Анастасия Смирнова – Невеста демона. Заложница метки (страница 5)

— Отпустите! — выдохнула я, чувствуя, как по щекам разливается предательский румянец — не то от гнева, не то от опасной близости этого мужчины.

Ошметки змеиной ленты сиротливо валялись у моих ног, похожие на дохлую гадюку. Теперь, когда защита была разрушена, черные нити на моей коже ожили. Они медленно извивались, словно живые чернила, вырисовывая причудливый, пугающе красивый узор, который уходил вверх, под рукав мантии, стремясь к моему плечу.

— Отпустить? — Айшир приподнял одну бровь, и в глубине его алых зрачков мелькнула тень насмешки. — Чтобы вы разнесли мою лабораторию в щепки своим нестабильным даром? Посмотрите на прибор, Стоун.

Я невольно проследила за его взглядом. Чаша со ртутью, к которой я так и не прикоснулась, покрылась сетью мелких трещин. Сама жидкость застыла в причудливых острых пиках, застыв серебристым ежом. Воздух вокруг нас буквально искрил, а мои волосы, выбившиеся из косы, начали слегка приподниматься от избытка статического электричества.

— Вы — ходячая катастрофа, — констатировал он, медленно разжимая пальцы. — Невеста, которую забыли научить манерам и, что гораздо важнее, самоконтролю.

Я тут же отступила на три шага, судорожно прижимая к груди правую руку, стараясь закрыть обнаженную метку ладонью.

— Я не просила этой судьбы, — мой голос прозвучал резче, чем я планировала. — И уж точно не просила, чтобы моим... «суженым» оказался высокомерный демон, который ценит порядок выше живых людей.

Айшир невозмутимо подошел к столу и одним коротким пассом руки заставил ртуть снова осесть на дно чаши. Трещины на стекле затянулись сами собой, не оставив и следа. Он выглядел безупречно — ни один волосок не выбился из его прически, ни одна складка не испортила идеальный вид его бордового сюртука.

— Живые люди, как правило, не пытаются сжечь мою академию своим присутствием, — он обернулся ко мне, и его взгляд стал тяжелым, давящим. — Послушайте меня внимательно, Мелисса. Мне абсолютно всё равно, какие сказки рассказывала вам бабушка у камина. Мне не нужна невеста. Тем более — человеческая девчонка с повадками уличного сорванца и полным отсутствием такта.

Каждое его слово жалило, как удар хлыста. Я сжала зубы так сильно, что челюсти заныли. Значит, я для него — просто досадная помеха? Ошибка мироздания, которую он предпочел бы не замечать?

— Взаимно, господин ректор, — ядовито улыбнулась я, хотя внутри всё дрожало от обиды. — Считайте, что мы договорились. Вы делаете вид, что меня не существует, а я

— А вы, — перебил он, делая шаг в мою сторону, отчего тени в углах комнаты внезапно удлинились, — будете носить новый артефакт, который я лично изготовлю. И не вздумайте его снимать. Если кто-то узнает, кто вы на самом деле, последствия будут плачевными не только для вас, но и для всей вашей семьи. Связь с Принцем ада — это не повод для гордости, это клеймо, которое может стоить жизни.

Он подошел к одному из шкафов и извлек оттуда узкую полоску черного металла, усыпанную крошечными, почти невидимыми прозрачными камнями.

— Подойдите сюда. Живо.

Я нехотя подчинилась. Айшир взял мою руку — на этот раз осторожнее, но я всё равно чувствовала исходящую от него угрозу. Он защелкнул браслет на моем запястье. Металл обжег холодом, и в ту же секунду метка на коже поблекла, превратившись в едва заметный серый контур. Жар окончательно ушел, оставив после себя лишь легкую слабость.

— Этот браслет связан с моим резервом, — произнес он, не выпуская моей руки. — Он будет поглощать излишки вашей силы. Но помните: я буду чувствовать каждую вашу вспышку гнева. Каждое ваше нарушение правил. Я буду знать, где вы находитесь, каждую секунду.

— Это тюрьма, — прошептала я, глядя на черный ободок.

— Это единственный способ оставить вас здесь, — отрезал он. — А теперь идите. У вас через десять минут лекция по истории магии. И постарайтесь хотя бы там не вызвать демонический шторм.

Я развернулась и почти бегом бросилась к выходу. Мои пальцы коснулись тяжелой медной ручки, когда его голос догнал меня у самого порога:

— И передайте своему коту, Стоун... если он еще раз попробует пометить ковер в моей приемной, я превращу его в воротник.

Я вылетела в коридор, едва не сбив с ног какого-то несчастного первокурсника. Сердце колотилось в горле. В голове крутилась только одна мысль: он меня ненавидит. И, странное дело, от этой мысли мне было одновременно и легче, и почему-то бесконечно горче.

Но я справлюсь. Я — Мелисса Стоун, и никакой ледяной демон не заставит меня склонить голову. Даже если он — мой единственный шанс на спасение.

