Анастасия Ваймор – Ауррория. Книга II. Пламя на ветру (страница 20)

– А если поедешь – убьёт вас обоих! – Эйрих ударил кулаком по столу и соскочил с места. Стул со скрежетом отъехал назад. – Дай мне десяток лучших, и я вырежу там всех.

– Вейг уверен, что вы придёте один, – снова проговорил Зарг, обращаясь к принцу. – Он знает, что Малыш для вас важен. Бумага у него. Но вот вопрос, отдаст ли он её вашему брату.

Джерд выгнул бровь.

– Вейг сейчас не просто капитан Королевской гвардии, – пояснил Зарг, – он правая рука наследного принца. Здесь, вдали от Зораты, он олицетворяет власть, и, судя по словам лорда Конли, вполне доволен положением. Указ может разрушить то хрупкое равновесие, которое делает его столь значимой фигурой.

– Хочешь сказать, ему выгодна война? – прищурился Эйрих.

– Думаю, да. Он ведь мечтал не о Королевской гвардии. – Зарг многозначительно посмотрел на Джерда.

Много лет назад Эйден ждал назначения на север. Ему прочили блестящую военную карьеру. Единственный сын великого генерала Вейга, героя Ауррории, который погиб в бою за короля. Перед смертью генерал успел написать сыну письмо и завещал славить и дальше сильный род Вейг. Эйден упорно двигался к цели, доказывая всем, что достоин не только своего имени, но и вести за собой армии. Он шёл по головам, не жалея никого, и всё вроде бы складывалось в его пользу. Однако король Валаран послал в Северные легионы другого. Хоть Эйден и считался лучшим, король выбрал Джерда. Эйдена оставили при дворе, и со временем – когда прежний капитан ушёл на покой – он возглавил Королевскую гвардию.

Но вовсе не этого желал Вейг всей душой и потому возненавидел младшего принца, за то, что тот перешёл ему дорогу и поставил крест на военной карьере. Об этой истории знала вся армия, а в гвардейских рядах – даже самый последний страж.

Служба в Королевской гвардии не была геройской: защита монарха и охрана Дворца, поддержание порядка в столице – почёт, но не слава, о которой так мечтал Эйден.

И сейчас он вёл собственную игру. Никогда прежде капитан не имел такой власти. Захватив или убив Джерда, он получил бы неслыханные привилегии от наследного принца. А значит, мог бы наконец стать тем, кем хотел.

Конли рассказал, что Эйден поклялся убить Джерда за то, что тот сделал с ним в Зорате. Джерд лишь поморщился в ответ на его слова. У него был шанс одним движением покончить с этим раз и навсегда. Но он промедлил, позволил эмоциям взять верх. Эйден прикоснулся к его женщине, а значит, не заслуживал быстрой смерти.

В том, что между капитаном и Кейт случилось нечто серьёзное, Джерд не сомневался. Кейт ударила Эйдена ножом. Она сделала бы это только в случае крайней опасности.

***

Чёрные копыта коня почти бесшумно ступали по мягкому мшистому насту. Шторм раздувал ноздри, жадно втягивал влажный лесной запах и изредка вскидывал голову. Чуял людей и зверьё.

За Джердом следили. С самой середины пути за ним крались гвардейцы. Они не приближались, уверенные, что принц не догадывается о слежке. Но Джерду и не нужно было знать, он ощущал их через воздух. Ветер шептал ему, приносил обрывки случайных фраз, дыхание и глухой звон тяжёлых стремян.

До охотничьего замка в Сваальдрунге оставался день пути. Джерд ехал осторожно, он петлял, обходя королевские патрули, объезжал звериными тропами деревни и мелкие городки, что встречались здесь чаще, чем где бы то ни было. Край был плодороден и богат, но разорение, принесённое лореттийцами, коснулось и его. На горизонте поднимались траурные хвосты ещё не остывших пожаров. Они тянулись к небу, растворялись в рассветной мгле и оседали болью в груди принца.

Джерд вновь вернулся мыслями к событиям минувшей ночи. Как и две предыдущие, он провёл её под открытым небом. Костёр отгонял диких животных, а люди, что таились в чаще, угрозы не представляли: их задача лишь следить за ним, а не убивать. И всё же принц спал вполглаза, чутко, не теряя контроля.

Наука Алахарда и годы в армии сделали своё дело. Тело само знало, как дремать и слышать одновременно. Поэтому, когда хрустнула ветка, Джерд тут же распахнул глаза и замер, вслушиваясь в темноту.

Над головой перемигивались звёзды. Даже огонь костра не мог убавить их холодного колючего блеска. Хруст повторился. Шторм, привязанный в стороне, протяжно заржал и начал тревожно фыркать. На людей он бы так не отреагировал. Значит, звери.

Джерд медленно повернул голову. И тогда в самой глубине леса вспыхнули две блестящие точки. На миг… и снова темнота. Потом ещё пара. И чуть дальше – третья.

Волки.

Шторм уже не на шутку волновался. Чуя хищников он рвал поводья, яростно дёргал головой и хрипел. Джерд мгновенно оказался на ногах и застыл, оценивая ситуацию. До коня шагов десять, немного. Но стоит двинуться с места – и звери воспримут это как сигнал к атаке.

