Анастасия Привалова – Юлия Хот – повелительница? Книга 2 (страница 7)
Расон кивнул и быстро удалился выполнять поручения. Мужчина остался с безмолвной Юлей наедине. Вынимая поверхностные стекла, Хамина вдруг одолела такая апатия и явно почувствовалась неприятная горечь в душе. Непонимания и потрясения от случившегося грозило безвыходность ситуации. Мужчина не пытался объяснить себе поведения жены, хотя мозг в шоке искал именно причины, чтоб оправдать результат. Все тяжелые и гнетущие эмоции вновь и вновь возвращали его к поиску этих несчастных причин. Стеклышко за стеклышком изымались из окровавленных ног, они становились все мельче и многочисленней, словно старались продлить испытания, заставить все больше поражаться поступком, искать доказательства и оправдания. Душа все металась, осуждая или жалея пострадавшую. А иногда и все сразу.
А как иначе? Он любил свою жену и не мог не сопереживать. Не мог заставить свое сердце не обливаться кровью. Когда утром Хамин покидал спальню, слышал ее бесслышные стоны во сне. Ее глаза были все еще закрыты, он ничего не спросил, не узнал. Почему? Потому что отлично знал о причине недомогания. Знал, уже видел. Каждая беременность Юлии сопровождалась головными болями. Отмучавшись девять месяцев, она ненавидела причину своего мучений. Их второго мальчика, Юля приказала забрать того и отныне не беспокоить тяготами материнства. Отчасти Хамин понимал, что это не правильно. Но разве он мог что – то сделать? У него было достаточно ресурсов, чтоб вырастить своего наследника и не беспокоить Юлю своими претензиями.
И мозгов у него хватало, чтоб изначально заметить сложный характер жены, его и покорила ее уверенность, независимость, хладнокровие. Ей никогда никого не было жалко и даже себя. Действуя импульсивно, на своих сиюминутных эмоциях нередко она шокировала его и всех окружающих. Беременность лишь оголяла ее безбашенность. Создавалось ощущения, что ее организм принимался, рьяно катится в сторону саморазрушения.
Дверь открылась, слуга и Расон вошли вовнутрь с тазами воды. Хамин не поднял на них глаз, продолжал справляться с ногами жены, пребывая в прескверном состоянии.
– Молодцы, – шепнул равнодушно он и потом коротко бросил: – Можете идти.
Женщина заинтересованно оглядела ступни повелительницы, неуверенно отступая назад.
– Если хоть одна душа об этом узнает, работа в замке для вас будет окончена навсегда, – холодно бросил Хамин и красноречиво посмотрел в глаза слуге.
Женщина согласно кивнула и быстро покинула комнату. После этого Хамин отвлекся, нагнулся и помыл руки в одном из тазов, вытер белым полотенцем, которое тоже принесли.
– Расон, ты тоже можешь идти, – проговорил Хамин и принялся за работу вновь. – Как только врач прибудет в замок, сразу же отправь его к Юле. Пусть изначально подпишет все бумаги о неразглашении. Объясни ему серьезность своих подписей.
– Будет сделано, – преданно выговорил Расон и тоже нехотя покинул спальню.
Хамин снова остался наедине со своими мыслями. Звенящая тишина только способствовала размножению голосов в голове, размножению непрошенных эмоций. К концу процедуры Хамин почувствовал полное опустошения. Не такое уж энергозатратное дело отняло у него много сил. Однако время пришло будить Юлю и выяснять ответы на свои вопросы, хотя не осталось внутренних ресурсов обработать полученную информацию. Надежда оставалась только на приобретенное спокойствия той стороны, которая жаждала достоверных ответов. Но принесет ли ему это долгожданное облегчения?
Он дотронулся ладонью до лба жены и заставил прейти в себя. Когда рука бессильно повисла поперек тела мужчины, глаза жены распахнулись. Фиолетовые хрусталики настороженно осмотрели мужа. Скоростная съемка в памяти воспроизвела отчетливо события утра, тупая боль в ступнях добавила мельчайших деталей в картинку. В голове Юли загорелась красная лампочка, ведь потребуются ответы. Она точно знала, что ее невыносливая головная боль не лучшая отмазка ее неадекватных действий. Кстати, голова не болела, механизмы в нем работали слаженно и четко.
– Что такое? – сонно узнала Юля и расстерянно огляделась по сторонам. – Почему ты так стоишь?
Хамин долго всматривался в лицо жены, Юля продолжала невинно и ведомо смотреть в глаза мужа. Проходило время, но она продолжала играть роль глупой, невинной овечки. Ведь иного выхода не было, как изображать себя таковой. Ей повезло, что с недавних пор Юля стала первоклассной актрисой.
– Ты ничего не помнишь? – с недоверием спросил Хамин.
Влага покрыла фиолетовые зрачки женщины, ее губы практично бессвязно поинтересовались:
– Хамин, что произошло? Я ничего не помню. Произошло что – то серьезное?
