Анастасия Салверис – Белая ворона (страница 20)

Первую неделю я жила, не высовываясь, стараясь хоть немного обдумать свой план. Получалось так себе. Я ведь даже в городе не была, да что там, в городе, я на улицу-то лишь однажды выскочила. Хотела осмотреться. На улице было холодно, и я куталась в шаль, принесенную для меня драконом. Дом с улицы выглядел совсем крошечным, а мое окно и вовсе терялось в скалах. И не увидишь, если не знаешь. Интересно, если в окне зажечь свечу, будет видно, или свет отразится в камнях так, что затеряется?

– И куда ты выскочила осенью в одном платье? – услышала я холодный голос змея со спины. Подойдя вплотную, он взял меня за плечо и повел обратно в дом, как сбежавшую пленницу. – Это тебе не юг, птичка. Здесь зима не опаздывает, а приходит заранее.

– Я всего лишь хотела посмотреть на твой дом, – ответила я, пытаясь вырваться из железной хватки, но он сжал руку чуть сильнее. Еще не больно, но уже понимаешь, что трепыхаться бесполезно.

– Посмотрела? – я кивнула, не рискнув отвечать вслух. – Так сиди в нем и не высовывайся. Будешь вот так выскакивать на улицу – заболеешь. Ты нужна мне сильной.

– Да зачем я тебе? – вырвалось у меня раньше, чем я успела себя одернуть.

– Любопытство съедает, птичка? – голос был мягким, бархатным, но от этого только более опасным. Мы стояли на улице, не дойдя до порога несколько шагов, и осенний ветер неприятно холодил мне голые щиколотки. – Это дела драконов, и не тебе, человечишка, о них думать.

– Но я ведь нужна тебе, зачем? – упрямо повторила я.

– Придет время, и ты узнаешь, – я перешагнула с ноги на ногу, пытаясь согреться, чем привлекла внимание дракона. – Но с такими выходками можешь и не дожить, – устав со мной спорить, змей закинул меня на плечо и затащил в дом.

А к вечеру я поняла, что дракон оказался прав и я действительно заболела. Хотя, возможно, мой организм просто смертельно устал бороться.

Глава 9. Джордж. Безумный бег

Ночь. Рассвет. Полуденный зной. Закат. И снова ночь. Я не знаю, сколько дней я гнал коня как сумасшедший. Едва на небе показывалась преследуемая мною звезда, я не отрывал от нее взгляда. Это была словно единственная точка опоры в моем пошатнувшемся мире. Я не останавливался, не ел и практически не спал. Стоило мне закрыть глаза, как перед ними возникало ее лицо.

– Я люблю тебя, – шепотом проносилось в моей голове, и она делала свой прыжок. Тысячу тысяч раз я видел, как она срывается вниз. Но самыми страшными снами были вовсе не те, где она разбивалась, а те, где я успевал ее ловить. Они были ужасны, потому что, проснувшись, я понимал, что это неправда. Что в настоящем я не успел. Что я позволил ей сделать это с собой. И это моя вина и ничья больше.

Едва открыв глаза, я вскакивал обратно на спину изможденного животного и гнал его дальше. Но это не могло продолжаться вечно.

Дождь пошел еще с вечера. Мы насквозь проехали какую-то очередную деревню и умчали вперед. Тучи закрыли мой ориентир, но он мне был и не нужен. Я знал, куда ехать. Чувствовал, словно север звал меня домой. Конь в очередной раз шумно всхрапнул, дернув головой.

– Давай, еще немного. В следующей деревне отдохнем, – бормотал я, точно в бреду, обещая бедному коню нормальный отдых. Но я лгал. Я говорил это много раз, и еще ни разу за весь этот сумасшедший бег мы нормально не останавливались в поселениях. Дождь становился все сильнее, и видимость была все хуже. Конь уже несколько часов шел каким-то деревянным ломаным шагом, а его дыхание все чаще срывалось на хрипы. По спине и груди животного ручьями стекал пот. Вдруг резкий удар вышиб меня из седла. От усталости не успевая сообразить, я сгруппировался только в последний момент, и поэтому удар пришелся неудачно. В бок. Меня еще пару раз перекрутило по инерции, и я замер. Конь лежал дальше и тяжело дышал. Он споткнулся на полном ходу. Приподнимаясь на локтях, я посмотрел на коня и понял, что он уже не встанет. Глаза стеклянные, ноги беспорядочно шарят по земле, будто он пытается ими управлять, но потерял их. Тяжелое дыхание. Что же я с тобой сделал… Я встал, пошатываясь после удара, и подошел ближе. Сел на колени возле коня и погладил его по морде. Медленно начал снимать с него сбрую, седельные сумки. Седло просто срезал, так как конь лежал на боку, и я все равно не смог бы его стащить. Пока я все это делал, дождь прошел, и небо разъяснилось. Хриплое дыхание становилось все реже, пока не прекратилось вовсе. Безумный бег закончился. Я остался один. Я и вечерняя звезда.