Раздалось глухое рычание. Потом ещё одно, уже ближе. Волки знали, что человек их заметил, и больше не таились.

Из темноты в круг света шагнул вожак. Матёрый, с рыжими подпалинами. Бока обросли клочьями свалявшейся шерсти, вокруг оскаленной пасти клубился пар. Янтарные глаза сверкали и неотрывно следили за Джердом.

Следом к костру вышли остальные. Трое поджарых самцов, потрёпанных, с обвисшими животами и явно голодных.

Они рассредоточились по прогалине, на которой заночевал принц. Их тяжёлое дыхание смешивалось с треском поленьев в костре. В воздухе повисло предчувствие броска. Джерд медлил. До мечей добраться он не успеет, это ясно. Осознав до конца опасность, он тут же почувствовал, как внутри заворочалось, загудело нечто. То, что в минуты боя рвалось наружу, и то, что Джерд лишь усилием воли мог сдержать.

Он стоял неподвижно и смотрел прямо в пылающие голодным огнём глаза вожака. За спиной тревожно ржал Шторм и бил копытами землю, но волки не обращали внимания. Их добычей был человек. Жеребцом займутся позже. Даже самый свирепый боевой конь, привязанный к дереву, не справится сразу с четырьмя голодными хищниками.

Вожак прижал уши и сделал шаг вперёд. Другие напряглись, готовые сорваться с места.

Джерд ощутил, как в груди что-то дёрнулось. Потекло по венам раскалённой рекой. Дыхание перехватило. Вожак пригнул голову, глухо зарычал и бросился на него. Джерд уже приготовился к удару, когда горячая волна в груди прорвала последние преграды, зверь внутри взвыл.

И вожак вдруг остановился. Резко вздёрнул уши, повёл носом. Взгляд его изменился, в нём больше не было хищной жажды. Он неуверенно попятился… и лёг, вытянувшись в свете костра.

Остальные замерли в полушаге и один за другим повторили его движение: первый, второй, затем третий… И вот уже вся стая легла перед Джердом. Янтарные глаза смотрели не с ненавистью и с желанием убить, а с открытой, почти человеческой покорностью.

Принц растерялся. Ещё миг назад волки были смертью, сжатой пружиной, готовой разорвать его в клочья. А теперь… лежали, будто признавали в нём главного.

Ещё мгновение – и стая поднялась. Хищники развернулись в сторону чащи и, не оборачиваясь, потрусили во тьму.

Что это было, Джерд не знал до сих пор. Зверь, если уж решил напасть, не отступит. К тому же волки были настолько голодны, что не побоялись ни костра, ни громкого ржания Шторма. Но что-то не позволило им тронуть человека. И не просто не позволило, а испугало, заставило подчиниться. Они почуяли Силу, почуяли и покорились ей.

Охотничий замок Сваальдрунг возвышался над лесом в стороне от городка, носившего то же имя. Небольшой, но крепкий: стены из грубого серого камня, смотровые галереи и три высокие башни, с которых открывался вид на многие латы2[2] вокруг. На окнах виднелись кованые решётки.

К замку вела только одна подъездная дорога, старая, вымощенная неровным булыжником, изъеденным временем. Места, богатые дичью, когда-то облюбовал прапрадед Джерда и повелел заложить здесь замок. Король Осгар, а затем и его потомки наезжали сюда, чтобы отдохнуть от дворцовых дел, подумать в тишине и как следует порезвиться с арбалетом, гоняя зверьё по густым чащам.

Джерд тоже бывал здесь не раз. Как и отец, он останавливался в Сваальдрунге по пути на север, но дольше пары дней не задерживался. Однако смотрителя Саймуса помнил хорошо. Именно он сейчас неторопливо шёл по дорожке от замка к хозяйственным постройкам на заднем дворе.

– И вина не забудь прихватить! – послышался ему вслед хриплый пьяный голос.

Саймус обернулся, сокрушённо покачал головой и продолжил путь к кладовым. Принца он не заметил. Тот прятался в тени одной из башен. Прямо над ним из открытого окна доносились звуки попойки. Гвардейцы смеялись, хвалились трофеями и не обращали внимания на то, что творилось вокруг. Эйдена среди них не было.

Шторма Джерд оставил неподалёку в лесу. Встреча с Эйденом была назначена на завтра. На большой поляне к востоку от замка. Там стояла охотничья будка, которая использовалась для наблюдения за дичью и удобства стрельбы. Джерд знал это место.

Однако он намеренно добрался в Сваальдрунг раньше. И хоть Эйрих взял с него слово, что друг и на лату не приблизится к замку, а будет строго придерживаться плана, Джерд ослушался. Он искал указ.

Принц осторожно прокрался вдоль стены и тут же услышал за спиной шаркающие шаги. Саймус устало брёл обратно, нагруженный большой корзиной, в которой позвякивали бутылки. Смотритель глубоко вздыхал и что-то недовольно бурчал под нос. Старика явно тяготили шум и разнузданность гвардейцев.