Пару секунд мужчина не отвечал ей, только через короткое молчания недоверия в глазах испарилось, освободив место сочувствию.
– Все хорошо, – наконец ответил он. – У тебя произошло небольшое помешательство, но уже все хорошо. Только… ты немного поранила ногу, ноги и несколько дней тебе надо полежать. У тебя болит голова?
Юля глубоко задумалась и, посматривая на свои замотанные ступни, медленно отрицательно помахала головой.
– Не болит, – с полуулыбкой ответила Юля. – Странно.
В дверь вдруг постучали, Юля резко повернула голову в ее сторону. А Хамин энергично зашагал на выход. Потом тот тихо открыл дверь и вышел наружу. Она терпеливо ожидала появления Хамина вновь, однако в комнату зашел Расон. На вопросительной взгляд Юлии, полукровка сразу ответил:
– К повелителю приехал гость. Ему пришлось спуститься к нему.
– Хорошо, – коротко отрезала она, вдруг расстроившись или вернее сказать, изобразив такую маску. Не могла же она открыто ликовать, что ей не пришлось ничего объяснять мужу. Хотя Юле стало легче и спокойней, потому что все – таки ее игра удалась. Появилось желания остаться одной и поспать, но вдруг Расон заговорил:
– Юль, что происходит? Ты можешь мне сказать, я могу найти решения. Или посоветовать. В последнее время тебя что – то явно тяготит.
Она задумчиво уставилась на полукровку. Ее старый друг всегда приходил на помощь, когда Юля к нему обращалась. Однако это был приближенный подчиненный повелителя и служил ему верой и правдой. Поэтому секретничать с ним она не спешила. И вообще за все десять лет, единственный, кто знал ее, как облупленную лежал в вегетативном состояния на пол замка от них. У нее никогда не было подруг, и здесь за десять лет не появилась. Единственная женщина в ее окружении, с которой она могла непринужденно поговорить, была Агнесс. Единственный секрет, который нас связывал, раскрылся вчера, его свидетель насмерть разбился, упав с крыши. Вдруг ей остро захотелось посетить Агнесс…. схватить за волосы и потребовать объяснения. Как этот листок с книги попал Лиону? Второй такой книге не могло быть в природе, потому что она взяла тот том о полумировцах в редких, единичных экземплярах. Десять лет назад Юля с трудом попала в секретную библиотеку, нужная страница была аккуратно вырвана. Агнесс должна была ее уничтожить, как они договорились. Но «подруга» оказалась не так проста и оставила себе прямое доказательства ее вины.
– Меня мучают головные боли, – призналась хмуро Юлия, обреченно опустив глаза в пол. – Как и в прошлую беременность, ничего особенного.
– Ничего особенного? – заметно удивился Расон. – Сейчас болит?
– Нет, – ответила уверенно она. – По утрам и ночью бывает.
– С этим можно попытаться что – то сделать, – уверил ее полукровка, когда сел напротив. – Есть одна не изученная методика гипноза, я прочитал о ней недавно.
Юля устремила подозрительный взгляд на полукровку, глаза невольно сощурились. Она пыталась сканировать мысли Расона, потому что восприняла его предложения за ловушку. Ведь даже школьник знает, что под действием гипноза можно выведать многое. А если Расон хочет вывести ее на чистую воду, а не помочь?
– Бред, – выплюнула она и убрала взгляд в бок, в окно.
Тут ее глаза резко расширились и дыхания вдруг приостановилось. Лютый ужас быстро вырос в душе и стремительно поглотил все ее существо. Сердце тоже едва не остановилась, замедлив на пару секунд свое бегство в груди. На мгновения появилось стойкое ощущения, что сейчас упадет в обморок от нахлынувших отравляющих чувств. Кровь в жилах остановилась, и сразу закипела, сердце очнулось, продолжила бег, только теперь бег на истощения, будто в предсмертной гонке. Побледневшим на три тоном лицом она встретилась с летящим прямо в ее окно полудраконом. Лионом!
Неосознанно Юля вскочила с кровати и унеслась прочь на несколько метров подальше и когда обернулась, то успела увидеть только веселую ухмылку на лице хозяина полудраконов, вскоре тот резко опустился ниже. Ее взгляду предстояли множество летающих существ. Небо потемнело, пустив сильную, ужасающую тень в комнату к потрясенной женщине. Только одна догадка появилась в голове Юли, способная объяснить такой переполох: Лион решил отомстить, пойдя на замок штурмом. Тогда почему летающие существа были не полудраконами? Всадники, нюхчи, полукровки, амазонки, лодасты. Все ветви слетались к замку, постепенно снижаясь к воротам.
Расон встал с места и с непередаваемым ужасом глядел на эту суматоху, загородив собой Юлю. Вскоре в комнате посветлело, поток летающих существ иссяк. Полукровка обернулся к Юлии, совершенно бледный и шокированный. Глаза в устрашающем выкате устремились на женщину, дрожащий голос рассеяно велел: