Анастасия Шолохова – Молк (страница 43)
Ревность и обида заслонили страх за будущее брата и сочувствие пропавшим детям. Девушка только сейчас поняла, что и ту, прошлую измену она так и не смогла простить.
«А он снова. Кобель!»
Женя взяла телефон, готовясь написать Петру все, что думает по поводу его поведения…
«А если я ошиблась?!»
Но ошибки быть не могло: девушка ясно видела улыбку Петра и ясно слышала произнесенное им имя «Саша».
— Даже если это не та Саша, — проговорила девушка в пустоту дома. — Какая разница? Но…
«Он будет отпираться. Конечно, будет увиливать. Значит, нужны доказательства».
В прошлый раз она застала его с поличным…
Женя хотела бы навсегда забыть прошлый раз.
«Жаль, я не могу прочитать его переписки, хотя…»
У Петра был ноутбук. Вполне возможно, с автоматическим заполнением паролей.
Женя вздохнула и направилась в дом жениха.
21
Фарид не знал, как долго находился без сознания. Может быть, полчаса, а может — несколько минут. Открыв глаза, молодой человек едва не застонал от нахлынувшей боли.
«Он не мог ударить меня, я ведь стоял к нему лицом…»
Фарид вдруг понял, что во время его разговора с директором в чулане кто-то находился.
«Да, этот второй, которого Рома не узнал».
Сквозь щели в двери проникали тонкие полоски света. Фарид попытался подняться. К боли тотчас же прибавилась тошнота.
Молодой человек подполз к двери. Первым желанием было начать барабанить по ней, требуя свободы.
«Но что толку? Если они и откроют дверь… Убьют меня».
Фарид прислушался.
— Как ты не понимаешь, — весело говорил кому-то Александр Евгеньевич. — Их должно быть ровно семь. Ни больше ни меньше. Мы же с тобой не план перевыполняем. Я сразу понял, что нам нужен не тот мальчишка, как только Вадик мне свой сон поведал. О, сны — великая вещь! И я ведь напоил Вадика настойкой с нашим медом, да! Восточный бог выбрал себе другую седьмую жертву.
— Можно было просто закопать его, — возразил собеседник. — Тогда это считаться не будет.
Фарид прижался ухом к двери, узнав голос говорившего.
«Петя?! Да как же ты?!»
— Пожалуй, ты прав… Но что ж теперь сетовать, да?
— Да… А с ним что?
— А ты сильно его?
Фарид понял, что разговор идет о нем.
— Сильно. Но, может, он и жив. К вечеру оклемается.
— Нужно, чтоб не оклемался. Петь, глянь его…
Фарид переполз в глубь чулана и лег на живот.
Дверь раскрылась.
«Не торопиться. Когда он подойдет ближе и наклонится».
Но Петр наклоняться не собирался. Издалека на Фарида обрушился сильнейший удар.
— Сука! — обычно культурный Фарид не смог сдержать крика.
Вскочив, он увидел, что в руках у Петра был муляж копья — муляж показывали школьникам на экскурсии и даже давали подержать.
— Сам такой, — усмехнулся Петр. — Не лезь в историю.
Фарид бросился на Петра. Тот метнул в него копье.
Копье Фарид отбил, но время было потеряно: Петр успел захлопнуть дверь и сейчас запирал ее снаружи.
— Что теперь делать?
— Петя, знаешь, что иногда случается? Иногда случаются пожары. И люди гибнут в них.
— Понял, Саш, — коротко ответил Петр.
Фарид вспомнил, что в кармане у него лежит телефон. Неверными движениями он выудил гаджет из заднего кармана брюк.
Сеть показывала одну «палочку».
Краем глаза Фарид заметил лежавшую в углу чулана одежду. Осветил фонариком.
Он узнал Сережу, несмотря на то, что лицо мальчика было основательно заляпано кровью. Фарид опустился на колени возле трупа, продолжая освещать его.
— Этого не может быть… — Молодому человеку уже приходилось видеть смерть. И престарелых родственников от болезней, и незнакомых людей в автомобильных авариях. — Да что же вы… Твари!
Фарид отпрянул, чувствуя, как снова подступает тошнота. И гнев.
Щель между дверью и полом чем-то прикрыли. В тишине Фарид слышал, как полилась какая-то жидкость.
«Сейчас он ее подожжет!»
22
Ноутбук тихо зашипел. Женя оглядывала комнату. Мать Петра вышла второй раз замуж и переехала в одну из станиц. Женя радовалась переезду, предвкушая, что теперь они с «ее Петей» будут жить вместе. Только вот «ее Петя» этого как будто не хотел.
«Он как-то все время ускользал».
Она оставалась на ночь довольно часто, но никогда не интересовалась книгами Петра.
Полку с художественной литературой составляли книги Гоголя, Булгакова, Лавкрафта (Женя поморщилась — она совершенно не понимала творчества этого автора), По, Хайнлайна и еще нескольких писателей (судя по обложкам, фантастов), имена которых девушке абсолютно ничего не говорили.
Нон-фикшн был представлен книгами о развитии мировых религий и несколькими биографиями маршала Тухачевского. Кроме того, тут находились труды по истории Красногвардейска: еще советские, за авторством Я. З. Даурова, и современные — А. Е. Аникишина.
«А, это этого».
Закладкой одной из книг служила фотография: радостно улыбающийся Петр пожимал руку радостно же улыбающемуся Александру Евгеньевичу.
Женя вспомнила, что в прошлом году Петр приглашал ее на какое-то мероприятие в городской библиотеке. Она не пошла. Директор музея почему-то не нравился ей еще со времен школьных экскурсий.
«Он скользкий какой-то. И по характеру. И вообще, как рыба».
Но вот Петр, кажется, был от Александра Евгеньевича в восторге.
Также на полке стояли «Скульптура из твердых материалов», «Техника обработки скульптуры из камня» и еще несколько учебников по рисованию.
«Я не знала, что Петя интересуется творчеством».
Под книгами лежало несколько папок. Женя достала их.