Закинув сумки на плечи, я пошел вперед. Стоило добраться до ближайшего населенного пункта. Наконец выспаться, поесть и обдумать план. Бок саднил. И если поначалу я не обращал на него особого внимания, то уже через пару часов я начал ощутимо хромать. Что могло быть глупее, чем вот так сорваться вперед, не думая о том, куда и как я еду? Княжич? Будущий хранитель севера? Мальчишка, испугавшийся собственной вины, – вот кто я такой. Можно, конечно, сказать, что все дело в пережитой войне. Что страх потерять то единственное по-настоящему светлое, что у меня было, затуманил мой разум. Но на самом деле я просто никогда не принимал решений. Я отличный исполнитель. Солдат, четко выполняющий свой долг. Но вот стоило мне пойти по своему пути, как все рушится. Так нельзя. Нужно собраться и найти решение, а не страдать о том, что нет человека, который все решит за меня и просто отдаст приказ.

Словно откликаясь на мои мысли, впереди показались огни какого-то поселения. Я решил, что это хороший знак, и, приободрившись, пошел к нему.

– Чего тебе? – не слишком приветливо пробасил трактирщик, стоило мне подойти к стойке небольшой таверны. В общем зале было пустовато, но оно и не удивительно. Время было уже позднее, а городишко этот, который на поверку оказался просто разросшейся деревней, не особо пользовался спросом у туристов. – Ну так и?.. – поторопил меня с ответом мужчина, одергивая от разглядывания убранства.

– Я хочу снять у вас комнату и велите подать ужин через полчаса, – привычно сказал я. Мне не впервой было ночевать не дома, хотя обычно распределением и организацией занимались другие люди. Грубоватый смех трактирщика заставил меня немного напрячься, и рука сама легла на эфес меча.

– Шутник, – отсмеявшись, подвел итог мужчина. – А вина заморского да девок покрасивше вам не подать? Комната есть. Одна. А ужинают у нас все в общем зале.

– Пусть так, – кивнул я и забрал ключ в обмен на монеты. Мужчина ловким движением укусил золотой кругляш и, удовлетворившись результатом, заметно повеселел.

– Агашка! – заорал куда-то за спину хозяин заведения, а я снова вздрогнул. Мне определенно нужно поспать. – Проводи гостя в комнату.

Из приоткрытой двери смежного помещения к нам выскочила маленькая юркая девушка. Она потупила глаза в пол и скромно скомкала в руках фартук. Я улыбнулся ей, и девушка зарделась еще сильнее.

– Ты это… – вдруг прокашлялся трактирщик. – Девку мне не попорть.

Да за кого он меня принимает?

– Не волнуйтесь, – с абсолютно спокойным лицом, не выдающим бурю, клубящуюся внутри, ответил я и пошел следом за девушкой.

Освежившись и переодевшись в чистую рубашку, я спустился в общий зал. Здесь стояло пять круглых потертых столов, большой каменный очаг, из которого приятно тянуло жаром от тлеющих углей, лестница наверх и грубовато сколоченная стойка, у которой я уже был. Комнат наверху было всего четыре, и я подозреваю, что как минимум одну из них занимает хозяин.

Пока я размышлял, все та же девушка поставила мне на стол тарелку с чем-то наваристым и довольно аппетитно пахнущим. Но названия этого блюда я не знал.

– Агашка, – мягко окликнул я ее.

– Агая, господин, – поклонилась она, поправляя меня почти шепотом. – Чем-то помочь?

– Скажи мне, что это за город, и не видела ли ты ничего необычного в небе пару дней назад? – пока я был в комнате, я уже успел достать карту и примерно прикинуть, где я. Однако стоило уточнить.

– Это Каравайи, господин. Мы тут хлеб растим, – с какой-то гордостью произнесла девушка. – А на небе… Даже не знаю, – она задумалась, силясь что-нибудь вспомнить, но в итоге лишь сокрушенно покачала головой. – Нет, господин. Я ничего не видела и не слышала. Да я и на улицу-то выхожу, только чтобы воду принести да ведра вынести.

– Хорошо, спасибо, – кивнул я и дал ей серебрушку за помощь. – А коня в ваших Каравайях купить можно?

Девушка подробно описала мне, где здесь конюшни, и после ушла, оставляя меня одного. Совсем одного. В зале помимо меня уже никого и не было, а за окном снова пошел дождь.

Этой ночью я на удивление хорошо спал. Видимо, сказалась общая усталость, однако отдохнувшим я себя не чувствовал. Найдя конюшни там, где и описала мне Агая, я окликнул хозяина. Он оказался совсем неподалеку. Пожилой, очень высокий мужчина с длинными висячими усами, которые делали его, по ощущениям, еще выше и вытянутей, вышел мне навстречу.

– Лошадушку присматриваете, господин? – скрипуче спросил он, отставляя вилы в сторону.

– Мне бы кого покрепче да побыстрее.

– Покрепче да побыстрее, – пробормотал старик и оглядел свои владения. Лошадей было всего пять, и они еще стояли в стойлах, но хозяин осматривал конюшню так, словно их у него сотни. – Есть один. Вихрь.