Анастасия Рубцова – Разбитый лёд (страница 2)
– Позавчера, Алёша.
Он усмехнулся. Оглядел рабочий развал в боксе. Заказ подождёт пару часов.
– Хорошо, Аля. Я сейчас приму душ, оденусь, и мы поедем в ЗАГС. Сегодня среда – они как раз принимают заявления. У тебя же с собой паспорт, как всегда?
– Да, – медленно проговорила она, не решаясь ни уточнить, ни высказать свои мысли. Но он их угадал.
– Я люблю тебя, ты это знаешь. Мы с тобой и так вместе. Что изменит штамп? Но если ему надо, пусть это будет сейчас.
– Не хочу подставлять тебя, – прошептала она.
– Глупости.
Алексей коротко поцеловал её:
– Подожди меня, мне хватит двадцати минут…
Алина села на старый промасленный диван. И погрузилась в работу: со всеми сегодняшними переживаниями она не проверила отчёт финансового отдела, не отправила свои исправления по сделке с «Техинвестом» юристам. О! Ответили из китайской корпорации, с представителями которой она встречалась на техническом форуме. Если разговорный китайский она уже знала неплохо, то письменный пока оставался на невысоком уровне. Всё равно сначала письмо она прочитает сама, потом переправит переводчикам – чтобы уж точно не упустить деталей. Именно от перевода и отвлёк её вернувшийся Алексей:
– Едем?
Им удалось очень быстро подать заявление, назначить день свадьбы. Понимая, что сейчас просто завертится всё так бешено, что не будет ни минуты свободного времени, Алина уговорила Алёшу уехать к озеру – хотя бы на время обеда побыть вдвоём. А потом и в самом деле всё завертелось…
Сергей Борисович понёс распечатывать бумаги, в кабинет вошла личная помощница Алины Сергеевны, расставила чашки, разлила чай и кофе. Мужчины молча пили предложенные напитки. Алина к ним не присоединилась. Потом в такой же тишине подписали бумаги.
Юрист и адвокат ушли. Молодые люди остались одни.
Алина наконец-то села за стол. Собрала подписанные бумаги. Надо работать.
– Иди, Кирилл, – подняла она него взгляд. – У меня встреча на производстве через сорок минут, потом я поеду к переводчикам. В двадцать часов приём у главы района в честь дня города, там и объявят нашу помолвку. Да, вот!
Алина взяла из ящика и протянула ему платиновую банковскую карту. Кирилл вспыхнул:
– Я зарабатываю!
Девушка устало и измученно посмотрела ему в глаза:
– Пожалуйста, Кирилл. У меня нет ни времени, ни сил ходить вокруг тебя кругами, уговаривать и убеждать. Я не пытаюсь унизить тебя. Ты знаешь, мне нужна твоя помощь. И в том числе ты должен выглядеть соответствующе и в определённом ценовом коридоре… Мне некогда этим заниматься. Но Людмила пригласила консультанта, который поможет создать тебе стиль, образ, подберёт одежду, обувь и прочее. Карта – часть имиджа. Мне до этого нет дела, но в нашем обществе, в кругах моего отца…
И опять повисшая пауза. Кирилл внимательно вгляделся в черты подруги. Невесты. Измученная, опустошённая.
– Я понял. Прости. Постараюсь не доставлять тебе лишних забот.
Кирилл убрал карту в карман.
– А ты?
Оба понимали, что вопрос не об одежде, не о приёме.
– У меня встреча на производстве. Потом переводчики. Потом мы едем на приём.
Голос, лишённый эмоций, информатор ежедневника.
Кирилл смотрел на неё пристально, с заботой, с жалостью – это вывело её из состояния «замороженности». Глаза яростно вспыхнули, руки смяли подписанные документы:
– Не смей жалеть меня!
Кирилл телом подался к ней, но она и это запретила:
– Не приближайся!
Снова повисла тишина. Яростная, звенящая, впервые за это утро переполненная эмоциями и болью. Но вспышка словно показала ей и остальной мир – вокруг неё люди. Тоже со своими чувствами и желаниями. И она не может не чувствовать их. Да, ей только сложнее от эмоций Кирилла. Но… Алёша ведь и его друг. Был. Ему тоже тяжело. Не только ей.
Алина закрыла глаза, едва справляясь с нахлынувшими слезами. Дышать! Через минуту Алина выдохнула и прошептала:
– Прости!
Кирилл налил воды в стакан, передал ей, старательно избегая сближения и прикосновений:
– Я просто хотел помочь.
Внешне она снова была спокойной, голос больше не дрожал, из глаз ушла ярость, высохли непроявившиеся слёзы. Алина смотрела на него пристально, изучающе, старательно отвлекая себя от эмоций. Молодой, симпатичный художник. Даже в этот пафосный офис он пришёл в драных джинсах и толстовке. На правом запястье – следы масляной краски: писал картину, не иначе. Тени под глазами – не спал ночь. Она ещё из старшей школы помнила, что, увлёкшись, Кирилл забывал обо всём. Вот и сегодня. Девять утра – точно не его время. Наверное, и не спал, и не завтракал. Но это его жизнь. Ей надо другое от него.
