Анастасия Вежина – Ты не такая, как все (страница 12)

Дарья поднимает голову, и наши взгляды встречаются. Она вздрагивает — как будто я застал ее за чем-то постыдным — и быстро отворачивается.

Это не реакция счастливой влюбленной женщины.

А еще я замечаю, что она постоянно проверяет телефон. Буквально каждые две-три минуты. Хватает его, смотрит на экран, кладет обратно. Потом снова хватает. Это похоже на тик, на навязчивое движение.

Кого она ждет? Или боится пропустить?

В обеденный перерыв я специально прохожу мимо кулера, где Дарья набирает воду. Она стоит спиной ко мне, и я вижу, как дрожат ее плечи. Совсем немного, почти незаметно, но я привык замечать детали.

— Привет, Даш, — говорю я как можно мягче.

Она оборачивается так резко, что расплескивает воду.

— Максим! — выдыхает она. — Привет.

Голос на тон выше обычного. В нем звучит что-то похожее на испуг.

— Как дела? — спрашиваю я, стараясь держать тон максимально нейтральным.

— Хорошо! — отвечает она слишком быстро и слишком громко. — Все прекрасно. Просто замоталась немного.

"Гиперкомпенсация, — мысленно отмечаю я. — Попытка убедить не меня, а себя."

"Хорошо! Все прекрасно!" — говорит она слишком громко, и я мысленно ставлю галочку напротив еще одного симптома. Она смеется, но смех обрывается слишком резко, а уголки губ дрожат.

Маскировка негативных эмоций. Каждое ее слово, каждый жест — это крик о помощи, который она сама не осознает.

Замоталась. Интересный выбор слова для человека, который три недели не работал.

— А как новая жизнь? — интересуюсь я. — Привыкаешь?

— Какая новая жизнь? — Она смотрит на меня широко раскрытыми глазами.

Защитная реакция. Притворяется, что не понимает, о чем речь.

— Ну, переезд, отношения...

— А, да! — Она смеется, но смех звучит фальшиво, как треснувший хрусталь. — Все замечательно. Андрей — прекрасный человек. Очень заботливый.

Заботливый. Она произносит это слово так, словно убеждает саму себя.

Я замечаю, как она машинально трогает запястье — там, где обычно были ее любимые серебряные часы, подарок от родителей на выпускной. Сейчас на руке дорогой браслет с бриллиантами, совершенно не в ее стиле.

Замена личных вещей на подарки от партнера. Еще один пункт.

— Рад за тебя, — говорю я. — Кстати, жаль, что не получилось встретиться на прошлой неделе. Хотел посоветоваться насчет клиентки с диссоциативным расстройством.

Ее лицо мгновенно напрягается. Я вижу, как она глотает слюну — рефлекс тревоги.

— Да, прости. У меня... возникли обстоятельства.

"Обстоятельства", а не "планы" или "дела". Что-то, что от нее не зависело.

— Ничего страшного. Может, на этой неделе?

— Не знаю, — она отводит взгляд. — Нужно посмотреть. У меня много планов.

И снова хватается за телефон. Смотрит на экран, хмурится.

Много планов. Раньше Дарья никогда не была слишком занята, чтобы обсудить сложный случай. Профессиональное развитие всегда было для нее приоритетом.

— Конечно, — соглашаюсь я. — Когда будет удобно.

— Спасибо, что понимаешь. — Она хватает стакан с водой и почти бежит к своему кабинету.

Но я вижу, как она оборачивается, когда думает, что я не смотрю. В ее взгляде что-то есть. Мольба? Страх?

Или это мне кажется?

Разговор оставляет у меня во рту горький, металлический привкус. Я возвращаюсь в кабинет и долго мою руки, словно пытаясь смыть с себя эту липкую, фальшивую бодрость. Это не просто тревога. Это ощущение прикосновения к чему-то больному, неправильному, как к открытой ране, которую пытаются прикрыть грязной тряпкой.

