Анастасия Сычёва – Путешественница во времени. 3 книги (страница 21)

— Что ж, тогда до встречи, — Алекс улыбнулся, пригладив песочные волосы. — Ты сегодня вечером преподаёшь?

— А куда я денусь? — философски заметила я, думая о байкерах. — Передавай Гвен привет.

Так звали девушку Алекса.

— Спасибо.

Попрощавшись, я отправилась домой. Языковые курсы будут только вечером, Тея тоже сегодня на работе, а значит, я смогу заняться дальнейшим переводом. Возвращаться к жуткой тёмной книге, от которой мёрзли руки, мне не хотелось, но я вспомнила слова Розмари об ограниченном запасе времени и неохотно приступила к работе.

Сегодня работа пошла пободрее. На улице был день, углы комнаты не тонули во тьме, и книга производила гораздо менее гнетущее впечатление, хотя исходивший от неё холод никуда не делся. Чем дальше я работала, тем большее смятение испытывала. К тому моменту, как перевод был готов, внутри меня словно вырос огромный кусок льда. Пальцы после того, как я на протяжении двух часов прикасалась к старым страницам, онемели из холода, но сейчас я не обращала на это внимания. Розмари не ошиблась, когда говорила, что руна Гебу может с равным успехом означать как дар, так и жертвоприношение — именно о последнем в тексте и шла речь. Совершенно хладнокровно, словно перечисляя список дел на выходные, неизвестный мне маг описывал, какое место нужно выбрать, какое заклинание прочитать, какую пентаграмму на земле начертить и каким оружием убить жертву, которой мог быть только человек. Сложные размышления о том, зачем это жертвоприношение вообще было нужно, я так и не поняла до конца из-за обилия незнакомых мне терминов, которые наверняка смогли бы разобрать Майкл и Розмари, если бы владели древнеирландским. А жаль — ведь именно эта часть несла в себе ключевое значение. Но вот техническую составляющую этого жуткого описания я поняла хорошо, и мне оставалось только отчаянно надеяться, что эта информация поможет.

Боже мой, какой ужас. Такое чувство, будто я читаю сочинение безумного сатаниста — за тем лишь исключением, что в книге не было сказано ни слова о боге или сатане. Серьёзно, чего рассчитывает добиться этот маг? Если подобные обряды проводятся сектантами или фанатиками, это ещё можно понять: что с них, ненормальных, возьмёшь? Но человек, который писал эту книгу, явно не был сумасшедшим. Совсем наоборот — судя по чёткой структуре написанного, по небольшому количеству зачёркиваний и помарок, это писал человек, находившийся в совершенно твёрдом уме и здравой памяти и прекрасно отдававший себе отчёт в собственных действиях. Может, это был маньяк? Говорят ведь, что они в обычном общении совершенно нормальные, трезвые люди, которые превращаются в монстров, только когда дело касается идеи, которой они одержимы…

От мысли, что во всём этом может быть замешан маньяк, мне поплохело. Хотя не могу сказать, что было бы хуже, — маньяк или, наоборот, здоровый адекватный человек, который способен на подобное зверство…

А в следующий момент мне стало ещё хуже, поскольку внезапно вспомнились слова Розмари: «Люди будут умирать, причём как маги, так и те, кто к нашему миру не имеет вообще никакого отношения». Но ведь в этом ритуале речь идёт лишь об одном убийстве! Так неужели?..

Ужаснувшись этой догадке, я торопливо перевернула страницу и уставилась в текст. Мысли панически крутились в голове, так что сосредоточиться всё никак не удавалось, но отдельные слова выхватывались из текста и отпечатывались в сознании: «жертвы», «кровь», «нож», «магия»… Слово «жертвы» стояло во множественном числе.

Не в силах больше это изучать, я отбросила книгу на стол, отъехала на стуле к стене, чтобы оказаться подальше от неё, и откинулась на спинку. И кто-то хочет провернуть это сейчас? В наше время?

Кстати… Как всё это проходило в прошлый раз? Майкл и Розмари сказали, что подобное уже было несколько лет назад. Но как маги смогли целиком скрыть следы происходящего от всего мира? Неужели подобные убийства — с перерезанием горла или точным ударом в сердце, да ещё в центре пентаграммы, да ещё если пентаграмма нарисована кровью, да ещё с кучей непонятных символов — никому не показались странными? Уж в полиции точно должны были обратить на них внимание, даже если бы всё списали на бедных сатанистов, которые здесь были вовсе ни при чём. А газеты и прочие СМИ точно не прошли бы мимо такой сенсации… Так может, стоит поискать информацию на эту тему? Древняя книга заклинаний, которой чёрт знает сколько столетий, — это, конечно, здорово, но может, получится найти более современные и достоверные источники информации?

Ещё минут пять я раздумывала, а затем решительно достала телефон и набрала номер, который мне вчера вечером продиктовала Шарлотта. В любой другой ситуации я не стала бы звонить первой, но сейчас мне больше всего хотелось получить ответы на все возникшие вопросы.

