Анастасия Пименова – Отчаяние (страница 1)
Анастасия Пименова
Отчаяние
Глава 1
Знаете, какое первое правило выживания? Никогда никому не доверять.
Так вот – я неоднократно нарушала его.
Вытираю тыльной стороной ладони пот с лица и морщусь от слишком яркого солнца, которое сегодня решило поиздеваться надо мной сильнее. Жара в последние дни и так стоит невыносимая, а сегодня воздух настолько раскален, словно я вдыхаю пламя огня.
Облизав пересохшие губы и позволив себе минуту слабости, иду дальше, уже видя впереди первые тени от высоких зданий, которые удалось сохранить и отреставрировать после десятков лет простоя. Да, они потеряли былое величие, ведь я видела на старых сохранившихся фотографиях их прежний блеск, но всё равно каждый раз заставляют меня замирать и удивляться масштабу и тому, что ранее люди такое создавали.
Я живу вместе с младшим братом, мамой, которая дома появляется всё реже на окраине Архейнхола, там, где самое высокое сооружение – больница, состоящая из трех этажей. Но раз в месяц на протяжении уже восьми последних месяцев мне приходится выбираться сюда, чтобы получить своё и лекарство для брата. Кафоликон. Вот, как называется то, что каждый человек обязан принимать раз в девять дней, чтобы не стать
Только совершеннолетние, достигшие девятнадцати лет, могут получать его для себя и своих близких, выполняя месячную работу. Дети тоже работают с восьми лет, потому что мы не имеем права работать более за них. Однако, они не могут получать кафоликон, только кто-то из взрослых. Бывали случаи, когда даже родственники крали лекарство у своих же детей и последние… умирали, если везло, а если нет, то менялись.
Раньше мы с мамой по очереди ходили за этим препаратом, но последние два месяца это приходится делать мне, добираясь сюда в свой единственный выходной за семь дней. Возможно, мама поняла, что я уже выросла и переложила заботу о брате на мои плечи, возможно, мы просто ей надоели за столько лет, возможно, теперь ей приятнее общество Кларка, её нового парня. Не могу точно сказать, почему она изменилась, но это произошло именно после его появления. Человека, которого я терпеть не могу, как и Тобиас, мой брат. Через восемь лет ему исполнится девятнадцать, и он сможет это делать сам. Я очень надеюсь, что к этому времени нас уже не будет в этом месте.
Я провела всю свою жизнь, в Архейнхоле и ни разу не покидала его, потому что не самоубийца, но с каждым разом становится всё труднее получать нужное количество препарата для поддержания иммунитета. Работы становится больше, а запасов меньше. Поэтому у меня в планах через полгода работы покинуть пределы Архейнхола вместе с братом и мамой. Кларк в этот список не входит, и мне на него наплевать. Куда мы в таком случае отправимся? Туда, о чем я лишь слышала и видела в собственных снах, таких же редких, как и дождь здесь.
В мире сохранилось всего четыре квадранта, хотя раньше их было в восемь раз больше, но за последние двадцать лет численность резко сократилась.
Архейнхол, Гристоун, Самервоул и наконец – Фрейзхол. Именно последнее место является конечной точкой в моем пути. Почему из четырёх квадрантов именно Фрейзхол? На это есть несколько причин.
Первая и самая важная – препарат. Там он есть в таких количествах, что раз в несколько месяцев его выдают в небольших дозах всем нуждающимся. То есть, случись что со мной или с мамой, Тоби сможет не беспокоиться о том, что умрет или… изменится.
Вторая – работа. Это самый молодой квадрант из оставшихся четырех, поэтому я слышала, что там открываются новые госпитали для больных и другие места, о которых когда-то только читала, о том, что было лишь в прошлом, но сейчас понемногу возрождается.
Третья причина – безопасность. Фрейзхол находится в самом отдаленном месте земли, поэтому обратившемся добираться туда очень сложно, но возможно.
И четвертая причина – океан. Я слышала, а также сверяла карту, что четвертый квадрант затрагивает определенную местность, благодаря которой есть выход к океану. Да, климат там намного холоднее, но это также является плюсом. Моя ещё одна мечта – увидеть океан.
Уже поднимаюсь по ступенькам и на пути мне встречаются слишком много людей с оружием. Сейчас этим никого не удивить, поэтому оружие есть почти у каждого, но оно стоит дорого. В нашей семье лишь один пистолет с семью пулями, и то за него пришлось отдать пять месячных доз препарата, помимо обычных денег. Стоит ли говорить о том, сколько стоит машина в наши дни? Сегодня я не взяла его с собой, потому что не вижу смысла. В центре Архейнхола преступлений практически не бывает, потому что никто не желает отправиться за его пределы в случае наказания.
Когда я уже оказалась в холле здания, то выдыхаю и после шумно вдыхаю, чувствуя, что здесь работает кондиционер. Из всех места в Архейнхоле, кондиционер есть только тут, насколько мне известно.
