Анастасия Вежина – Контракт на Сердце. Замуж за Воронцова (страница 11)

– А вы подсчитываете выгоду, – закончила за него Виктория. – И оцениваете риски. Включая меня, не так ли?

В глазах Кирилла промелькнуло удивление, быстро сменившееся чем-то похожим на уважение:

– Умно, – признал он. – Да, я люблю анализировать риски. Алекс слишком привык полагаться на интуицию, а я – на цифры и факты. В этом наша сила как команды.

Виктория кивнула, чувствуя, что нащупала верный тон:

– И какой вердикт? Я – допустимый риск?

Кирилл рассмеялся, на этот раз искренне:

– Вердикт ещё не вынесен. Испытательный срок, так сказать, в процессе. – Его лицо снова стало серьёзным. – Но знаете, что меня действительно интересует? Почему такая умная женщина, как вы, согласилась на брак с человеком, которого едва знает.

– По той же причине, по которой умные люди принимают любые важные решения, – не дрогнув, ответила Виктория. – Потому что в определённый момент выгоды начинают перевешивать риски.

– Выгоды, – повторил Кирилл, словно пробуя слово на вкус. – Интересный выбор термина для описания брака.

– Не стоит придираться к словам, – легко парировала Виктория. – Я имела в виду эмоциональные выгоды, конечно же. Иногда нужно следовать велению сердца, даже если разум сомневается.

«Хватит играть со мной в кошки-мышки, – хотелось крикнуть ей. – Ты знаешь, что это фикция, я знаю, что ты знаешь, давай просто признаем это и закончим комедию».

Но вместо этого она продолжала улыбаться, поддерживая светскую беседу, пока Вера Николаевна не объявила, что им пора двигаться дальше.

– Что ж, было приятно познакомиться, Виктория, – Кирилл снова пожал ей руку. – Думаю, мы ещё не раз увидимся. Добро пожаловать в семью «Воронцов Групп». Надеюсь, вы быстро освоитесь в нашем… специфическом маленьком мире.

– Спасибо за тёплый приём, – в тон ему ответила Виктория, прекрасно понимая, что никакого тепла в этой встрече не было – только холодная оценка и проверка.

Когда они с Верой Николаевной остались наедине в лифте, помощница заговорила неожиданно мягким тоном:

– Вы хорошо справились. Кирилл бывает… непростым в общении.

– Он сомневается во мне, – прямо сказала Виктория. – И в искренности моих намерений.

– Он заботится об Александре Дмитриевиче, – просто ответила Вера Николаевна. – Как и все мы.

В машине по дороге в свадебный салон Вера Николаевна достала из портфеля толстую папку:

– Это для вас. Информация, которая поможет вам соответствовать статусу жены Александра Дмитриевича.

Папка оказалась своеобразным досье на будущего «мужа»: его ежедневный распорядок (подъём в 5:30, занятия спортом, деловые завтраки, график встреч до позднего вечера); предпочтения в еде (ничего жирного или сладкого, идеальный завтрак – овсянка без сахара и чёрный кофе); требования к гардеробу (только определённые бренды, преимущественно в синих, серых и чёрных тонах); аллергии (пенициллин и лакто́за); список людей, с которыми следует быть особенно вежливой, и тех, кого лучше избегать; темы, которые нельзя затрагивать в его присутствии (детство, отец, прошлые отношения).

– Это… впечатляет, – пробормотала Виктория, листая страницы. – Такое чувство, что я готовлюсь работать с капризной знаменитостью, а не выходить замуж.

– Александр Дмитриевич – человек привычки и порядка, – спокойно ответила Вера Николаевна. – Он ценит предсказуемость и комфорт в своём окружении. Эта информация просто поможет вам избежать… ненужных трений.

«Ненужных трений, – мысленно повторила Виктория. – То есть любых проявлений моей личности, которые могут нарушить его драгоценный распорядок».

– Спасибо, – сказала она вслух. – Я изучу.

– И ещё, – добавила Вера Николаевна, доставая маленькую визитку, – контакты вашего нового стилиста. Ольга создаст для вас полностью обновлённый гардероб, соответствующий вашей новой роли. Первая встреча завтра в 9 утра.

«Новая роль. Новый гардероб. Новая жизнь. Новая я», – пронеслось в голове Виктории, пока она машинально принимала визитку. Чем дальше, тем сильнее она ощущала, как её личность постепенно стирается, подменяясь сконструированным образом «жены Воронцова».

В свадебном салоне её уже ждала Марина. При виде подруги Виктория почувствовала, как внутренние барьеры, которые она возводила весь день, начинают рушиться. Марина была якорем, связывающим её с прежней жизнью – той, где она была просто Викой, а не будущей миссис Воронцовой.

– Ты выглядишь измотанной, – констатировала Марина, обнимая её. – Что, заставляют планировать свадьбу века?

– Не планировать, – покачала головой Виктория. – Одобрять уже принятые решения.

