Анастасия Таммен – Сборник бонусных глав (страница 1)
Анастасия Таммен
Сборник бонусных глав
Дорогие читатели, перед вами сборник, в который вошли все дополнительные материалы к моим романам «Вечность без Веры», «7 футов под Килем», «Рыбка. Второй поцелуй» и «Любовь с первой страницы». Тут и новеллы про прошлое и будущее героев, и вырезанные сцены, и главы, написанные с другой точки зрения.
Желаю вам приятного чтения в компании полюбившихся героев!
Ваша Анастасия Таммен.
Предупреждение: пожалуйста, не читайте бонусные главы к «Вечность без Веры», если пока не знакомы с основным романом. Написать про будущее Аарона и Веры без спойлеров попросту невозможно. И если в любовных историях всегда плюс минус ясно, чем все закончится, то антиутопии хранят множество секретов и неожиданных сюжетных поворотов.
«Вечность без Веры»
Четыре года спустя
Вере шли платья, и я с радостью возил ее по бутикам и ждал перед примерочной. Однако это платье она купила без меня. Похоже, Вера хотела проверить мою выдержку. В перламутровой струящейся ткани она выглядела так, словно была одета в утренний свет.
Вера была идеальной.
Чуткой, сильной духом, великодушной, красивой. Даже в тот день у пропускного пункта, когда она была в окровавленной медицинской сорочке, для меня не было никого привлекательнее нее. Нажимая на педаль газа, подстрекаемый желанием раз и навсегда уничтожить крохотную вероятность того, что Вечность будет спасена, я не мог оторвать от нее взгляда. Она дрожала и прижимала к груди папку, которую добровольно вызвалась забрать для Сати. Почему Вера не оказалась другой – злобной недалекой стервой? Убить ее было бы так просто. Сати бы ничего не узнала. И все проблемы решились бы сами собой.
– Ты такой задумчивый сегодня, – прошептала Вера.
Она смотрела на меня в отражении зеркала, которое занимало целую стену в спальне моих старых апартаментов. Я решил сохранить их для таких дней, как этот.
– Вспомнил, как хотел убить тебя, – честно признался я.
Вера хмыкнула.
– Жалеешь, что не довел дело до конца?
– Только тогда, когда ты надеваешь подобные платья.
Я подошел ближе, провел ладонями вверх по ее плечам, собрал длинные каштановые волосы и приподнял их, открывая доступ к шее. Прикоснулся губами к нежной коже и глубоко вдохнул ее запах. Вера поежилась от удовольствия и подалась бедрами назад. Моя кровь хлынула вниз.
– Как насчет того, чтобы пропустить банкет у Емельяна? – спросил я, едва касаясь губами ее уха.
Вера откинула голову назад на мою грудь, подставляя шею для еще одной порции поцелуев. Ее глаза закрылись, а из груди донесся довольный стон, когда правой ладонью я провел по ее груди, а левую положил на живот. Что бы ни происходило, где бы мы ни находились – стоило мне прикоснуться к ней, и она вспыхивала от желания.
Смешно вспомнить, какой она была в начале нашего знакомства: такая робкая, такая примерная. Неудивительно, что она согласилась встречаться с Максом, которого ничего не интересовало, кроме его болезни. Безусловно, это сыграло мне на руку – я хотел стать у нее первым. Во всех смыслах. Мне даже не стыдно, что Макс застал нас в ее комнате. Он бы никогда не смог сделать ее счастливой.
– Емельян нас ждет. Мы почетные гости, – ответила Вера с придыханием.
– Он может поблагодарить за свое назначение по телефону. В сотый раз. Он уже четыре года президент. Мог бы оставить нас в покое, – пробубнил я, целуя Веру и покусывая кожу между шеей и плечом. И пусть на ней останутся следы моих зубов. Пусть все знают, что она моя.
Я опустил левую руку чуть ниже и прижал ее бедра плотнее к моему паху. По-моему, это говорило о моих истинных желаниях лучше любых слов. С ее приоткрытых губ сорвался довольный смешок.
– Мы пообещали, что придем, Аарон, – напомнила она, повернулась в моих руках и заглянула в глаза. – К самому началу официальной части. Емельяну нужна наша поддержка перед выборами на второй срок.
Вера явно решила испортить мое настроение своей рассудительностью. Еще одна черта ее характера, за которую я ее любил и ненавидел.
– Если бы ты вовремя приехал из приюта, мы бы успели сделать все, о чем он мечтает, – подмигнула она.
– Не говори о нем, как о чем-то отдельном от меня. У нас с ним одна кровь на двоих.
Она засмеялась. Я тяжело вздохнул и раскрыл объятия, потому что знал – раз Вера пообещала быть на банкете, значит, она там будет. Даже если для этого ей потребуется вновь позаимствовать мой винтокрыл.