Людей внутри тоже предостаточно, и все выглядят… все отличаются друг от друга. Есть военные, которых можно опознать только по обуви, потому что вся остальная одежда у них разная. В основном они охраняют территорию квадрантов изнутри. Платят им хорошо, но недостаточно, потому что некоторые позже становятся… самоубийцами, то есть теми, кем в ближайшем будущем планирую стать я.
Самоубийцы – так называют тех, кто отчаивается и отправляется за пределы квадрантов в поисках лучшей жизни.
Есть еще и другие, кто почти постоянно находится за пределами квадрантов, не самоубийцы, потому что их специально обучают выживанию в тех условиях, их зовут ликторами. Мне мало что о них известно, потому что никогда никого из них не встречала, но знаю, что в их ряды каким-то образом отбирают только мальчиков, которые остались сиротами. Вот ещё одна причина, почему я хочу в Фрейзхол. Отсутствие ликторов. То есть, в случае нашей с мамой смерти, Тоби не попадет к ним в руки.
Из лифта выхожу на пятый этаж, после прислоняю пропуск к двери, который есть у каждого жителя Архейнхола, и оказываюсь в белоснежном коридоре, на этот раз видя людей в белоснежной форме и обычных рабочих, как я в потрепанной одежде, потому что раздобыть новую сейчас сложно, но возможно. А покупать… это только зря тратить лекарство.
Я присаживаюсь на один из свободных стульев рядом с каким-то мужчиной и ожидаю своей очереди, заранее приготовив свой и браслет брата, по которому отслеживается показатель эффективности нашей работы. У меня он равен восьмидесяти семи процентам, а у Тобиаса шестидесяти девяти. Выше среднего, поэтому я должна буду уйти сегодня минимум с девятью дозами, так как я заработала шесть, а брат три. Этого нам должно хватить на сорок дней на двоих. Я смогу отложить одну капсулу про запас.
– Элиас Пасон, – звучит голос через громкоговоритель, назвав следующего человека, который должен зайти в комнату и получить лекарство.
Мужчина рядом со мной поднимается со своего места, кашляя и вытирая рукавом сопли, которые почти вытекли из его носа. Его волосы очень грязные, как и одежда, поэтому я задумываюсь, когда он в последний раз принимал душ. Я стараюсь на этом не экономить и плачу за это раз в неделю, чтобы тщательно простирать одежду и помыться самой. Обычно на каждый дом, в котором около тридцати комнат, приходится две душевые комнаты. Одна для мужчин, другая для женской половины.
Теперь оттуда выходит женщина, которая нервно оглядывается по сторонам и застегивает куртку. Да, куртку в такую жару. Вероятно, она спрятала под ней лекарство, которое только что получила, боясь, что, несмотря на военных, всё равно кто-то решит у неё его украсть.
– Эйвери Рид, – слышу свое имя и встаю, заходя туда, откуда недавно вышла женщина.
Комната внутри большая с высокими потолками и несколькими прозрачными экранами, их девять, если быть точной. За ними сидят люди в белых халатах, которые и выдают нам кафоликон.
Прохожу к единственному свободному, вновь замечая, что мужчина с грязными волосами стоит рядом и ждёт, пока ему выдадут его дозировку, нервно стуча ногой.
– Эйвери Рид, – представляюсь ещё раз женщине, сидящей по ту сторону стекла, – так же мне нужно получить препарат для моего брата Тобиаса Рида.
– Прислоните ваш браслет, мисс Рид, – не выражая никаких эмоций и даже несмотря на меня, говорит женщина, и я делаю, как она велит.
Браслет небольшого размера, его обязан носить каждый работник, именно в нем заложен, как я упоминала выше, наш коэффициент производительности. Он обновляется раз в неделю и складывается из нескольких факторов. Я ещё не видела ни одного человека, чтобы он достиг отметки в сто процентов.
– Хорошо. Теперь вы можете приложить браслет Тобиаса Рида.
Почему придумали какие-то браслеты?
Во-первых, таким образом можно хотя бы примерно отслеживать численность людей в квадранте. Если человек постоянно выходит на работу, то это также отображается в браслете. То есть, человек все ещё живет в Архейнхоле, работает, он жив. Если данные с его браслета не поступают в течение двух недель, к нему домой отправляют военных для проверки состояния. Чаще всего именно так и находят трупы людей, от которых позже избавляются путем их кремации.
В случае, если ты собираешься покинуть пределы квадранта, то тебе нужно записаться в список самоубийц, потому что просто так выйти и зайти никто не может. У них изымаются браслеты и раз в неделю набравшуюся группу людей отвозят в неизвестном мне направлении, потому что я не знаю ещё ни одного человека, который вернулся бы обратно и всё рассказал. Если верить слухам, гуляющим по Архейнхолу, то самоубийц высаживают в сотнях милях от предела квадранта. После транспорт уезжает обратно, а дальше там каждый сам за себя.