Анастасия Волгина – Любовь под напряжением или как не влюбиться в мажора (страница 10)

Пока Антон орал «Солнце!», а Матвей подыгрывал на воображаемой гитаре, Вика поймала себя на мысли: этот вечер, с дешёвым лимонадом и дурачеством, помог ей всё же отвлечься.

Когда компания начала расходиться, Матвей перекинул спортивную сумку через плечо и щёлкнул замком. «Эй, Яковлева, – крикнул он, пока Вика надевала куртку, – проводить? А то в этом районе ночью пьяные шатаются». Она усмехнулась, зная, что он живёт в противоположной стороне, но кивнула – после караоке и правда не хотелось идти одной.

Они шли через пустынные улицы, где фонари отбрасывали длинные тени. Матвей размахивал руками, изображая, как сегодня Антон пытался спеть хай-ноты: «Он орал, как раненый лось!». Вика смеялась, поправляя сумку на плече. Он всегда умел разрядить обстановку, будто они были братом и сестрой, которых связали годы общих тренировок.

У сквера он вдруг остановился, доставая из кармана жвачку. «Держи, – протянул ей пластинку, – а то от лимонада кислятина во рту». Она приняла, не задумываясь, и они зашагали дальше, обсуждая, как Сергей Николаевич вечно ворчит на их группу.

– Представляешь, – он пнул камень, и тот со звоном отлетел в кусты, – вчера Сергей Николаевич заставил меня два часа отрабатывать ап-чаги. Говорит, удар как у балерины!

Вика притормозила, пряча улыбку.

– А что? У тебя и правда изящно получается, – она сделала шаг в сторону, изображая реверанс. – Может, сменишь пояс на пуанты?

Он ухмыльнулся, толкнув её плечом.

– Ты бы посмотрела на свою твио-дольо-чаги – как ветряная мельница в ураган.

– Мельница хотя бы зерно молотит, – она толкнула его в ответ, – а твой удар – только пыль поднимает.

Они свернули в парк, где дорожки освещали старые фонари. Вика села на скамейку, разминая запястье.

– Ладно, признавайся, – она посмотрела на него искоса, – зачем уговорил меня на караоке?

– Потому что ты поёшь Цоя так, будто он тебе должен денег, – он ухмыльнулся, садясь рядом. – Это прикольно.

– Прикольно? – она швырнула в него смятым фантиком. – Или ты просто хотел посмотреть, как Антон упадет со стула после пятой рюмки?

Матвей рассмеялся, откинув голову назад.

– Он упал ещё до первой! Помнишь, когда полез за микрофоном на стойку?

– И свалил на Катю вазу с чипсами, – Вика закатила глаза. – Ладно, завтра спарринг. Ты готов?

– Я всегда готов, – он вскочил, изображая боевую стойку. – Но если снова скажешь про балерин, больше не буду помогать отрабатывать удары.

Они вышли к её дому. Матвей засунул руки в карманы, глядя на мигающий фонарь.

– Ладно, старичок, не засиживайся. Завтра в десять.

– Старичок? – она притворно нахмурилась. – Это я тебя на татами разложу в три счёта.

– Мечтай, Яковлева, – он развернулся, идя назад. – Но учти: мои удары теперь как у Примы Большого!

– Пуанты не забудь! – крикнула она ему вслед, но он уже махал рукой, растворяясь в темноте.

Он уже уходил, размахивая сумкой над головой, как флагом. Вика поднялась в квартиру, улыбаясь. Матвей был тем редким другом, с которым не надо было притворяться – ни из-за работы, ни из-за глупых амбиций.

Виктория закрыла за собой дверь, прислонившись к ней спиной. В прихожей пахло лавандовым освежителем и жареной картошкой.

Заметила в кармане куртки его жвачку. «Доктор прописал», – усмехнулась она, разворачивая фольгу. На обратной стороне было каракулями написано: «Завтра выиграешь – куплю кофе. Проиграешь – сводишь меня в бургерную»

– Наглец, – пробормотала она, но смс с благодарностью всё же отправила.

Она скинула кроссовки, чуть не зацепившись за скейтборд сестры, и потянулась к выключателю. В комнате, кутаясь в шелковую пижаму в мелкий горошек, она машинально проверила телефон: два сообщения от коллег, мем от Саши. «Как всегда», – мелькнуло, пока она разогревала еду.

Картошка с мясом стояли на плите в сковороде – мама, как обычно, забыла переложить в контейнер. Вика накладывала себе в тарелку, листая ленту. Фото Антона из зала с подписью «Кто следующий на спарринг?», реклама биодобавок, эстетичные картинки.

Чайник закипел, выключаясь с щелчком. Вика налила чай в любимую кружку. В комнате включила ноутбук: экран сериала детектива с элементами черной комедии осветил плакат с группой Кино, заляпанный когда-то кофе. Героиня кричала на кого-то в кадре, но звук Вика убавила до шепота – за стеной уже спала мама.

