Анастасия Привалова – Вспомни меня, если сможешь (страница 6)

– 2:43, – хрипло ото сна она произнесла вслух время и потерла глаза другой рукой.

Позднее время заметно удивило ее, а рука, недавно протиравшая глаза в надежде стереть наваждения и увидеть другие цифры, коснулась противоположной стороны кровати. Пустая, прохладная простынь обожгла ее кожу, осознанием, что Олег никогда не засиживался допоздна. Он всегда ценил свой отдых и не пренебрегал им ради своего здоровья. Как мужчина утверждал соблюдения режима это несомненно было неотъемлемой частью повышенной продуктивности на весь следующий день.

Сильно захотелось выяснить причину нарушения режима, ведь ее не оставляло отравляющее предчувствия чего – то плохого. И чем дольше она лежала, тем, это ощущения интенсивней нарастало, угрожая полностью поглотить ее душу и разум. Не хотелось развития тревоги, но она даже не представляла, как самостоятельно выберется с постели и взберется на инвалидную коляску.

В следующую секунду Аня включила фонарик на айфоне и положила гаджет светом наверх. В комнате появилось достаточное освещения, одеяло откинулось в сторону. Взгляд упал на истощенные ноги, вид ей не нравился, более того, он вызывал у нее отвращения и гнев. Она сдавила зубы друг на друге и с ненавистью уставилась на свои конечности. Обратно появилось нечто похожее на отрицания реальности, ведь ее ноги не могут так выглядеть. Всю жизнь она видела стройные, здоровые, подкаченные ножки, а сейчас, что перед ней? Как они смогут восстановиться? Когда начнут выполнять свою функцию и вообще начнут ли?

Любопытство и тревога не отступала. Именно они и капелька гнева и ненависти на себя помогли ей выбраться из постели и упасть в рядом стоящее инвалидное кресло. Правда ничего не получалось с первой попытки, и даже не со второй. Приземлившись грубо, и мимо кресла Аня выругалась и с усилием взобралась на него. Часто и сбивчиво дыша, она немного отдохнула от повышенных внезапных усилий. Голова кружилась, немного побаливало бедро, на которое она грохнулась в постели недавно. Это вызвало на ее лице невольную улыбку. Это казалось одновременно чудом и признаком возможности восстановления, ведь одна нога сложно, неохотно, но слушалась ее. Она функционировала, еще Аня чувствовала боль в бедре. Ощущать хоть минимально свои ноги ей понравилось. Волна тепла от появившейся надежды прошлась по телу и немного взбодрила тела, сняв часть усталости.

Достаточно отдохнув, она вспомнила о своей цели и нажатием кнопки привела инвалидную коляску в движения. Через пару мгновений, она уже пересекала небольшой коридор и выехала в кухню, которая ослепила ее глаза своим ярким, дневным освещением пяти мощных лампочек в люстре. За столом она заметила Олега, понуро опустившего голову на однотонную скатерть и высматривая там что – то очень внимательно. Вскоре и вскрылась и причина его такого поведения, ведь рядом в прозрачном бокале виднелась коричневая, без сомнения крепленая жидкость.

– Олег! – потрясенно выдохнула Аня и сразу же наткнулась на затуманенный алкогольными парами взгляд мужа. Ее сердце гулко забилась, она едва узнала своего супруга, потому что первый раз видела того пьяным. Олег призирал алкоголиков и всегда придерживался мнения, что алкоголь, для слабых. И что она видит? Ее муж ослабел волей, потому что его идеальная, комфортная картинка разрушилась. – Ты же не пьешь.

Остекленелый взгляд хмуро остановился на ее лице. Анне даже показалось, что в глазах мужчины промелькнул стыд, но его тут же перекрыло отчаянье и… слезы. Да, его глаза повлажнели, опьяненное сознания оказалось не в силах держать маску спокойствия и смирения сложившейся ситуацией.

– Ты не видишь, что происходит? – с усилием сглотнув слюну, обреченно поинтересовался мужчина. Из его глаз никак не могли вытечь слезы, они застряли в глазницах. Аня взирала на это явления и где – то на подкорке сознания промелькнула мысль, что эти частички влаги были выдавлены специально для нее.

– Слава господи глаза остались целыми и невредимыми, – буркнула себе под нос Аня, когда отвела свои глаза в пол. – Или наоборот, – глубоко задумалась она, вспоминая свои жуткие видения.

Воцарилось молчания, Олег допил виски и громко поставил бокал обратно на стол. Ане вдруг тоже жутко захотелось выпить, только инвалидное кресло не давало ей этого сделать. Ей казалось как – то неправильно пить алкоголь, сидя в таком месте.

– Анюта, я все ровно тебя люблю, – вдруг искренне признался Олег. – Я всегда тебя любил и люблю, именно это тебя и сгубило. Как тебе не повезло оказаться тогда с подружками в клубе «Глобус».

