Анастасия Смирнова – Невеста демона. Заложница метки (страница 4)

— Обсидиан не выдержал резонанса. Поздравляю, Мелисса, ты встретила «пару» в первый же час. И судя по тому, что ты еще не в цепях в его подземелье, наш ректор решил поиграть в кошки-мышки.

— Я не мышка, — я зло сбросила туфли и забралась на кровать прямо в одежде. — И я не собираюсь быть его «истинной». Я здесь, чтобы учиться, а не становиться трофеем для этого индюка.

Я натянула одеяло до самого подбородка, стараясь унять дрожь. Всю ночь мне снились алые глаза в черной оправе и шепот, похожий на шелест сухих листьев: «Посмотрим, как быстро ты приползешь»

Утро наступило слишком быстро. Огромный медный колокол на главной башне пробил семь раз, и этот звук отозвался в моей голове болезненным гулом.

— Вставай, соня! — Элара уже вовсю суетилась у зеркала, пытаясь усмирить свои розовые кудри с помощью светящегося гребня. — Сегодня первое общее собрание и распределение по группам. А потом — вводная лекция у магистра Гроха по теории стихий. Говорят, он превращает в лягушек каждого, кто опаздывает больше чем на минуту!

Я с трудом разлепила веки. Метка на плече затихла, превратившись в бледную татуировку, но я знала — это затишье перед бурей.

— Мурзик, — позвала я шепотом, глядя на кота, который развалился на солнцепеке. — Мне нужно чем-то закрыть запястье. Осколки браслета уже не помогут.

Кот лениво приоткрыл один глаз.

— Посмотри в своей сумке. Бабушка положила там запасной артефакт, но он слабее. Это лента из кожи черной мамбы, пропитанная солью Мертвого моря. На пару дней хватит, если не будешь лезть к ректору под нос.

Я быстро отыскала темную, чешуйчатую ленту и плотно обмотала ею запястье, завязав хитрым узлом. Поверх натянула длинный рукав новой форменной мантии. Ткань была непривычно грубой, темно-синего цвета, с серебристой вышивкой на манжетах.

— Ну как? — я повернулась к Эларе.

— Выглядишь как настоящая артефакторша! — восхитилась она. — Только веснушки на носу выдают в тебе любительницу приключений. Пойдем скорее, завтрак в Большом зале — это нечто!

Большой зал академии поражал воображение. Высокие витражные окна пропускали солнечные лучи, которые, преломляясь, раскрашивали столы во все цвета радуги. В воздухе летали крошечные магические огоньки, похожие на светлячков, а за длинными дубовыми столами уже сидели сотни студентов.

Пахло свежей выпечкой, крепким кофе и чем-то металлическим.

— Смотри, — Элара ткнула меня локтем в бок, указывая на возвышение в конце зала.

Там, в массивном кресле с высокой спинкой, сидел он. Айшир. Сегодня на нем был темно-бордовый сюртук, подчеркивающий его мощные плечи. Он лениво подпирал голову рукой, наблюдая за суетой адептов. Его взгляд медленно скользил по рядам, пока не остановился на мне.

Я почувствовала, как по коже пробежал мороз. Я демонстративно отвернулась и уставилась в свою тарелку с овсянкой, в которой плавали кусочки сушеных яблок.

— Ого, — прошептала Элара, замирая с ложкой во рту. — Ты видела? Он только что посмотрел в нашу сторону. И, клянусь всеми стихиями, он не выглядел довольным. Мелисса, ты точно ничего не сделала с его любимым подсвечником вчера?

— Я просто дышала в его присутствии, — буркнула я, ковыряя кашу. — Видимо, для господина ректора это уже преступление.

Завтрак прошел в напряженном ожидании. Я чувствовала его взгляд затылком, кожей, каждым волоском. Это было похоже на то, как если бы за тобой следил огромный кот, припавший к земле перед прыжком.

Когда колокол пробил начало занятий, мы вместе с толпой студентов потянулись к выходу. Моя первая лекция проходила в южном крыле, в кабинете, заставленном огромными колбами и механизмами.

— Итак, адепты, — Магистр Грох, приземистый демон с кустистыми бровями, ударил указкой по столу. — Сегодня мы проверим ваш уровень магического резерва. Каждый по очереди подходит к Кристаллу Истины и кладет на него руку. Если кристалл станет зеленым — вы целитель, синим — водник, красным — боевик.

Очередь двигалась быстро. Элара заставила кристалл вспыхнуть ярко-розовым, что означало предрасположенность к алхимии, и радостно запрыгала на месте.

— Следующая — Мелисса Стоун! — выкрикнул магистр.

Я подошла к постаменту. Кристалл, размером с человеческую голову, переливался всеми оттенками перламутра. Я протянула руку, стараясь не касаться его запястьем с кожаной лентой.

Но стоило моим пальцам коснуться холодной поверхности, как в зале наступила гробовая тишина. Кристалл не стал ни синим, ни красным. Он вдруг начал наливаться густой, непроглядной чернотой, из глубины которой вырвались всполохи алого пламени.

— Что это за чертовщина? — выдохнул Грох, пятясь назад.