К третьей серии глаза начали слипаться. Она потянулась, чтобы выключить свет, но рука упала на клавиатуру. Экран мерцал, подсвечивая лицо, а за окном завывал ветер, гоняя по асфальту пустую банку. Последнее, что она запомнила – голос главной героини, шипящий: «Ты всё испортила!»…

Утром на столе всё ещё стоял холодный чай, а в ноутбуке застыла пауза – серия 4, 15:22. Вика встала с кровати, чувствуя, как болят мышцы после вчерашней тренировки. Душ, быстрый завтрак – овсянка на скорую руку. На ходу проверяет почту – новое письмо от Сергея Николаевича с пометкой "Срочно".

«Срочно: внеплановый сбор в 9:00. Принести медицинские справки». Она замерла, перечитывая строчки. Медицинские справки? Значит, слухи о переводе в сборную региона – не бред Сашиного мема.

«Чёрт!» – она швырнула телефон в рюкзак. В прихожей наступила на скейтборд сестры, едва не грохнувшись. «Ты бы хоть предупреждала, когда в режиме цунами выходишь!» – донеслось из спальни сестриного вопля.

Зал замер, когда они вышли на татами. Артём Валерьевич, тренер второй группы, скрестил руки на груди, наблюдая из угла. Сергей Николаевич бубнил что-то про «не превращать в цирк», но его голос потонул в гуле вентиляторов. Вика поправила красный пояс, ловя взгляд Матвея. Он стоял в противоположном углу, вертя в руках защитную капу, будто жвачку.

– Не забудь, Яковлева, – крикнул он, вставляя капу, – если упадёшь, реверанс сделай. Для стиля.

– Лучше пуанты принеси, – огрызнулась она, но уголки губ дрогнули.

Гонг пробил, и они сошлись. Первые удары – разведка. Матвей провёл лёгкий ап-чаги, нарочито грациозно, как в балете. Вика блокировала, прищурившись:

– Приму Большого забыл в раздевалке?

– Это я тебя жалею! – он прыгнул в сторону, имитируя пируэт.

Зал засмеялся. Артём Валерьевич не моргнул.

Вика атаковала серией твио-дольо-чаги – резко, жёстко, как и обещала. Матвей парировал, но один удар задел его плечо.

– Ветряная мельница, говоришь? – она дышала чаще. – Зерно уже в синяках.

– Ты ещё не видела синяков, – он рванул вперёд, внезапно сменив тактику. Его боковой удар едва не сбил с ног, но Вика ушла в последний момент, схватив его за рукав. Они закрутились в клинче, как два штопора.

– Пуанты… – прошипел он ей в ухо, – …тебе к лицу.

Она вырвалась, задето. Артём Валерьевич приподнял бровь.

Последняя минута. Оба пропускали удары – Вика из-за усталости, Матвей из-за переоценки своей «балетной» скорости. Когда гонг прозвучал снова, они стояли на грани татами, оба в поту, с одинаковыми синяками на предплечьях.

– Ничья, – объявил Сергей Николаевич, но Артём Валерьевич поднял руку:

– Стоп. Вы забыли главное.

Все затихли. Он подошёл к ним, указывая на их ступни:

– Вы оба топчетесь, как слоны. Балет тут ни при чём. Вы не чувствуете ритма друг друга.

Матвей выплюнул капу:

– А мы и не танцуем.

– Именно поэтому и проиграете на соревнованиях, – тренер повернулся к Вике. – Твой удар – гром, но без молнии. А ты… – он кивнул Матвею, – молния без грома. Скучно.

Они переглянулись. В углу зала, на скамейке, лежала смятая фольга от жвачки. Вика потянулась к карману – записка «кофе vs бургерная» заставила ее собраться.

– Повторим? – неожиданно предложил Матвей.

– Только без клоунады, – она кивнула.

На этот раз они двигались иначе. Её удары стали точнее, его – осознаннее. Даже Сергей Николаевич перестал ворчать. Когда Артём Валерьевич хмыкнул: «Лучше», – Вика поймала себя на мысли, что улыбается.

После тренировки, у раздевалки, Матвей сунул ей новую жвачку.

– Завтра? – спросил он просто.

– Кофе после соревнования, – она развернула фольгу. На обороте – его каракули: «Даже если проиграешь».

Глава 6

Бургерная. Вечернее солнце пробивалось сквозь жалюзи, освещая столы неровными полосами света. Матвей откинулся на спинке стула, подбрасывая кусочек картошки вверх. Картошка падала ему в рот с третьей попытки, а Вика, сидя напротив, причмокивала от остатков холодного кофе. Ее спортивная сумка валялась под столом – сегодняшний спарринг она проиграла, но вместо злости на лице читалось облегчение. Награда за участие – бесплатный большой кофе и пирожное – казалась смешной, но её это устроило.

Когда вика пошла за второй порцией пирожного, ей пришла смс от Жени "Обернись". Девушка обернулась и увидела за окном стояла её лучшая подруга размахивающая руками, привлекая внимание не только Виктории, но и всех присутствующих. Матвей сдерживался, чтобы не рассмеяться на весь зал. Вика забрала сладость и направилась обратно.

Ребята знали друг друга уже пару лет, в тот день, Вика буквально впихнула Женю в переполненный спортзал, тыкая пальцем в афишу: «Ты обязана посмотреть!»