Анастасия Сова – Строптивая для бандита (страница 15)
Я еду в город налегке, с небольшим рюкзачком, болтающимся у меня за спиной. Винтовку мне передаст Пуля в одном из безлюдных переулков недалеко от ночного заведения, в котором должен появиться объект покушения.
Железный конь совершенно точно скучал по мне, как и я. Но даже резвые покатушки по ночному городу сейчас не радуют. Тем не менее, я без сомнения перебрасываю одну ногу через мотоцикл и водружаю на голову шлем. Звук ревущего мотора успокаивает, как колыбельная щебечет в ушах райской птичьей трелью.
Я уверенно петляю по городским коридорам, но при этом еду медленнее, чем хотелось бы, так как не знаю дороги. Навигатор так и норовит подложить свинью в виде пропущенного поворота или съезда на несуществующую дорогу.
Когда, наконец, квест по поиску нужной мне точки на карте подходит к концу, я глушу мотор, припарковав своего красавца на приличном расстоянии от того здания, с крыши которого собираюсь стрелять.
– Дождись меня, – с любовью шепчу мотоциклу, а у самой ощущение, будто навсегда прощаюсь.
Быстрым шагом направляюсь к нужному переулку, где Пуля уже ждёт меня. Мужчина молча передаёт мне кейс с оружием и, не медля более, удаляется в ту сторону, откуда я пришла. Я же продолжаю движение дальше. Юркаю в один из подъездов старенькой пятиэтажки, на которую мне указали. Забираюсь на самый верх и с легкостью проникаю на крышу через маленькую обшарпанную дверь на последнем этаже.
Глава 14
МАРИНА
7 августа 2020 года (наши дни)
Сегодня достаточно прохладно и безветренно. Погодные условия определённо на руку. Духота бы мешала трезво мыслить, а сильный ветер мог изменить траекторию пули. Я спокойна. Поразительно спокойна. Нездорово спокойна.
Неотрывно слежу за входом в клуб в то время, пока достаю из кейса оружие и проверяю работоспособность винтовки. У здания, грохочущего ритмичными басами, скопилось много народу. Расфуфыренные мадам в коротких платьях, молодые люди, неприлично сжимающие их полуголые задницы. Среди такого количества людей я боюсь пропустить свою цель. Фотография фотографией, а в жизни он может выглядеть совсем иначе.
Сама я никогда не была в подобных заведениях. Из детского дома, само собой, попасть в такое место было не возможно, а после, когда выпустилась, у меня и вовсе не было времени на этакую ерунду. Если подумать, не было ничего, хоть мало-мальски напоминающего жизнь нормальной молодой девушки. И я вряд ли смогу нагнать упущенное время. Я не знаю какого это – быть обычной, что значит иметь дом, работу в офисе, ходить на пары в университете и тусоваться с друзьями. Я даже не знаю, выживу ли, выполняя задание на которое меня отправили.
Нахожусь на точке уже около получаса. Я готова. Максимально собрана. Не упускаю из вида светящееся здание напротив. Внезапный шум со стороны выхода на крышу заставляет меня отвлечься. Я выпрямляюсь на ногах и разворачиваюсь в сторону источника подозрительных звуков, слегка наклоняю оружие, но готова в случае чего, пустить его в ход.
Мои глаза округляются, когда в поле зрения появляется господин Кайданов собственной персоной. Он максимально расслаблен, в отличие от меня. Непринуждённо движется в моем направлении, засунув руки в карманы джинс. Темно-синих джинс со светлой прострочкой. Он безумно привлекателен сейчас. Мне кажется, что я даже слегка приоткрываю рот от того, как сильно мне нравится то, что вижу.
Белоснежная футболка с треугольным вырезом обтягивает мускулистый торс, но вся эта красота практически недоступна глазу из-за накинутой поверх светло-серой льняной рубашки с закатанными рукавами. И эти руки... Да я собственными слюнями готова захлебнуться от желания коснуться его рельефных ручищ, так некстати выглядывающих из-под рубашки, или почувствовать их властные прикосновения на своём теле.
На все эти мысли уходит буквально пара секунд, и я очень быстро вспоминаю зачем я здесь. Убить того парня, а не пожирать глазами Глеба, словно влюблённая нимфоманка.
Разворачиваюсь обратно к ночному клубу и принимаю прежнюю позу: усаживаюсь на одно колено, выставив вперёд другую ногу. Располагаю винтовку в предназначенном для стрельбы положении и устремляю взгляд в окуляр.
– Отличная погода, да, Марина?! – обращается ко мне мужчина, останавливаясь позади меня.
– Зачем пришёл? – отвечаю вопросом на вопрос. Вести светские беседы нет никакого желания.
– Думал задушить тебя сразу же, на этой крыше, если ты не сможешь исполнить мой приказ, – на полном серьезе говорит Глеб, все ещё возвышаясь надо мной сзади.
– Я не доставлю тебе такого удовольствия, – безотрывно наблюдая за клубом, выдаю собственную версию развития событий.
– Ты все равно проколешься, Марина. Не сейчас, так в другой раз. Я навёл справки: никто не видел тебя рядом с Колобком, а это наводит на определённые мысли, не находишь?!
– Пришёл отвлекать меня пустыми разговорами? Как бабка на лавочке собираешь сплетни, а потом веришь во все, что услышал, – я не подаю виду, что Кайданов, в общем-то, на правильном пути. Сейчас у меня другая цель – не промахнуться.
– А ты любишь риск, да, малышка? Возбуждает тебя опасность? Ты же знаешь – за подобные слова в мой адрес и жизни лишиться можно. Нравится это состояние? Когда висишь на волоске... – с каждым словом его голос становится все тише, но сам Глеб приближается ко мне, и я чувствую его приближение кожей, несмотря на наличие одежды, полностью скрывающей тело. – Тот самый пик, когда решается судьба... – Кай усаживается рядом со мной на корточки и едва заметно пробегает пальцами по шее.
Дыхание перехватывает. Да я попросту не дышу. Кажется, если сделаю вдох, моментально взорвусь от запредельных ощущений, которые только и ждут шанса вырваться наружу. Сознание туманится поволокой возбуждения, стянувшего нутро в тугой узел. Перед глазами все плывёт и смешивается. Я не могу разобрать лиц и людей. В окуляре мутно. Серое пятно, без единой яркой детали.
Его здоровенная ладонь уже полностью захватила шею, но Глеб не давит, лишь слегка касается. Едва ощутимо. Но это блеф. Я в его власти. Под контролем. Мнимое ощущение свободы. Возможности освободиться. Он даёт их мне. Даёт, чтобы потом забрать. Я сижу неподвижно. Слишком высок риск, ведь в моих руках оружие, винтовка, направленная в гущу людей. Необходимо собраться, вернуть контроль над эмоциями, над разумом, сосредоточиться на задании. Глеб делает все специально. Дезориентирует меня. Жаждет провала.
Неожиданно мужчина укладывает вторую руку мне на талию. Но это прикосновение другое. Ладонь свинцовой тяжестью давит на поясницу, и этот контраст каким-то магическим образом заставляет прочувствовать то, о чем говорит Глеб. Лишь от него сейчас зависит дальнейшее развитие событий. Я на грани. Той, о которой он упоминал. Могу сопротивляться, но не хочу. Мне нравится это чувство. Я хочу отдаться ощущениям, раствориться в том, что он делает со мной.
– Ты под моим контролем, малышка, – шепчет Глеб совсем рядом. Он говорит тихо, но я отчетливо слышу каждое слово, окружающую обстановку просто выключили, оставив лишь дразнящие мужские прикосновения и вкрадчивый шёпот позади. – И только я решаю, что будет дальше. Ты чертовски сексуальна с этой штукой в руках... И если мальчик сегодня останется жив, возможно, я трахну тебя перед тем, как отправить на тот свет.
Его слова отрезвляют. Я должна завершить начатое, я здесь ради этого. Пытаюсь переключиться, не обращать внимание на пульсирующее лоно, увлажнившее меня до мокрых насквозь трусиков. Вновь всматриваюсь в очередь у клуба. Бегаю глазами в поисках парня со светло-русыми волосами. Это сложно, но я справлюсь. На тренировках мы часто работали в условиях с внешними раздражителями. Глеб не добьётся того, чего пытается добиться. Я не поддамся. Прострелю русую башку и заставлю Кайданова подавиться желанием уничтожить меня.
Парня до сих пор нет в поле зрения. Надеюсь, я не пропустила его, пока давала Каю возможность лишать себя чувства собственного достоинства. Глеб уже не держит меня, но и не отходит. Его присутствие не менее тягостно, чем руки на моем теле. Совсем не вовремя мужчина решает поделиться со мной «безумно важной» информацией, которой я, в общем-то, вообще не хотела знать:
– Этот парень, Алексей, если честно, славный малый! Даже жаль прощаться с ним. Но такова его судьба. Он, знаешь ли, как след, такой отпечаток, который нужно обязательно стереть, чтобы он потом ненароком не перепачкал собой других людей, специально или нечаянно.
– Кто он? – уточняю я, пряча за своими слова истинные желания, например, заткнуть Глеба, ведь я совсем не хочу узнавать ничего об этом «славном малом». Мне так легче.
– Он работал на меня какое-то время. Компьютерщик. Работу свою выполнял хорошо, но слишком много знает. Я не могу допустить утечки информации, Марина. И никогда не допускаю. У него двое детей. Близнецы, кажется. Жена красавица. Говорю же, отличный парень, да связался ни с теми людьми...
– Зачем ты рассказываешь мне все это?
– Просто вспомнил. Разве тебе не интересно кого ты собираешься в одночасье лишить жизни?
– Нет, – я говорю правду. На данном этапе я смирилась с тем, что происходит, с тем, что должна сделать. Прежде всего, я – агент спецслужб, а уже потом – женщина, которая может переживать или в принципе что-либо чувствовать. Агент же лишён эмоций. Хладнокровность при выполнении задания – неотъемлемая черта каждого из нас, и я с легкостью пользуюсь ей сейчас. Глеб не сможет провести меня, чего бы он сейчас не выкинул. – Смотри, это он? – уточняю, указывая на вновь подошедшего к клубу молодого человека.