Коридор за дверью лаборатории казался бесконечным лабиринтом, наполненным шепотом портретов и сквозняками, которые пахли пылью веков и жженой магнезией. Я прислонилась лбом к холодной каменной кладке, пытаясь унять дрожь. Новый браслет на запястье не просто холодил — он ощущался как чужеродная, властная воля, обвившаяся вокруг моей кости. Тонкие прозрачные камни на черном металле мерцали едва уловимым алым светом, словно крошечные глаза самого Айшира, следящие за каждым моим вздохом.

— Ну и ну, — раздался вкрадчивый голос снизу. — Пахнет унижением и очень дорогой артефакторикой. Кажется, наш план «быть серой мышкой» накрылся медным тазом, украшенным фамильным гербом демонов.

Я открыла глаза и увидела Мурзика. Кот сидел на выступе статуи горгульи, обернув лапы пушистым хвостом. В его зеленых глазах плясали смешинки, смешанные с нескрываемым беспокойством.

— Он всё знает, Мурзик, — прошептала я, оглядываясь, не подслушивает ли кто из адептов. — Он надел на меня это клеймо контроля. Говорит, что чувствует каждую мою эмоцию.

— А я говорил, что этот рогатый индюк не так прост, — кот спрыгнул на пол, приземлившись совершенно бесшумно. — Но посмотри на это с другой стороны: если он тебя не испепелил на месте, значит, ты ему зачем-то нужна. Или его собственная метка настолько выкручивает ему нервы, что он просто боится совершить ошибку. Демоны первой крови очень трепетно относятся к своей шкуре.

— Ему не нужна «человечка», — ядовито процитировала я ректора, отталкиваясь от стены. — Он ясно дал понять, что я для него — дефектная деталь в его идеальном механизме академии.

Я зашагала в сторону аудитории истории магии, стараясь игнорировать то, как браслет слегка сжимается, стоит мне только подумать об Айшире с долей ярости. Это было невыносимо — знать, что в моей голове теперь есть незваный гость, который «снимает показания» моего настроения.

Зал истории магии находился в подвальном ярусе, где под сводчатыми потолками плавали тяжелые люстры с незатухающими свечами. Когда я вошла, аудитория уже была заполнена. Элара, заметив меня, яростно замахала рукой, призывая сесть рядом.

— Мелисса! — зашипела она, стоило мне опуститься на скамью. — Ты жива! О боги, посмотри на свои руки, они трясутся. Что он с тобой делал? Тестирование было болезненным?

— Он просто проверял мой резерв, — я быстро спрятала руку с браслетом под складки мантии, но Элара была слишком наблюдательной.

— Ого! Это что, стабилизатор из черного мифрила? — её глаза округлились. — Такие выдают только тем, у кого дар может разнести половину замка! Или подожди, это же личная работа ректора. Я видела такой же узор в каталоге его наград. Мелисса, ты понимаешь, что теперь на тебя будет смотреть вся женская часть академии? И смотреть не очень дружелюбно.

— Пусть смотрят, — я открыла тяжелый учебник, обтянутый кожей дракона, и попыталась сосредоточиться на тексте о войнах Шести Колец. — Мне плевать на их взгляды. У меня другая цель — выжить и не дать этому «принцу» повода запереть меня в башне.

Лекция тянулась невыносимо долго. Профессор Саркс, иссохший демон с голосом, напоминающим скрип несмазанных петель, монотонно зачитывал хроники. Но я не слышала ни слова. Моё внимание было приковано к браслету. Стоило мне расслабиться, как он становился почти невесомым, но стоило вспыхнуть раздражению на скрипучий голос профессора, как металл начинал едва заметно пульсировать, транслируя моё раздражение куда-то вверх, в самую высокую башню замка.

«Интересно, — подумала я с внезапным азартом, — а если я буду злиться специально? Хватит ли у него терпения чувствовать мою ярость круглые сутки?»

Я представила лицо Айшира в тот момент, когда его собственная метка начнет жечь его посреди важного совещания из-за того, что я решила повоевать с подушкой в своей комнате. На моих губах появилась невольная ухмылка.

— Стоун, — проскрипел профессор Саркс, внезапно прервав свою речь. — Поделитесь с нами, что так развеселило вас в описании Кровавой Жатвы двенадцатого века? Или ваш новый аксессуар на запястье наделяет вас особым чувством юмора?

По аудитории прокатился смешок. Демоны-старшекурсники с задних рядов начали откровенно пялиться на меня.

— Я просто подумала, магистр, что некоторые исторические личности очень напоминают современных ректоров, — ответила я, прямо глядя в мутные глаза профессора. — Столько же пафоса и такая же тяга к тотальному контролю.

В зале повисла звенящая тишина. Элара тихо охнула и втянула голову в плечи. Браслет на моем запястье внезапно обжег кожу сухим, предупреждающим жаром.

Где-то наверху, в тишине своего кабинета, Айшир наверняка сжал перо так сильно, что оно хрустнуло. А я, вопреки страху, почувствовала странное удовлетворение. Игра началась, и если он думает, что обсидиан и мифрил сделают меня покорной невестой, то он очень плохо знает женщин рода Стоун.