Анастасия Торопова – Наследие ушедшей цивилизации (страница 27)
– Ну же, миленький, давай, – просил он, с тревогой глядя на монитор.
Генератор выплеснул мощную порцию энергии в двигатель, и стратолёт рванул вперёд. В глазах ночной ландшафт, освещённый габаритными огнями стратолёта, начал размываться. Пилота откинуло назад, вжимая в кресло. Он с трудом вдохнул и прикрыл глаза, но ненадолго. Было ещё что-то, что необходимо выполнить немедленно.
Патрульный Смок докладывал своему начальнику: «Нарушитель оторвался от нас, капитан. Он движется очень быстро, но мы видим его… Капитан, он исчез… Его стратолёт исчез из поля зрения. Как испарился…».
«Скорее всего, маскирующее поле, Смок, – отозвался капитан. – Ловите его сигнал от личного штрих кода. Он не прошёл раскодировку. Вы слышите меня?»
«Так точно. Есть искать по штрих коду! Мы его засекли. Движется по направлению… Капитан… сигнал от штрих кода тоже пропал».
«Как пропал?! Что значит пропал?! Как он мог пропасть?!» «Мгновенно…»
Трофим несколько минут летел на ускорении, вмятый в пилотское кресло, не глядя на мониторы, а лишь устремив безразличный взгляд в мерцающий мрак сквозь обзорное окно. Стратолёт мчался со скоростью семьсот километров в час под маскирующим полем, которое не позволяло гореть габаритным огням. Поэтому видимость обеспечивалась только ультразвуковыми волнами, которые давали в обзорном окне мерцающую картинку. Но картинка была достаточно бедна на содержание. Трофим покинул атмосферу и летел в стратосфере на максимальной высоте. Чувство страха не позволяло ему останавливаться. Он даже не мог себе позволить проверить монитор: есть ли за ним погоня или нет. Он просто надеялся, что оторвался.
Через два часа безостановочного полёта пилот стал снижать скорость. Он наконец-то проверил свои приборы. Погони не было. Кроме того, он залетел достаточно далеко. Своё местонахождение он определил примерно как крайне южное. Некоторое время на умеренной скорости и высоте он пролетел вперёд, пока не увидел с высоты полёта встающее солнце на горизонте.
Трофим пошёл на посадку. Когда выключился генератор, и шум двигателей затих, пилот открыл дверь. Он вышел на безжизненную равнину, пока ещё не освещённую солнцем. Всем телом парень почувствовал прохладный ветер, дувший с юга, и услышал далёкий всплеск воды, показавшийся ему галлюцинацией. Он прошёл вперёд несколько метров и лёг на мелкие камни. Взгляд его был устремлён в небо, где потухали утренние звёзды одна за другой. Небосвод стал светлеть. Дело близилось к рассвету. Наконец, и здесь солнце стало показываться из-за горизонта. Ночные тучи расступались, пропуская солнечный свет, превращались из лиловых в малиновые.
Трофим перевернулся со спины на живот, чтобы удобней было любоваться восходом. Светило уже наполовину выглянуло над землёй… нет, не над землёй… над водой. Теперь Трофим ясно видел впереди себя далёкую полоску океана, большого, могучего, как сама жизнь.
Глава 11. Ирик. Аскония. Нейтралка
В большом доме Даяны Быскровных давно никто спокойно не спал. После того как исчезла Марта, вся прислуга была поднята на уши, увеличился штат, появились рослые мощные ириканки, которые то приходили, то уходили. А ещё под вечер не вернулась Анитси.
Всю ночь девушка провела на нейтралке, чтобы сродниться с обновлённым стратолётом. Ей не терпелось попробовать всю мощь своей «Рыжей молнии». Генератор, что установил ей ушастый асконец, просто рвал машину вырывающейся свободной энергией. Это было круто! Но Анитси приходилось подлаживаться к новому ритму своей стальной птицы. Она еле держала управление. Сырьё для топлива было у неё под рукой – чистый кремний.
Анитси возвратилась лишь под утро в родной город и мечтала закрыться в своей комнате, рухнув на кровать. Но мечты её не осуществились. Открыв дверь в спальню, Анитси увидела Даяну, стоявшую около её картины. Анитси была так утомлена, что даже не было сил насторожиться. Она просто остановилась в проёме двери и устало посмотрела на мать.
– Кто это? – строго спросила растерянная Даяна, указывая на портрет асконца.
– А он говорил, что знаком с тобой, – устало ответила Анитси.
– Нет, я узнала, похоже очень, просто спросила…– Бескровных тихо улыбнулась. – Его зовут Трофим Родон. Вы встретились?
– Он не враг нам. Ты прекрасно знаешь, что асконцы…
– Я спрашиваю: вы с ним встретились? Расскажи мне.
