Анастасия Торопова – Наследие ушедшей цивилизации (страница 26)

– Хороший стратолёт.

– Ну, какой есть, – помрачнел лицом Джонни. – Но план города точный будет. Знаю, где достать. Только выйти я могу где-то через три дня. Я смотрел свою медицинскую карточку. Ник, что за лицо?!

– Я уже сомневаюсь, что пещера существует.

– Не сомневайся.

Джонни огляделся.

– Видели моего нового друга Мишеля?

Парни засмеялись.

– Так вот. Он был там.

Все трое остановились посреди полянки.

– Где был? – первый пришёл в себя Трофим.

– В пещере, только не надо столько эмоций – на нас смотрят…

– Когда? – Трофим не расслышал насчёт эмоций.

– Продолжаем прогулку, – Никита сделал шаг вперёд. Троица медленно возобновила путь.

– Давно, – отвечал Джонни на вопрос Трофима. – Ещё в молодости. Он был разведчиком и летал за пределами города, по слухам на нейтралке, но как показал недавно поставленный мной опыт, он летал над каким-то озером. Каким – не понял. Летал-то он сначала над водами океана. Что он там вынюхивал, история уже не помнит, но как-то наткнулся на что-то шокирующее и сошёл с ума…

– Почему ты решил, что это была пещера? – Никита всё ещё сомневался.

– Он сам мне сказал. То есть лежит себе человек в лечебнице, особо ни с кем не общается. Легенда его, как у многих: «Сошёл с ума… на работе, что-то увидел». А что – никто не говорит. Я тут пообщался с одним депрессивным (чуть сам таким не стал, больше не буду с такими общаться). Так он мне про Мишеля и рассказал, что слышал, как тот во сне бормочет: «Она существует. Это пещера познаний» и прочий бред. Ну, я его и зацепил. Обрабатывал долго. Молчаливый попался. Собрал по кусочкам его историю. Короче, дали ему задание выявить наличие островов за пределами материка. Стратолёт – невидимка, всё такое прочее. Он был вынужден сделать посадку. Там какое-то озеро было – я не понял вот этот момент, конечно… и как именно он наткнулся на пещеру… но, насколько я понял, Мишель узнал то, что его конкретно вышибло из седла. Крыша съехала. И теперь он здесь.

– Где он сделал посадку, – Трофим теребил взъерошенные волосы, – там был остров? Нас учили, что островов нет.

Джонни пожал плечами:

– Я так понял, что острова всё же есть.

– Бред, – возразил Никита, – никаких островов не существует. Это проверенный факт.

– А что это ты за полёты с ним устраивал? – полюбопытствовал Трофим.

– Пытался выяснить место положения пещеры, – уныло вздохнул Джонни. – Ники, я понимаю твой скептицизм, но он всё заладил про океан. Я-то знаю, что островов нет, в школе я учился. А ещё он про озеро какое-то настаивает.

– Озёр нет на нейтралке, – возразил Трофим. – А то, что на территории Асконии – это пруды. Что думаешь, Ник?

– Я думаю, что если от посещения этой пещеры сходят с ума… то я не очень хочу туда попасть. Но… куда деваться. Не бросать же вас, в самом деле. Наделаете дел без меня.

– Мы будем очень осторожными, – заверил его Трофим, широко улыбаясь.

Глава 10. Побег

Но осторожность на сей раз не помогла ему. Когда Трофим приземлился около дома – заметил горящий свет во всех окнах. Обычно отец не жёг энергию зря и оставлял освещённой ту комнату, в которой находился. Теперь все комнаты дома праздно горели. Парень вылез из салона «тарелки» и тихо подошёл к забору, у которого росли три взрослые яблони и своими ветвями скрывали его. Трофим пытался разглядеть что-нибудь в окнах первого этажа. Кабинет отца и его спальня были освещены, но безжизненны. А вот столовая выдавала присутствие людей. Тёмные силуэты прохаживались по ней и разговаривали друг с другом. А вот и силуэт отца. Он что-то горячо доказывал, бурно жестикулируя. Другие фигуры (их было четверо) стояли неподвижно и, казалось, внимательно слушали его. Возможно, это были просто гости, но тогда зачем отец включил функцию общего освещения? Нет. Это были не гости. Во всяком случае – непрошеные гости. Трофим попятился вдоль забора и наткнулся спиной на что-то или на кого-то. Он замер. Но сзади не было никаких движений. Трофим, замирая от страха, медленно повернулся и выдохнул с облегчением. Рядом стоял робот – швейцар. Почему-то за воротами. Непривычное место нахождения робота насторожила его.

– Люк, – тихо позвал Трофим робота.

