? Где вы его нашли?
– Лежал на выходе из метро. Повезло, что я заметил его первым.
– Спасибо, – улыбнулась Виктория.
– У тебя всё готово? Третью главу доработала?
– Да, конечно.
– Отлично.
Виктория шагнула в зал, где уже собрались участники конференции. Просторное помещение с высокими потолками было залито мягким светом люстр, а ряды кресел заполняли студенты и преподаватели. В воздухе витало напряжение – сегодня решались судьбы научных проектов.
Карелина встретили сразу:
– Аркадий Викторович, мы вас уже заждались! – Организатор, мужчина в строгом костюме, нервно поправил очки. – Понимаете, у нас немного изменился список кандидатов…
– Я в курсе, – холодно перебил Карелин. – И хочу представить вам ещё одного участника. Виктория Яковлева. Лучшая на моём потоке. И мне неясно, почему вы решили продать именно её место.
Организатор сглотнул, беспомощно озираясь:
– Тут такое дело… Наш спонсор, Миронов… Точнее, его сын… Э-э-э…
– Ничего слышать не желаю, – голос Карелина прозвучал как удар хлыста. – Эта девушка будет сегодня защищать свой проект. Это ясно?
– Но… Но это невозможно!
– Я что, непонятно объяснил? Внесите её имя в список.
Организатор потёр лоб.
– Х-хорошо… Тогда она будет выступать последней.
– Вот и отлично.
Карелин повернулся к Виктории. Та стояла, всё ещё не до конца осознавая произошедшее.
– Так значит… Я выступаю? – прошептала она. – Кажется, я поняла, почему вы не стали моим куратором.
– Всё, иди, загружай презентацию. Готовься, пока время есть. Можешь даже перекусить, если хочешь. А я пока положу твою диссертацию к остальным.
– Пожалуй, пойду попью воды.
Виктория кивнула в ответ Аркадию Викторовичу и направилась к столу с напитками. Её пальцы слегка дрожали – адреналин ещё не отпускал. «Чёрт, надо взять себя в руки. Не могу же я трястись как осиновый лист перед защитой», – мысленно выругала она себя, протягивая руку к ближайшей бутылке с водой.
В этот момент её локоть столкнулся с чем-то твёрдым.
– Прошу прощения, – автоматически сказала Виктория, поднимая глаза.
Перед ней стоял высокий мужчина в идеально сидящем костюме-тройке тёмно-синего цвета. Светлые волосы, собранные в безупречный аристократический пробор, холодные голубые глаза, которые скользнули по ней с безразличной оценкой. Его пальцы уже обхватывали ту самую бутылку, к которой тянулась она.
– Вам ведь всё равно, какая именно? – произнёс он, едва заметно изогнув губы. Голос – ровный, без намёка на эмоции.
Виктория замерла на секунду. «Кто этот вылощенный мажор? Сынок какого-нибудь олигарха?»
– Конечно, – сквозь зубы ответила она, хватая соседнюю бутылку.
Мужчина даже не кивнул – просто развернулся и ушёл, его туфли бесшумно ступали по паркету. Виктория с силой открутила крышку и сделала большой глоток. Лёд в воде скрипел на зубах. «Собраться. Просто собраться. Они не стоят твоего гнева».
Зал конференции постепенно заполнялся. Виктория загрузила презентацию на главный компьютер и подписалась в списке участников. Её имя, вписанное от руки в самый низ, выделялось дрожащими буквами среди аккуратных напечатанных строчек.
«Я здесь. Несмотря ни на что», – подумала она, сжимая папку с распечатками.
Свет в зале приглушили. На сцену вышел ведущий – упитанный мужчина с маслянистой улыбкой.
– Доброе утро, уважаемые коллеги! Сегодня мы стоим на пороге новых научных прорывов…
Виктория почти не слушала вступительную речь. Её внимание привлекло движение в первом ряду – тот самый блондин в костюме занял место рядом с группой важного вида мужчин. Один из них что-то шепнул ему на ухо, и в ответ мелькнула та же холодная полуулыбка.
– …и представляет свою работу Сергей Миронов!
Виктория резко подняла голову.
«Так вот ты кто».
Мужчина поднялся на сцену с непринуждённой грацией. Его презентация была безупречной: чёткие графики, лаконичные тезисы, дорогая анимация. Но когда он начал говорить о «своём» методе оптимизации энергопотребления, Виктория чуть не сломала ручку в кулаке.
– Это же модифицированная формула Гольдмана! – прошептала она. – Он даже ссылки не дал…
Когда вызвали Викторию, зал уже заметно устал. Но её первые же слова заставили жюри поднять головы:
– Современная энергетика стоит на пороге катастрофы. Но мои исследования доказывают – есть путь дешевле, чище и эффективнее.
Её голос креп с каждой минутой. Графики на экране вспыхивали как обвинения: 68% КПД против 42% у традиционных методов. Нулевые выбросы. Вдвое меньшая себестоимость.