Вера подошла к кровати, чтобы взять сумочку. Она напоминала серебряный конверт, в который не поместилась бы даже губная помада. Зато бедра Веры красиво покачивались благодаря босоножкам на высоких туфлях, а струящееся платье не оставляло простора для фантазии. Мне стоило потребовать, чтобы она переоделась, ведь на вечеринке будет не только с десяток журналистов, но и Ярик. По старой памяти я продолжал называть его мальчишкой, но за последние четыре года он вымахал настолько, что стал выше меня на целую голову.
И он все еще был по уши влюблен в мою Веру.
– Аарон? – позвала она меня за собой, выходя из спальни в гостиную.
Я медленно выдохнул, сожалея о том, что нет времени принять холодный душ, и проследовал за Верой, на ходу поправляя черный пиджак. Даже избавившись от Вечности, я не смог избавиться от любимых костюмов. Они давно стали такой же частью меня, как и желание влиять на управление страной. Я мог сколько угодно твердить, что наигрался в политику, правдой это все равно никогда не станет. Однако в прошлый раз в погоне за своей целью я чуть не потерял Веру и не собирался рисковать снова.
Сухой воздух песчинками царапал кожу на щеках. Солнце почти скрылось за горизонтом, окрасив небо в кроваво-красный цвет. Еще каких-то полчаса, и на взлетной платформе станет нестерпимо холодно. Не для меня, а для Веры в ее невесомом платье. Я поспешил разблокировать винтокрыл – новый, потому что старый она превратила в груду металлолома, – открыл перед ней дверь и, поддерживая под локоть, усадил на сидение. После того, как занял место водителя, я потянулся и активировал наши ремни безопасности.
– Спасибо. – Она переплела свои пальцы с моими и расслабленно откинулась на спинку сиденья.
Вера сильно изменилась с нашего первого полета. Из робкой и голодной до впечатлений девушки она превратилась в уверенную в своих силах молодую женщину. Она не смотрела ни на кого снизу вверх, не ждала поцелуев, не принимала безмолвно отказ. Нынешняя Вера брала судьбу в свои руки.
– Ты выглядишь бледным. – Она нежно погладила меня по щеке. – Если неважно себя чувствуешь, мы можем вернуться. Ты действительно слишком много работаешь.
Я отрицательно тряхнул головой.
– Ты тоже.
Если в мои обязанности входило управление центром для сирот, то Вера проводила все время с детьми, став для них новой Сати.
Через час мы приземлились перед зданием, где раньше находился Отдел управления человеческими ресурсами. После свержения старой власти я думал, что Емельян разнесет этот улей к чертям – я бы поступил именно так, чтобы стереть память о Вечных, – но он оказался куда более прагматичным человеком. «Зачем добру пропадать?» – спросил он четыре года назад, располагаясь со всеми своими пожитками в стеклянно-медном улье, зажатом в воздухе между соседними зданиями.
Мы с Верой поднялись по эскалатору рука об руку и зашли внутрь. Я думал, что спустя столько лет перестану видеть в этом месте чистилище, но как бы ни так. На встречах с Емельяном я не мог избавиться от мысли, как близко находился к тому, чтобы потерять Веру навсегда. Здесь мои воспоминания были особенно яркими, а ошибки – реальными. Если бы мы с Сати с самого начала были откровенны…
Вера сжала мою ладонь и потянула за руку, привлекая внимание.
– Это все в прошлом, Аарон.
Ее мягкий голос успокаивал. Рядом с Верой я снова мог смотреть на себя в зеркало.
Мы двинулись вглубь фойе. Повсюду стояли политики, влиятельные бизнесмены и журналисты. И все они были бывшими Вечными. Будь на то воля смертных, их бы посадили в тюрьму, но Емельян решил иначе. Под лозунгом «Худой мир лучше доброй ссоры» он оставил Вечных у власти и дал им второй шанс. Однако это был опасный путь.
Я чертыхнулся, потому что мои мысли снова свернули в сторону политики. Изо всех сил я старался держаться в стороне, но меня как будто тянули за невидимые нити и говорили: «Ты можешь попробовать сделать лучше». У проходящего мимо официанта я взял бокал с синим ликером и под вопросительным взглядом Веры выпил его одним махом и поставил пустую рюмку на поднос.
Мы здоровались, улыбались на камеру, пожимали руки знакомым, а мое настроение становилось все хуже и хуже. Все-таки мне стоило настоять на другом платье, потому что с кем бы мы ни говорили, они все пялились на Веру. Клянусь, я их не винил. Она была восхитительно прекрасной и внимательной собеседницей. Когда мы наконец отделались от министра транспорта, чьи слюни при виде Веры начали стекать по подбородку, я увел ее к бару под гигантской лестницей, прижался к ней сзади и зашептал на ухо.
– Если еще хоть кто-нибудь кинет на тебя похотливый взгляд, я за себя не ручаюсь.
По спине в вырезе платья побежали мурашки.
– Когда ты успел стать таким ревнивым? – спросила Вера, повернув голову.