Люк, откликаясь на имя, протянул ему что-то зажатое в металлической руке. Парень быстро выхватил протянутое. Это оказался старый, истёртый временем клочок бумаги. При свете от окон, который пробивался сквозь ветви яблонь, Трофим прочитал: «Ищи истину. Лишь рука об руку с ней обретёшь себя». Написано было так же давно, как давно существует эта бумага, и к тому же незнакомым подчерком. Трофим почувствовал, как холодок пробежался по его спине. Губы задрожали, на лбу выступил холодный пот. Он перевернул записку – там тоже было сообщение. Чернила на сей раз были свежими и почерк знакомым. Это писал его отец. Игорь Родон был лаконичен. Его письмо состояло из одного слова: «Беги»…

Трофим бросил взгляд на окна. В последнюю минуту он лихорадочно решал: послушаться отца или кинуться ему на помощь. Первым порывом было ворваться в столовую и уложить всех гостей с помощью бортота. Но это был лишь первый порыв, и был бы он порывом отчаяния. Возможно, майору Родону пока не угрожала опасность… пока не придёт его сын. Ведь все ждали именно его.

В мгновение ока Трофим оказался вновь в салоне тарелки и осторожно, не поднимая лишнего шума, отлетел от дома. Пролетев несколько метров, он включил последнюю скорость и, оставляя за собой шлейф синего света, помчался прочь от родных краёв.

Трофим не знал, куда держать курс. Некоторое время он бессмысленно летал в отдалённых районах города. Потом заметил, что число патрульных «тарелок» значительно увеличилось. Некоторые гражданские «тарелки» они уже остановили и проверяли. Трофим с ужасом стал понимать, что на него началась настоящая травля.

Он пошёл на снижение, скрываясь между домами. Здесь было тише. Выбрав самый нижний уровень, Трофим почти сбросил все настройки высоты и тихонько вёл машину на низком сопротивлении земному тяготению со скоростью восемьдесят километров в час. На этом уровне высотные дома, стоящие вдоль трассы, не имели окон, поэтому «тарелка» Трофима двигалась в полумраке. Он уже не паниковал. Мысль об опасности преследовала его давно, а теперь только свершилось ожидаемое. В любом случае, как бы он ни прятался, его найдут по сигналу, исходящему от штрих кода татуировки, стоит задействовать специальную аппаратуру. Но инстинкт самосохранения не давал ему сдаваться.

Трофим перебирал всевозможные варианты об укрытии и пришёл к неутешительному выводу, что укрытия ему не найти. У Никиты – не могло быть и речи, прикинуться чокнутым и прилететь к Джонни в лечебницу, в соседнюю палату – смешно и где-то грустно. Куда бежать? Город большой, а переночевать негде. Трофим грустно улыбнулся и вспомнил то единственное место, где ему было по-настоящему хорошо. Нейтралка.

Вылетев на главную дорогу, ведущую к пограничной базе, Трофим ещё некоторое время летел в нижнем ярусе. Затем набрал высоту, включив сопротивление, и взлетел вверх. Некоторое время, словно оглядываясь, он повисел на одном месте, потом задал направление и набрал скорость триста десять километров в час. На приборах он заметил позывные патрульных «тарелок», но, игнорируя их, летел дальше. Теперь он понимал, что прятаться поздно, осталось только удирать. Эта ночь решит его будущее, пусть и не столь продолжительное. Он проклинал тихоходные «тарелки», которые не позволяли развить достаточную скорость. Но у патрульных машин скорость была ненамного выше, и Трофим мог выиграть несколько минут.

Вот, наконец, пограничная база. Трофим припарковал «тарелку» у проходной и крикнул ничего не понимающему охраннику, чтоб тот открыл ворота. Охранник узнал прилетевшего, а погоню, скорее всего, расценил как угрозу коллеге. Поэтому он открыл внутренние ворота для Трофима и закрыл внешний купол. Четыре патрульных «тарелки» чуть не разбились о прозрачную броню купола. В опасном крене стратолёты рванули в сторону и, уже приземлившись, стали связываться с охраной пограничной базы.

Но у Трофима уже были эти заветные несколько минут. Он бежал по длинному коридору, который никогда ему не нравился, мимо проходящих коллег и начальства. Те не понимали происходящего, Трофима узнавали, но не могли понять, почему он здесь в ночную смену, когда работал только днём. Пока они разбирались, переговариваясь друг с другом, Трофим уже прибежал в ангар, где стоял его стратолёт.

Кто-то окликнул его, запрещая приближаться к летательному аппарату. Трофим сел в кабину и пультом управления открыл ворота ангара. В ангар прибежали люди. Они что-то кричали, махали руками, но пилот уже включил генератор и минимальное сопротивление. Он заметил, как ворота под чьим-то управлением стали опускаться и, не теряя ценных секунд, сорвался с места и вылетел за городскую стену, оставляя за собой суету охраны и разорванные лепестками ворота.

Трофим отметил на приборах несколько машин с базы с заряжающимися генераторами. Он одной рукой вцепился в рычаг управления, а другой набирал программу скорости. Новенький генератор, который он недавно установил, работал почти без потери энергии. Это давало преимущество в скорости. И Трофим задал функцию работы на полную мощность.