Это признания полностью отбыло желания утопить мозг в алкогольных парах. Ей захотелось работать над собой и восстать из пепла, если она все еще такая кому – то нужна. Названный клуб никак не мог воспроизвестись в воспоминаниях, как бы она не старалась. Но сердце подсказывало, что это было место их знакомства. Однако само место и подробности не вырисовывались в памяти. Эти странности она охотно спихнула на аварию и кому.

– Я не помню никакого клуба, – робко призналась женщина. – Это место, где мы познакомились?

Серые глаза мужа вмиг протрезвели и более осознанно перевелись на нее. К ее удивлению алкогольный блеск в них потух и тот заметно задумался. По мере его размышлений лицо все бледнело и бледнело, пока не превратилось в равнодушную, холодную маску.

– Да, – наконец уверенно ответил он. – Я и сам уже забыл, как выглядел тот клуб.

Олег встал, схватил свой пустой бокал со стола и подошел к раковине, тщательно намывая его и протирая сухим, вафельным полотенцем. Белоснежная ткань терла стенки бокала до хруста, даже выпивший Олег оставался Олегом. Целых десять лет они казались всем самой счастливой, можно сказать образцовой парой. Что было до этого, Аня не могла вспомнить, как бы ни старалась. Как они познакомились? Какая у них была свадьба? Где и когда?

Хруст стенок от сосредоточенного трения бокала полотенцем продолжался. Мужчина изредка вглядывался в стенки, возвышая его на уровне глаз и неудовлетворенный результатом, продолжал упорно стараться. Аню затошнило, она поморщилась. До дурноты это действия что – то неприятно напоминало ей. За десять лет, конечно, это действия происходило не единожды, но… почему оно кажется таким знакомым и раздражающим? Ее сознания стало мутнеть, от изнуряющей тошноты и беспокойства, ее буквально вырубило.

Она оказалась в помещении, где играла громкая музыка, мелькала перед глазами цветомузыка. Аня посмотрела на себя и увидела на себе маленькое, черное платье. Находилась она за борной стойкой, на противоположной стороне от нее стоял Олег. Молодой, весьма привлекательной внешности парень в белой, классической рубашке и черных брюках. Этот деловой наряд выглядел так, словно был сшит для него или даже придуман для него. Девушка, а именно молодая Аня залюбовалась барменом. Тот тщательно протирал белым, вафельным полотенцем бокалы и пронзительным взглядом сверлил роскошную посетительницу, стоявшую напротив.

Аня же, миловидная, хрупкая блондиночка смахивала на восходящую, голливудскую звезду. Ее натуральный, роскошный блонд сверкал от разноцветных огней цветомузыки, так, что захватывало дух. А ангельское личико с голубыми, ясными глазами и аккуратненькими, розовыми губками привлекало всеобщее внимания всей мужской половины танцевального зала. Девушка не намеренно восхищала всех своей натуральной, необычной красотой и изящностью, с которой двигалась. Она словно танцевала, но не какой – то вульгарный, легкий танец, а настоящую, превосходную классику. Этот юный лебеденок заворожил парня с первого взгляда. Бармен вдруг опомнился и лучезарно улыбнулся:

– Вам налить что – нибудь выпить? – поинтересовался с особой заинтересованностью он, все еще протирая до крипа свои бокалы.

– Хватит их тереть, – с улыбкой попросила Аня. – Они уже могут годиться стеклами для микроскопа.

Парень отложил бокал в сторону и, нагнувшись, шепнул, почти в ухо девушке:

– Зато они могут годиться и для онкобольных посудой, потому что особо чистые. Я хочу угостить вас авторским коктейлем. Очень слабенький и очень вкусный, позволите?

Анюта серьезно кивнула и зацепилась взглядом на приготовлении особого коктейля парнем. Через считанные секунды загадочная, розовая водичка в красивом, стерильном бокале досталась ей. Девушка попробовала напиток и удовлетворенно хмыкнула:

– Спасибо, реально вкусный. Что там за приправа такая необычная?

– Это секрет, который есть возможность узнать только моей девушке, – многозначительно осмотрев Анюту, ответил Олег.

Аня улыбнулась, потягивая с трубочки коктейль. Подняв взгляд вверх, наткнулась на светящейся голубую табличку «Глобус».

«Встреча состоялась, – пронеслось у нее в голове мимолетно. – А секретный ингредиент коктейля манипуляция. Как можно не узнать манипуляцию?»

– Аня, – негромко позвали ее снова.

Резко женщина вернулась назад и странно посмотрела на стоящего перед ней мужа. Олег показался уже совершенно трезвым. Красивое, родное лицо вопросительно взирало на нее. «Почему та встреча оказалось роковой по его мнению? – задумалась женщина, припоминая недавний пьяный диалог супруга. – Потому что потом по его вине она попала в аварию?»

– Пойдем спать, – велел ей Олег и, встав за спиной, покатил ее коляску в сторону спальни.