Анастасия Вежина – Контракт на Сердце. Замуж за Воронцова (страница 9)

Виктория ожидала вспышки раздражения или холодного отказа. Вместо этого в его глазах промелькнуло что-то, похожее на… уважение?

– Хорошо, – неожиданно согласился он. – Месяц адаптации, затем – неполный рабочий день или удалённая работа, при условии, что это не будет мешать нашим совместным обязательствам. Согласны?

Виктория с трудом скрыла удивление. Она ожидала долгих торгов или категорического отказа, но никак не быстрого согласия. Это было подозрительно легко.

– Георгий Павлович, внесите соответствующие изменения, – сказал Воронцов юристу, который тут же начал делать пометки.

– У меня есть ещё несколько вопросов, – продолжила Виктория, чувствуя прилив уверенности. – В контракте указано, что я должна проживать в вашей резиденции. Я хотела бы уточнить детали – у меня будет отдельная комната?

– Разумеется, – кивнул Воронцов. – Отдельная спальня с прилегающей гардеробной и ванной комнатой. Полностью изолированная часть апартаментов. Мы не будем вторгаться в личное пространство друг друга.

– И ещё один момент, – Виктория перевернула страницу контракта. – Здесь указано, что в случае нарушения конфиденциальности я обязана выплатить компенсацию в размере… – она сглотнула, глядя на сумму, – пятидесяти миллионов рублей. Это абсурдно. У меня нет таких денег.

– Это гарантия серьёзности ваших намерений, – пожал плечами Воронцов. – Сумма намеренно завышена, чтобы исключить даже мысль о нарушении тайны. Но если вам спокойнее, мы можем заменить денежную компенсацию на альтернативные санкции – например, передачу контроля над рестораном вашей семьи.

– Нет! – воскликнула Виктория. – Это ещё хуже.

– Тогда давайте оставим формулировку как есть, – спокойно предложил он. – Поверьте, мне не нужны ни ваши деньги, ни ресторан. Мне нужно только ваше молчание.

Виктория понимала, что здесь ей придётся уступить. Она и не собиралась никому рассказывать о фиктивности брака, но колоссальная сумма всё равно давила психологически.

– Хорошо, – наконец согласилась она. – Но должно быть двустороннее обязательство. Если вы разгласите правду, санкции должны быть такими же.

Уголки губ Воронцова слегка приподнялись:

– Справедливо. Георгий Павлович, внесите соответствующие коррективы.

На обсуждение других пунктов контракта ушло ещё полчаса. Виктория отстаивала свою позицию по каждому спорному моменту, иногда добиваясь уступок, иногда – нет. К её удивлению, Воронцов слушал её аргументы и даже соглашался с некоторыми, хотя и с видом человека, потакающего капризам ребёнка.

– Я думаю, мы учли все ваши… пожелания, – наконец сказал он, когда юрист завершил последние правки. – Георгий Павлович, когда документы будут готовы?

– Через двадцать минут привезут из офиса, – ответил юрист, собирая бумаги. – С вашего позволения, я проверю, всё ли готово.

Он вышел, оставив Викторию наедине с Воронцовым. Повисла тяжёлая пауза.

– Чай, кофе? – спросил Александр с отстранённой вежливостью.

– Нет, спасибо.

Ей хотелось, чтобы все формальности закончились как можно скорее, чтобы можно было уйти и попытаться осмыслить новую реальность.

– Как ваш отец? – неожиданно спросил Воронцов, нарушив молчание.

Виктория удивлённо взглянула на него:

– Лучше, спасибо. Он… очень воодушевлён перспективой лечения в Швейцарии.

– Профессор Хоффман – лучший кардиолог в Европе, – кивнул Воронцов. – Я распорядился организовать специальный рейс. Лететь обычным самолётом в его состоянии рискованно.

В его голосе не было ни капли эмоций – будто речь шла о рутинной бизнес-операции. Но сам факт, что он позаботился о таких деталях, заставил Викторию взглянуть на него с лёгким недоумением.

– Почему вы…

– Я всегда довожу дело до конца, – перебил он. – Если уж я беру на себя обязательство, то выполняю его наилучшим образом. Это просто бизнес-подход.

Возможно, но в его словах прозвучала странная нотка, которую Виктория не смогла расшифровать.

Дверь открылась, и вошёл Георгий Павлович с новыми экземплярами документов.

– Всё готово. Прошу вас, ознакомьтесь с финальной версией.

Виктория медленно просмотрела каждую страницу. Внесённые изменения соответствовали их договорённостям. Юрист протянул ей перьевую ручку с золотым пером – явно дорогую, старинную. Она почувствовала тяжесть ручки и холод металла.

Наступил момент, которого она и боялась, и ждала.

Перед ней лежал контракт, превращающий её жизнь в спектакль на ближайший год. Она станет женой Александра Воронцова. Фиктивной, но юридически настоящей. Будет жить в его доме, посещать мероприятия под его руку, улыбаться на камеры, целовать его на публике… И всё это – обман, сделка, притворство.