– Ты помогаешь. Тем, что согласился на этот контракт. Он же ТЕБЯ связывает по рукам и ногам, не меня. Но сейчас я не вижу другого выхода. И, Кирилл, я тебя очень прошу – никаких надежд на сближения и чувства. Если ты не готов жить рядом с камнем, то давай всё сейчас разорвём.
Теперь молодой человек отошёл к окну, у которого она стояла большую часть времени. За окном – всё более оживляющийся деловой центр города. Всё меньше становится мест для парковки вдоль тротуаров, всё больше «клерков», мчащихся по своим делам. Жизнь идёт. Никому и ни до чего нет дела.
Камень… Если бы. Тогда не было бы этого внезапного контракта. И не ему предложила бы Алина фиктивный брак. Он вообще ни с какого ракурса не вписывается в её жизнь.
– Я готов, Алина. Пусть. Зато ты спонсируешь моё творчество…
Она смотрела на его спину. Кирилл не оборачивался.
Если бы она знала другой выход!!!!
Одна надежда, что хотя бы Кириллу сможет помочь реализоваться.
– Завтра девятый день, – проговорил он.
Алина снова закрыла глаза.
– Иди один. Я… сегодня объявление о помолвке. Если я завтра приду туда, опять возникнут вопросы. Не для того я…
Кирилл обернулся, но не повторил ошибки – не подался к ней, не посмотрел сочувственно. Алина смотрела в стену. Теперь он отвёл глаза.
Им обоим тяжело. Но не те у них отношения, чтобы он мог реально поддержать её. И она права – его эмоции раскачивают её. А сейчас ей понадобятся все силы. И никто не должен об этом догадываться.
– Алина Сергеевна, – раздался голос Людмилы из селектора, – вас ждут на производстве.
Алина очнулась. Встала. И без слов вышла из кабинета, даже не посмотрев на жениха.
Глава 2
Они сидели, обнявшись, на веранде кафе. Вечерняя прохлада после жаркого дня принесла с собой и тишину. Здесь, в парке, не слышался уличный шум, деревья приглушали и яркое световое одеяние летнего города. В середине рабочей недели поздно вечером посетителей тоже было немного. Алина положила голову на плечо Алексея, прикрыла глаза и словно плыла куда-то, покачиваемая в его объятиях, укутанная родным запахом и теплом. Было так уютно и спокойно, что не хотелось ни говорить о чем-либо, ни думать. Алёша, словно угадал её мысли:
– Не думай ни о чём, родная. Отдыхай. Всё завтра. Наймём в агентстве организаторов – пусть у них голова болит. Так и скажем, чтобы все детали решали сами. Ты же не хочешь этим заниматься?
– Не хочу, – тихо проговорила она. – Главное, чтобы было ярко и пафосно, чтобы всех нужных гостей пригласили. Чтобы у отца не было ни одного шанса… Мне это всё не надо. Пусть хоть что делают и придумывают!
Начав говорить, она всё-таки распалилась. Алёша прижал её и заставил замолчать поцелуем. Страсть и нежность, переплетаясь, захватили обоих. Нехотя, он оторвался от неё. Оба часто дышали. Алина не в силах была разжать рук, уткнулась снова ему в плечо.
– Как хочешь, так и будет, – снова успокоил её Алексей. – Перед Богом ты мне жена. А люди… Ну, хотят зрелища, пусть получат его. Один день нам это перетерпеть. Но неужели ты даже платье не хочешь сама выбрать?
Он коварно усмехнулся. Какая же девушка откажется от вдумчивого выбора свадебного платья? Но ошибся.
– Хочу, – тихо засмеялась Алина. – Но не для себя. Для публики – попышнее да повычурнее. Выберу. Ты прав.
Ей действительно было это неважно. Свадьбу она не планировала. Такую, какую сейчас вынуждена проводить. Она вообще мечтала о тихой церемонии для двоих. И Алексей это знал.
Они снова замолчали, обнявшись. Тихо стрекотали какие-то насекомые, под фонарём клубилась мошкара, но мелкая, не надоедливая. Им не докучали ни мухи, ни комары. Идеально! Так бы и сидеть вдвоём вдали от мира. Но почему только сидеть? Алина сама потянулась к Алёше за поцелуем. Губы ласкали друг друга упоённо, нежно, дразня и обещая большее.
– Пошли домой! Не могу больше! – хрипло прошептал Алексей, подхватил её, закружил…
От головокружения она и проснулась.
Ночь. Тишина городской квартиры. Она одна…
Алина сразу поняла, где она и что она. Не было даже паузы в сознании, дарящей смутное ощущение присутствия любимого человека. Его нет! Она одна. Навсегда теперь одна.