– Расскажу…– Анитси напряжённо взглянула на Бескровных. – После того как ты мне скажешь, кто я…
Майор Игорь Родон налил себе горячего бодрящего напитка и медленно потягивал его из овальной кружки. Малакаи дремал у него на кухне тут же, за столом; серьёзный господин из правоохранительных органов вот уже два часа наблюдал за беснующимися мотыльками за стеклом, а двое молодцов вообще не выражали свои эмоции или желания. Они просто стояли у дверей, временами переминаясь с ноги на ногу, и смотрели перед собой расфокусированным взглядом. Занималась утро. Стиф Малакаи словно очнулся от дрёмы и, слегка подпрыгнув, быстро огляделся.
– Майор, – протянул он, растягивая тонкие губы в улыбочку, – уже утро. Как славно!
Родон медленно допивал свой утренний напиток, брови его сдвигались к переносице, но он только сильнее сжимал в руке кружку. Волнение давно ушло. Осталось только методичное пережёвывание фактов. Его сына искали на протяжении всей ночи. Было известно, что он покинул границы города и улетел в сторону нейтральной территории. Однако его следы не были найдены. Майор сам не понимал, как удалось уйти его сыну от властей, и всё ещё находился в лёгком замешательстве. Одно он понял наверняка: не стоит недооценивать своих детей. Всю жизнь он оберегал его от болезней и врагов, а Трофим сам оказался способен на многое.
– Как вы можете объяснить бегство вашего сына? – допрашивал его Малакаи.
– Как? Да я сам не знаю, куда исчез мой ребёнок.
– Глупости. Вы сумели его предупредить. Патрули доложили, что Трофим был у ворот дома, но не зашёл, почему?
– Вы напугали его, разве неясно?
– Не ясно, чего именно он испугался.
Родон оставил в покое уже давно пустую кружку и повернулся к Малакаи, который вгрызался ему в глаза.
– Почему мой сын должен бояться вас, я сам никак не пойму, – Игорь Родон медленно присел на краешек стула. Представитель правоохранительных органов хмыкнул. – Он не нарушал законов, установленных правительством, ни разу не пошёл против своей совести. Кому он может причинить вред?
– Милый майор Родон, – покачал головой Малакаи. – О вашем сыне ходят легенды. Странный такой молодой человек. Очень сильно отличается от всех своих сверстников и не только внешне. У него не менее странные друзья, один из которых ищет мифическую «пещеру познаний», а другой всячески потакает ему. Это даже не друзья, я бы сказал, а сообщники. Пути всех троих неизменно ведут за территорию города. А Трофим как-то отказался покидать свою работу, хотя ему и предложили карьеру на космодроме. Кроме того, его бывшие коллеги говорили, что он часто улетал на нейтральную территорию.
– Что из того, это же его работа.
– А то, что, милый мой майор… пока ещё, наше посольство в Ирике докладывает, что и в том городе неспокойно. Поговаривают о какой-то тайной коалиции, направленной против правительства.
– Какая связь? – дёрнул щекой Родон.
– Да прямая. У нас есть все подозрения, что ваш сын тайно встречался с ириканским представителем.
Майор вздрогнул и чуть заметно улыбнулся.
– Чего вы радуетесь, Родон?
– Ваши доводы просто смешны, – ещё шире улыбнулся Родон.
– Неужели так смешно? – Малакаи посмотрел на своих спутников и сделал им знак рукой. Те послушно вышли за дверь. – Майор, – нагнулся над Родоном тайный советник, – я знаю, что Трофим не ваш сын. Его сфабриковал ваш бывший супруг, да хранит Вселенная его душу. И могу при необходимости это доказать. Но зачем, вы ведь понимаете, что последует за этим. Мальчика начнут изучать, возможно, он погибнет, и не факт, что совершенно случайно. А секрет его завидного здоровья похоронят вместе с ним. Так что, давайте с вами дружить…
– Что вы хотите от меня?
– Вы знаете про моего сына, что постоянно лежит в клинике? Я бы многое отдал, если бы вы смогли ему помочь.
– Сожалею, Малакаи, но вашему сыну уже ничем не поможешь.
Малакаи выпрямился во весь рост и побледнел. Следующие слова давались ему с трудом:
– Тогда… помогите выжить моему следующему сыну… если я повторно клонируюсь.
– Я не знаю этих методов, которыми пользовался Кари, – упорно отнекивался Родон, – но подозреваю, что от них вы бы тоже отказались. Потому как мы с вами знаем, что взрыв в лаборатории был спланирован вышестоящими органами. Сама нация отказалась от того метода.
– Майор, – не сдавался тайный советник, – я уже на всё готов. Я не могу допустить гибель моего рода. Если мы обследуем вашего сына, я обещаю полную его неприкосновенность, а вы помогите мне.
– Я не знаю, где мой сын. Также как и вы…
Малакаи помедлил немного, затем растянул губы в улыбку и не спеша поднялся.
– Ну как можно быть таким упёртым?! Вы сами роете себе могилу. Что вас ждёт?! Что?! А я знаю что. Забвение. Вы даже не умрёте как герой…
Он вышел из кухни и резким движением руки позвал за собой ждущих его спутников. Те чинно подошли к майору и обхватили его за плечи. Игорь Родон вскинул бровь, с усмешкой взглянул на Малакаи и, отдёрнув ненужных помощников, сам вышел из дома.