Вечером я сижу в своем кабинете и не могу сосредоточиться на работе. В голове крутится один вопрос: что происходит с Дарьей?

Я открываю рабочий чат нашего отдела и пролистываю сообщения за последние два месяца. Вот переписка "до": Дарья активная, участвует в обсуждениях, шутит, делится интересными статьями. Ее сообщения живые, с эмоциями, иногда с опечатками — человек печатает быстро, увлеченно.

А вот сообщения "после": сухие, формальные, без эмоций. "Хорошо", "Понятно", "Буду". Как будто пишет робот, а не человек.

Что могло так изменить человека за месяц?

Я открываю браузер и набираю в поисковике: "Андрей Крылов рекламное агентство".

Первые ссылки ведут на корпоративный сайт — стильный, дорогой. Фотографии офиса с панорамными окнами, команда в дорогих костюмах, награды и дипломы. Все выглядит солидно и успешно.

Затем я нахожу его профили в социальных сетях.

И вот он — Андрей Крылов собственной персоной. Красивый, уверенный в себе мужчина на фоне дорогих автомобилей, в ресторанах, на курортах. Фотографии с деловых встреч, рукопожатия с важными людьми, улыбающиеся клиенты.

Идеальная картинка успешного бизнесмена.

Но я смотрю внимательнее. На каждой фотографии он в центре. Всегда. Даже на групповых снимках он каким-то образом оказывается главным. Его улыбка никогда не доходит до глаз — это холодная, профессиональная маска.

И еще один странный момент: на фотографиях очень мало женщин. А те, что есть, держатся от него на почтительном расстоянии.

Ни одного "красного флага" для постороннего взгляда.

Но мне этого недостаточно. Я набираю другой запрос: "Андрей Крылов рекламное агентство отзывы".

Первые результаты — положительные отзывы на корпоративных порталах. Но дальше, в глубине поисковика, я нахожу кое-что интересное. Несколько сообщений на форумах от бывших сотрудников.

"Работать с Крыловым — ад. Он контролирует каждый шаг, каждое слово. Унижает при всех, потом делает вид, что это была шутка."

"Я проработала у него полгода. До сих пор хожу к психологу. Этот человек умеет разрушать людей так, что они сами будут ему благодарны."

"Он очаровательный и внимательный, пока ты ему нужен. Но как только перестанешь приносить пользу — ты для него не существуешь."

Вот они, настоящие отзывы.

Но даже эти сообщения анонимны и немногочисленны. Большинство людей, видимо, боятся говорить открыто. А может, просто не понимают, что с ними произошло.

Я закрываю браузер и открываю блокнот. Начинаю составлять список фактов:

1. Стремительное сближение — переезд к нему через три дня знакомства. Классическая тактика. Не дать жертве времени на размышления.

2. Изоляция от друзей — разорвала отношения с лучшей подругой. Я помню Лену по корпоративам. Прямая, честная, немного резкая, но преданная Даше до мозга костей. Чтобы Даша сама разорвала с ней отношения... Это невозможно без внешнего, целенаправленного воздействия. Пункт "изоляция от поддерживающего окружения" — выполнен безукоризненно.

3. Изменение внешности — дорогая одежда, яркий макияж, чужой стиль. Он заменяет ее идентичность своими представлениями о том, какой она должна быть.

4. Физические изменения — потеря веса, нервозность, тревожность. Хронический стресс. Организм реагирует на постоянное психологическое давление.

5. Избегание профессионального общения — отменила встречу, уклоняется от разговоров о работе. Он отрезает ее от всего, что может дать ей чувство компетентности и самоценности.

6. Навязчивая проверка телефона — ждет сообщений или боится их пропустить. Контроль и отчетность. Он требует постоянной связи.

Я перечитываю список и чувствую тошноту. Это учебник по психологическому насилию, пункт за пунктом.

И самое страшное — она не понимает, что с ней происходит.

Я представляю себе разговор, которого не может быть. Я подхожу к ней и говорю: "Даша, мне кажется, ты в опасности". И что дальше?