В этот момент двери аудитории с грохотом распахнулись. На пороге стоял Айшир. Его алые глаза горели неприкрытым интересом, а на губах играла та самая опасная усмешка.

— Кажется, у нашей юной адептки слишком специфический резерв, магистр, — его голос пророкотал под сводами кабинета. — Я забираю её для личного тестирования. Живо.

Он кивнул мне, приказывая следовать за ним. Я стояла, не в силах пошевелиться, а за спиной слышала шепот Элары:

— Ну всё, Мелисса, теперь тебе точно конец

Голос Айшира, низкий и вибрирующий, пробирал до самых костей, заставляя замолчать даже самых отъявленных сплетников в аудитории. Магистр Грох суетливо вытирал платком вспотевшую лысину, провожая нас испуганным взглядом.

— Идите, идите, адептка Стоун, — пробормотал он, стараясь не смотреть на почерневший кристалл. — Против воли ректора... это самоубийство.

Я сделала глубокий вдох, пытаясь унять дрожь в коленях, и зашагала вслед за Айширом. Его широкие плечи, обтянутые дорогим сукном, казались незыблемой стеной. Мы шли по длинным, гулким коридорам, и каждый мой шаг отдавался эхом, словно я шла на казнь. Кожаная лента на запястье натянулась — браслет, заменявший обсидиан, едва справлялся с тем хаосом, что творился внутри меня.

— Вы решили устроить шоу в первый же день? — не оборачиваясь, бросил ректор.

— Это кристалл устроил шоу, — огрызнулась я, чувствуя, как вспыльчивость берет верх над страхом. — Я просто коснулась его, как и все остальные.

Айшир резко остановился и обернулся. Я едва не врезалась в его грудь, успев затормозить в последний момент. Вблизи он казался еще выше, а его алые глаза, подернутые дымкой безразличия, сейчас пристально изучали мое лицо.

— Обычные адепты не заставляют Кристалл Истины окрашиваться в цвет бездны, — он сократил расстояние между нами так, что я почувствовала запах горького шоколада и морозной хвои. — Вы — аномалия, Мелисса. Или вы очень искусно лжете, или ваша сила слишком... специфична для человеческой девушки.

Он протянул руку, и его длинные пальцы замерли в паре сантиметров от моей щеки. Я застыла, боясь пошевелиться. Метка на плече запульсировала с новой силой, посылая волны жара по всему телу.

— Что вы прячете под этой лентой? — его голос стал едва слышным шепотом. — Запах соли и змеиной кожи... Весьма старомодный способ скрыть то, что уже рвется наружу.

— Это просто семейный амулет, — я упрямо вскинула подбородок, глядя прямо в его пугающие глаза. — Моя бабушка — целительница, она помешана на защитных оберегах.

Айшир усмехнулся, и эта улыбка не предвещала ничего хорошего. Он не стал настаивать, лишь кивнул на тяжелую кованую дверь, у которой мы стояли.

— Заходите. Это моя личная лаборатория. Здесь мы проверим ваш «семейный амулет» на прочность. И учтите, Стоун: если вы решите снова съязвить, я заменю ваши практические занятия по артефакторике на чистку котлов в подземельях. Без магии.

Мы вошли в просторное помещение, заставленное стеллажами с диковинными предметами. Здесь пахло медью и старыми книгами. В центре комнаты стоял массивный стол, на котором покоился странный прибор, напоминающий песочные часы, наполненные ртутью.

— Руку сюда, — приказал ректор, указывая на чашу прибора.

Я колебалась. Мурзик предупреждал, что Айшир хитер, но я не ожидала, что он начнет допрос так быстро.

— Чего вы ждете? — он выгнул бровь. — Боитесь, что я узнаю вашу маленькую тайну? Или то, что ваша бабушка перепутала рецепт оберега?

Я стиснула зубы и сделала шаг к столу. В этот момент под моей мантией метка на плече буквально взорвалась багровым светом, пробиваясь даже сквозь плотную ткань. Ртуть в часах мгновенно закипела, а Айшир, вместо того чтобы отпрянуть, подался вперед, и я увидела, как его собственные зрачки на долю секунды превратились в вертикальные щели.

— Значит, всё-таки истинная невеста, — пробормотал он так тихо, что я могла это лишь предугадать по движению губ.

Он схватил меня за запястье, там, где была намотана лента, и я почувствовала, как его магия — темная, властная и неоспоримая — сталкивается с моей защитой, превращая её в прах. Лента из змеиной кожи лопнула с сухим треском, обнажая бледную кожу и черные нити метки, которые теперь яростно сплетались в сложный узор.

— Какая ирония, — произнес он, глядя на мою руку. Его лицо снова стало холодным и безразличным, но в глазах плясали искры торжества. — Прислать невесту демона в академию, которой правит сам демон. Ваша бабушка либо гений, либо совершенно лишилась рассудка.

Я дернулась, пытаясь вырвать руку, но пальцы Айшира сомкнулись на моем запястье подобно капкану. Его кожа была неестественно холодной, почти ледяной, и этот холод странным образом усмирял бушующее пламя моей метки, превращая невыносимый жар в тягучую, тяжелую пульсацию.