Они отошли в сторону, пока консультант готовила платья для примерки, а Вера Николаевна беседовала с управляющей салона.

– Рассказывай, – потребовала Марина приглушённым голосом. – Что происходит?

– Полное безумие, – выдохнула Виктория. – Они организуют свадьбу, словно бизнес-проект. Всё распланировано до минуты, каждая деталь утверждена. Мне остаётся только улыбаться и кивать.

– А чего ты ожидала? – пожала плечами Марина. – Он бизнесмен до мозга костей. Конечно, он и к браку подходит как к слиянию компаний.

– Я не была готова к такому масштабу контроля, – призналась Виктория. – Это во сто крат хуже, чем я представляла. Они буквально переделывают меня под его стандарты – диктуют, как одеваться, с кем общаться, какие темы обсуждать…

– Вик, ты меня пугаешь, – Марина понизила голос до шёпота. – Это звучит как какая-то секта. Может, стоит всё переосмыслить? Деньги не стоят потери себя.

Виктория горько усмехнулась:

– Уже поздно. Контракт подписан, свадьба объявлена… И дело не в деньгах, ты знаешь. Папа уже в Швейцарии, ему готовятся делать операцию. Ресторан спасён от банкротства. Всё в движении.

– И ты просто позволишь им превратить себя в запрограммированную куклу? – В глазах Марины читалось беспокойство, граничащее с тревогой. – Вик, я тебя не узнаю. Где та девушка, которая боролась за свои идеи, которая не прогибалась даже под самыми требовательными клиентами?

– Она продала год своей жизни, чтобы спасти свою семью, – тихо ответила Виктория. – И теперь пытается пережить этот год с минимальными потерями.

– А если потеряешь себя? – настаивала Марина. – Если через год обнаружишь, что уже не помнишь, какой была до него?

Виктория не успела ответить – к ним подошла консультант, сияя профессиональной улыбкой:

– Мы готовы для первой примерки! Пять самых элегантных платьев в классическом стиле, как и просили!

Примерочная выглядела как роскошный будуар – пушистый ковёр, мягкое кресло, зеркала в полный рост с идеальным освещением. Виктория механически переодевалась, позволяя ассистенткам помогать ей с многочисленными пуговицами, крючками и шнуровками. Платье за платьем – всё белоснежные, все с длинными шлейфами, сложной вышивкой и декором из кристаллов.

– Это потрясающе! – восклицала консультант каждый раз.

– Выглядит как пирожное, – шептала Марина, когда никто не слышал, и Виктория давилась смешком, благодарная за эти моменты нормальности среди сюрреализма дня.

Пятое платье оказалось другим – более сдержанным, с чистыми линиями, минималистичным, но безупречно скроенным. Виктория, взглянув в зеркало, внезапно увидела в отражении не себя, а элегантную незнакомку – холодную, совершенную, идеально подходящую для роли жены миллиардера.

– Это идеально, – произнесла Вера Николаевна, впервые за день проявив настоящие эмоции. – Именно то, что нужно.

Виктория смотрела на своё отражение с странным чувством отстранённости. Девушка в зеркале была невероятно красива, но как будто чужая – идеальная оболочка без души внутри. «Именно то, что нужно для фиктивного брака», – подумала она.

– Мне нужно минутку, – сказала Виктория, когда все начали обсуждать возможные украшения и аксессуары к платью. – Я вернусь.

Она прошла в уборную, заперла дверь и прислонилась к стене, пытаясь справиться с внезапным приступом головокружения. Тошнота подкатывала к горлу, а мерцающий свет люминесцентных ламп казался нестерпимо ярким. Виктория опустила голову, сделала несколько глубоких вдохов. «Это временно, – напомнила она себе. – Всего год. Ради семьи. Я справлюсь».

Вернувшись в примерочную, она натянула на лицо маску спокойствия:

– Да, это платье. Мы его берём.

Когда все формальности с платьем были улажены (цена даже не обсуждалась – очевидно, бюджет был неограничен), Вера Николаевна взглянула на часы:

– Нам пора. У нас ещё встреча с флористами.

Виктория покорно кивнула, чувствуя себя тряпичной куклой, которую таскают с одного мероприятия на другое. Усталость накатывала волнами.

– Я заеду к тебе вечером, – сказала Марина, крепко обнимая её перед расставанием. – Погрязнешь в этом безумии в одиночку – сломаешься.

– Спасибо, – искренне поблагодарила Виктория. – Я буду дома после восьми.

День продолжался в том же лихорадочном темпе. Флористы, ювелиры для выбора обручальных колец («Александр Дмитриевич предпочитает платину, без камней, лаконичный дизайн»), фотограф для предсвадебной фотосессии. К восьми вечера, когда Виктория наконец добралась до своей квартиры, она чувствовала себя так, словно пробежала марафон.

Дверной звонок прозвенел почти сразу, как она переоделась в домашнюю одежду. На пороге стояла Марина с бутылкой вина и коробкой пиццы:

– Решила, что тебе нужна дозаправка калориями и алкоголем.