Анастасия Шерр – Пленница мафиози (страница 3)

Через стекло я следила за другими машинами. Люди Росси не праздновали победу и не разговаривали громко. Передний внедорожник дважды менял маршрут, водитель проверял зеркала, мужчина рядом с ним постоянно слушал рацию. Нападение на усадьбу оказалось не вспышкой красивого безумия, а частью давно подготовленной операции против Виктора. Только моё присутствие в машине не входило ни в один план. Он создал новую проблему и, судя по лицу, не жалел об этом ни секунды.

— Что именно украл Виктор?

— Деньги из совместного проекта. Восемнадцать миллионов евро ушли через подставные фирмы. Когда мои люди прижали его к стене, он показал бумаги на терминалы и пакет акций твоей матери. Утверждал, что через месяц получит управление и закроет ими долг.

— Он не мог получить управление без моей подписи.

— Именно поэтому торопил свадьбу.

В животе сжалось. Отец уверял, что Виктор спасает холдинг из дружбы и любви ко мне. Маттео рассказывал другую версию, в которой я была не молодой женой и не будущей наследницей, а ключом к активам. Я не хотела ему верить. Удобно было представить себя спасителем, когда похищаешь девушку у такого, как Волгин.

— Даже если всё так, какое отношение это имеет к тебе? Ты приехал за деньгами. Забрал бы Виктора, документы, его дом. Почему схватил меня?

Маттео откинулся на спинку и несколько секунд молча разглядывал. Взгляд скользнул по лицу, задержался на губах, опустился к открытым плечам. Я подтянула верх платья, хотя он и так держался плотно.

— Ты осталась у алтаря, когда все побежали.

— Я уже сказала. В этом платье сложно бежать.

— Другие нашли способ. Твой жених спрятался за гостем, отец ушёл в дом. А ты стояла и смотрела на меня так… Ты была готова защищаться и меня это слегка позабавило.

— И поэтому ты решил меня украсть?

— Сначала решил посмотреть ближе. Потом ты заговорила. Стало хуже. Или лучше… Как знать, — он задумчиво глянул в окно. — Право первой ночи я забрал у твоего жениха. И он ничего с этим не поделает.

Он произнёс это без стыда. Будто желание взять женщину, как вещь, было неприятной особенностью характера, с которой окружающим приходилось мириться. Я отползла к другой двери и обняла себя за плечи. Кондиционер работал слишком сильно, но дрожала я не из-за холода.

— Твоё имя Маттео Росси. Что ещё я должна знать?

— Пока достаточно.

— Ты мафиози?

— Удобное слово. В России им называют любого итальянца с охраной. Но я не буду скрывать. Я глава крупного синдиката.

Он ответил почти лениво, но люди впереди замолчали при одном движении его руки. Отшутиться у Маттео не получилось. Я уже видела, как быстро он подчинил себе чужую охрану и как спокойно увозил меня из закрытого дома. Как бы ни называлась его организация, обычным бизнесменом он не был.

А синдикат может заниматься чем угодно. Даже криминалом. И скорее всего так и есть.

— Нормальные итальянцы не врываются на свадьбы.

— Нормальные люди не воруют у меня восемнадцать миллионов.

— Я у тебя ничего не брала.

— Знаю.

Он не отвёл взгляда и не смягчил голос. Моей невиновности хватало, чтобы не считать меня частью долга, но не хватало для свободы. В этом и заключалось всё его безумие.

— Тогда отпусти.

— Нет.

Ответ прозвучал сразу. Ни сомнений, ни попытки придумать оправдание. Я ударила ладонью по перегородке.

— Остановите машину! Меня похитили! Вызовите полицию!

Водитель не обернулся. Мужчина рядом с ним продолжил говорить по рации. Я ударила ещё раз, громче, потом повернулась к Маттео.

— Ты не можешь просто забрать меня, потому что я понравилась.

— Уже забрал.

— Я не буду с тобой спать.

— Я понял.

— Тогда что значит твоё право первой ночи?