Она в последний раз мысленно спросила себя: стоит ли это того? И образ отца в больничной палате, измученного, но полного надежды на лечение, дал ей ответ.

Рука слегка дрожала, когда она ставила подпись. Тонкие линии букв легли на белую бумагу, словно клеймо, словно цепь. Готово. Назад пути нет.

Воронцов забрал ручку из её пальцев. Их руки на мгновение соприкоснулись, и Виктория почувствовала неожиданное тепло его кожи. Она невольно подняла взгляд и встретилась с его глазами – тёмно-синими, глубокими, изучающими. Что-то промелькнуло в этом взгляде, какая-то эмоция, не похожая на обычную холодную оценку. Но через секунду она исчезла.

Он поставил размашистую подпись одним движением, будто ставил автограф на рутинном документе, а не менял её жизнь навсегда.

– Поздравляю, у нас сделка, – сказал он, откладывая ручку. – Теперь осталась лишь формальность с официальной регистрацией.

Дело было сделано. Виктория ощутила странную пустоту внутри. Всё напряжение последних дней – ожидание, страх, борьба – вдруг испарилось, оставив вакуум.

Юрист собрал подписанные документы и передал копию Виктории:

– Ваш экземпляр, Виктория Сергеевна.

Воронцов поднялся из-за стола:

– Благодарю за помощь, Георгий Павлович. На этом всё.

Когда юрист вышел, Александр повернулся к Виктории. Его лицо снова стало бесстрастным, деловым:

– Вера Николаевна свяжется с вами сегодня позже, чтобы обсудить детали вашего переезда и подготовку к официальной церемонии. У нас не так много времени – церемония должна состояться через неделю.

– Так скоро? – Виктория невольно вздрогнула.

– У вас есть возражения? – В его голосе прозвучал оттенок иронии. – Чем быстрее мы заключим брак, тем быстрее начнётся отсчёт нашего… совместного времени.

Он был прав. Чем раньше они поженятся, тем раньше закончится этот год.

– Нет, – ответила она. – Никаких возражений.

– Хорошо. Тогда до встречи, – он протянул руку для формального рукопожатия.

Виктория машинально протянула свою ладонь. Её пальцы утонули в его руке – сильной, тёплой, с едва заметными мозолями. Странно, она ожидала холодного, офисного рукопожатия, но его ладонь была удивительно живой, почти обжигающей.

В момент соприкосновения по телу Виктории пробежала волна – странная, неожиданная, похожая на слабый электрический разряд. Она вскинула глаза и увидела, что Воронцов тоже замер, словно ощутив то же самое. На долю секунды их взгляды встретились – уже не деловые, а удивлённые, почти растерянные.

Он отпустил её руку первым, и момент растворился, словно его никогда не было. Александр отошёл на шаг, снова надевая маску холодной вежливости:

– Вера Николаевна проводит вас.

Виктория кивнула, собрала документы и направилась к двери, ощущая странное покалывание в пальцах, которые только что касались его руки. Что это было? Просто статическое электричество? Или игра воображения, вызванная стрессом?

Уже в лифте, спускаясь вниз, она рассматривала свою ладонь, всё ещё хранившую ощущение его прикосновения. «Это ничего не значит», – сказала она себе. Нервы, усталость, перенапряжение – вот объяснение этой странной реакции.

Выйдя из здания на улицу, Виктория глубоко вдохнула. День был ясным и ветреным, город жил своей обычной жизнью – люди спешили по своим делам, не подозревая, что для неё мир только что перевернулся. В руке она сжимала папку с контрактом – тонкую стопку бумаги, определившую её судьбу на год вперёд.

Стоя на тротуаре, она смотрела на поток машин и прохожих, чувствуя себя отделённой от них невидимой стеной. Теперь она принадлежала другому миру – миру Александра Воронцова, с его богатством, властью и холодной расчётливостью. На год её жизнь перестала быть её собственной.

Или это была просто сделка? Просто бизнес, как сказал Воронцов?

Тогда почему от его рукопожатия всё ещё горела кожа? Почему в его глазах на мгновение появилось что-то, непохожее на деловой интерес? И что будет, когда через неделю они произнесут брачные клятвы и она станет – пусть и фиктивно – его женой?

Вопросы без ответов кружили в голове, пока она ловила такси. Но одно Виктория знала точно: она вступила на путь, с которого уже нельзя свернуть. И что ждёт её в конце этого пути – спасение или катастрофа – ей только предстояло узнать.

Глава 6: Подготовка

Телефонный звонок разбудил Викторию в семь утра, хотя ей казалось, что она только что закрыла глаза. Сон после подписания контракта был поверхностным, тревожным, полным смутных образов.

– Виктория Сергеевна, доброе утро, – голос Веры Николаевны звучал свежо и бодро, словно не существовало такого понятия, как утренняя усталость. – Надеюсь, я не слишком рано? У нас сегодня крайне насыщенный день.