— Алло? — раздался после нескольких гудков совершенно незнакомый мужской голос. На дальнем плане слышался какой-то гул, словно там находилась ещё толпа народу. — Я слушаю!

— Ричард? — на всякий случай уточнила я. — Это Джейн Эшфорд. Мы познакомились два дня назад на приёме «Миллениума», помните?

Голос на том конце провода немедленно потеплел, и теперь я могла его узнать:

— Конечно! Я собирался позвонить вам сегодня вечером, но вы меня опередили.

— Вам сейчас удобно говорить? — вежливо уточнила я.

— Секунду, — через несколько секунд гул в трубке стих, словно Ричард ушёл в другую комнату и закрыл за собой дверь. — Да, теперь всё отлично. Джейн, как вы? Оправились после случившегося?

— Со мной всё в порядке, спасибо, — его голос звучал с такой искренней теплотой, словно он был очень рад меня слышать, и я невольно улыбнулась, чувствуя, как мерзкое ощущение после чтения книги заклинаний начинает уходить. — А вы?

— Я? — слегка удивился он. — Я отлично. Сейчас раздумываю над тем, как бы поярче изложить все эти события в своей статье. Главный редактор, когда узнал, что во время случившегося я был непосредственно на месте событий, чуть от счастья не умер. Теперь требует сенсацию, которая поднимет до небес наши рейтинги.

— Послушайте… — начали мы с ним одновременно, засмеялись, и журналист предложил. — Дамы вперёд?

— Хорошо, — не стала отказываться я и решительно перешла к делу. — Ричард, на самом деле мне нужна ваша помощь. У вас ведь есть доступ к новостным архивам? Вы не могли бы поискать там кое-какую информацию для меня?

Должно быть, он ожидал от меня разговора в несколько ином направлении, но быстро справился с удивлением.

— Это можно, — заверил он меня. — А какие именно данные вам нужны?

— Меня интересует информация об убийствах, совершённых с особой жестокостью за последние… ну, скажем, десять лет. Убийств было несколько, они шли друг за другом спустя очень небольшие промежутки времени и, возможно, были связаны с сатанистами или ещё какой-нибудь сектой. Все они совершались за городом, а виновный, возможно, погиб, — добросовестно перечислила я. Срок в десять лет я назвала наобум. Возможно, так надолго загадывать не стоило, но точная дата мне была неизвестна, а обращаться с вопросами к самим магам мне пока не хотелось. В конце концов, вряд ли они имели дело с тем колдуном больше десяти лет назад.

Некоторое время в трубке царило молчание, которое мне не удалось толком идентифицировать, но я заподозрила, что журналист резко засомневался в моей адекватности.

— М-да, интересно живут сегодня специалисты по древним языкам, — наконец задумчиво оценил Ричард. — А могу я спросить, зачем вам такие… пикантные сведения?

— Я провожу некоторое подобие расследования, — нехотя отозвалась я, стараясь быть максимально краткой.

— Понятно, — протянул он, и я так и не смогла определить, какие чувства у него вызвала моя просьба. — Что ж, ладно. Я поищу. Джейн, может, сходим завтра вечером поужинать? Я постараюсь к этому времени что-нибудь найти.

— Конечно! — с готовностью согласилась я, даже не надеясь на такую скорость выполнения моей просьбы. — С удовольствием!

— Завтра в семь?

— Прекрасно!

— Тогда до завтра.

Он положил трубку, и я задумчиво повертела мобильник в руках. Значит, свидание? Надо будет попросить Тею помочь мне с выбором одежды для подобного мероприятия…

Глава 11

Вечерние курсы я в тот день вела через силу, будучи не в силах сосредоточиться на правилах немецкой грамматики. Мысли всё время возвращались к оставленной дома чёрной книге. Вроде бы столько книг прочитано, столько фильмов ужасов просмотрено, но от мысли, что кто-то может проводить кровавые ритуалы в нашей реальности, меня начинало мутить. Даже мои ученики — несколько подростков пятнадцати-шестнадцати лет, у которых я вела занятия вот уже третий год — в конце концов, заметили, что со мной что-то не так.

— Мисс Эшфорд, вы здоровы? Может, вам воды принести? — заботливо спросил Билли.

Я улыбнулась. Неплохо узнав своих подопечных за эти три года, я понимала, что он не пытался под предлогом воды сбежать с урока минут на десять — он и в самом деле беспокоился обо мне. Хороший мальчишка.

— Со мной всё хорошо, спасибо. Просто немного устала. Так, давайте пройдёмся по тексту ещё раз…

Но целиком включиться в работу мне так и не удалось. Через десять минут я махнула рукой на бесплодные попытки и, велев ребятам написать небольшое сочинение на тему «Как я провёл пасхальные каникулы», села за учительский стол.