Маттео провёл большим пальцем по нижней губе и посмотрел в окно. На несколько секунд мне показалось, что ему стало неловко. Но такие люди, наверное, не знали этого чувства.

— Я хотел унизить Виктора перед его гостями. Он месяц рассказывал, что купил молодую невесту, которая принесёт ему акции и наследника. Хотел, чтобы он понял, как легко теряет то, что уже считал своим.

— Значит, я была способом его унизить.

— В первую минуту да.

Признание прозвучало настолько буднично, что стало мерзко. Маттео даже не пытался убедить меня, будто с первого взгляда увидел что-то особенное во мне. Сначала я была ударом по самолюбию Виктора, красивой вещью, которую можно отнять на глазах у хозяина. Всё остальное началось уже после.

— А сейчас?

— Сейчас ты сидишь рядом и споришь со мной, хотя боишься. Мне это нравится.

— Мне плевать, что тебе нравится.

— Уже заметил.

Я отвернулась. Машина выехала на трассу, две другие держались впереди и сзади. Дорогу запоминать не получалось. Я не знала, из какой части области мы выехали, а телефон остался в доме Виктора. Сумки, деньги, документы, всё было там. На мне оставались только свадебное платье, туфли и украшения, которые Волгин наверняка потребовал бы вернуть. Ну раз со свадьбой не вышло.

Через сорок минут кортеж свернул к пятизвёздочной гостинице в центре города. Я приготовилась кричать, но машины не подъехали к главному входу. Шлагбаум подземной парковки открылся заранее. Мы спустились на закрытый уровень, где не было чужих автомобилей, камер с привычными красными огоньками и случайных людей. Возле служебного лифта ждали управляющий и двое охранников.

Маттео вышел первым и протянул руку. Я прижалась к сиденью.

— Не трогай меня.

— Тогда выходи сама.

Я медлила, надеясь, что управляющий заметит мой вид и задаст вопрос. Мужчина в сером костюме смотрел в пол. На лацкане блестел значок с буквами RHC. Та же эмблема была на стене парковки и папке в руках Маттео.

— Вам известно, что меня привезли сюда против воли? — спросила я громко.

Управляющий побледнел, но ответил ровно. Глаза он так и не поднял, а пальцы сильнее сжали папку. Видимо, эту фразу ему приказали повторять при любых вопросах.

— Господин Росси является владельцем закрытого этажа. Все распоряжения по его размещению передаются через службу безопасности.

— Я спросила не об этаже. Вызовите полицию.

Управляющий посмотрел на Маттео. Этого было достаточно. Я рванулась к лестничной двери, но дорогу перекрыл светловолосый охранник. Ожидала, что он схватит меня, но он просто встал перед выходом, и я остановилась в нескольких сантиметрах от его груди. Мужчина в сером костюме остался возле лифта, делая вид, что происходящее его не касается, хотя пальцы на папке нервно подергивались.

— Отойдите.

— Простите, госпожа Вернадская. Вам нужно подняться наверх.

— Вы русский. Вы понимаете, что совершаете преступление? — ну же, дорогой! Включи совесть! Забери свою душу обратно у этого…

Лицо охранника не изменилось. Маттео подошёл сзади. Я слышала его дыхание у себя за спиной и понимала, что он снова перекрыл единственный путь к побегу.

— Отель принадлежит компании моей семьи, — сказал он. — Этот уровень и верхний этаж закрыты для постояльцев. Здесь никто не будет задавать вопросы.

— Очень удобно для похищений.

— Раньше такого не случалось.

Я резко развернулась и влепила ему пощёчину. Звук разнёсся по пустой парковке эхом. Охранники напряглись, управляющий отступил, а Маттео медленно повернул голову обратно. На щеке проступил красный след. Я ждала удара, захвата, приказа скрутить меня. Он лишь провёл языком по внутренней стороне щеки и нажал кнопку лифта.

— Ещё раз ударишь, я накажу тебя, белла.

— Ненавижу тебя.