Анастасия Пименова – Легион (страница 5)

Вот и всё.

Сжимаю зубы так, что начинает ныть челюсть.

Отлично. Просто прекрасно.

Следую за ним, потому что, как оказалось, у меня нет других вариантов. И потому что, чёрт возьми, я уже слишком далеко зашла, чтобы сейчас начинать сомневаться в каждом его слове. Правда, сомнения никуда не деваются. Наоборот, их становится больше, как и чертовой крови. С каждым шагом она действительно только прибавляется. Где-то кровь густая, почти чёрная, где-то ещё влажная, блестящая в тусклом свете, который просачивается сквозь трещины.

Она есть не только на полу, но и на закругленных бетонных стенах с небольшими, размером в несколько дюймов, дырками.

Пальцы скользят по холодному бетону, и я резко одёргиваю руку, когда понимаю, что коснулась чего-то липкого.

Сердце сбивается с привычного ритма, и, наверное, Блейк слышит это, потому что даже оборачивается. Он и правда продолжает слушать моё сердцебиение? Да, я знаю, что сама предложила, но это… необычно и отчего-то неловко. Как будто мне забрался кто-то в голову, точнее, не в голову, а под кожу.

Я больше не смотрю туда, иду дальше.

Запах становится… невыносимым. Сладковато-приторным и одновременно разлагающимся, таким, от которого поднимается тошнота и каждый вдох превращается в испытание.

Я ловлю себя на том, что начинаю дышать чаще и тут же пытаюсь это остановить. Однако, тело уже не слушается так, как раньше. Хочется закашлять, чтобы вытолкнуть из себя данный запах вперемешку со вкусом, который уже осел где-то на языке и в лёгких.

Если сделаю это, то с высокой долей вероятности нас услышат. Да? Проверять как-то не хочется, поэтому проглатываю данное желание.

Мы идём дальше, оставляя за собой… черт знает, какое расстояние. Мне так и продолжает казаться, что мы бродим здесь вечность. Только лучше не становится.

Ранее я убрала молоток себе за пояс, поэтому сейчас обе мои руки оказались свободными. Касаюсь запястья и чуть не всхлипываю от боли. Не могу сказать, сломано оно или нет, но почему-то по ощущениям кажется, что да!

Немногим позже пространство впереди расплывается на две тёмные полосы, уводящие в разные стороны. Блейк, как и прежде, без предупреждения останавливается, и я едва не врезаюсь в его спину, успевая затормозить в последний момент.

Опять слушает, а мне так и хочется у него спросить, что именно он слышит? Мутантов? Людей? И то, и другое? Не уверена, что нам надо к людям. Пока моё общение с ними как-то не задалось, почти каждый, кого я встречала, пытался убить меня.

Мужчина делает шаг влево, и я не спорю, о чем позже жалею, когда мы проходим совсем немного, несколько шагов, может, чуть больше, когда я замечаю это.

Рефлекторно тянусь вперёд и касаюсь руки Блейка, сжимая пальцы, заставляя тем самым остановиться.

Все из-за человеческого тела, которое лежит боком, почти поперёк прохода, будто человек упал и больше не смог подняться. Одежда тёмная, пропитанная, прилипшая к коже. Лицо… я различаю его не сразу, а когда свет, пробивающийся сквозь дыры в бетоне, скользит по нему под нужным углом. И лучше бы я не видела. Кожа уже изменилась. Не полностью и не до конца, но достаточно, чтобы понять, что он здесь не первый день. Неделя примерно, наверное. Вообще, без понятия, я не умею определять по трупу, когда наступила смерть. То, что было с Райаном и с мамой - исключение. Они оба находились в закрытом, и, что важно, в сухом помещении, а не здесь, где все пропитано сыростью.

Поэтому, может быть, всё-таки больше недели. Но точно не свежий.

Я сглатываю, чувствуя, как в горле вновь поднимается тошнота, и перевожу взгляд дальше. Зря. Потому что там не одно тело. Их больше. Сначала два, после три. Потом… я перестаю считать.

Они раскиданы по туннелю, как выброшенные вещи, в неестественных позах, перекрывая проход, упираясь в стены, лежа друг на друге, в грязи и в крови. Свет, пробивающийся сквозь дыры в бетоне, только ухудшает картину. Я вижу и глубокие следы укусов, где-то более рваные… на шее вообще, к примеру, нет куска плоти, поэтому несложно догадаться, что человек умер от кровопотери. На другом трупе какое-то кровавое месиво на животе, я не могу сосчитать точное количество оторванных кусков, зато прекрасно вижу… срань. Кишки. Да, это впервые, если не брать в расчет фильмы ужасов, которые мы тайком смотрели с Акселем в детстве. Тогда мне казалось нереальным нечто подобное, что кишки могут так торчать из тела или что их действительно так много. Оказывается, все реально.

Всех этих людей просто… разорвали.

Я чувствую, как пальцы рефлекторно сжимаются сильнее на руке Блейка.

Сколько их здесь? Откуда они все?

Харви… Он согнал сюда стольких людей? Отправил их в чёртов лабиринт, как скот? Или… они сами спустились всей толпой в надежде на спасение, что тут удастся переждать апокалипсис? И наткнулись на то, что ждало их здесь, то есть уже на изменившихся людей. Или кто-то был заражен уже из группы?

Я могу придумать десяток вариантов и каждый будет хуже предыдущего, правда, ни один из них ничего не изменит. Они все уже мертвы.

Думаю о Джаксе и сразу понимаю, что не смогу проверить каждого. Не смогу остановиться у каждого тела, наклониться, разглядеть и убедиться. Даже если попытаюсь, это займёт слишком много времени, которого у нас нет. Да и не уверена, что смогу осмотреть всех этих людей, вернее, то, что от них осталось.

Губы пересыхают.

Я наклоняюсь чуть ближе к Блейку.

- Здесь… тела, - шепчу едва слышно. - Одни тела.

Вместо какого-либо ответа Блейк поворачивает голову, прислушиваясь не столько к моим словам, сколько к тому, что нас окружает. Словно все эти трупы резко оживут и встанут. К черту.

Если я надеялась на здравый рассудок у Блейка, то зря. Похоже, у него его просто нет, ведь мужчина направляется дальше, спокойно переступая через первое тело. Дальше - через второе. Через третье. Приходится опять идти за ним.

Сама замечаю, как он на долю секунды теряет равновесие, а потом снова собирается, продолжает идти, будто ничего не произошло. То, что он не упал рядом с первым трупом, уже достижение. Как он понимает, где лежат тела, если не видит, а от них нет никаких звуков?

Блейк замедляется, а после говорит мне:

- Обойди меня и возьми за руку, Джин.

- Зачем…?

- Нужно ускориться, - выдыхает он, и это звучит как факт. - Я могу оступиться. Ты поведёшь.

Ускориться?

Я уже открываю рот, чтобы спросить, куда ещё быстрее, если мы и так едва не падаем на каждом шаге, но в этот момент где-то в туннелях, раздаётся крик… один. Второй. Сразу несколько, накладывающихся друг на друга, рвущихся и явно нечеловеческих, но… слишком похожих. Почему-то кажется, что не таких далёких.

Чёрт.

Из груди вырывается прерывистый выдох, машинально киваю, хотя мужчина этого не видит, и обхожу, находя его руку, которую крепко сжимаю, чувствуя, как пальцы Блейка сразу же напрягаются в ответ, цепляясь за мои.

- Держись, - бросаю коротко, сама не зная, кому именно это говорю. Глупое слово. Будто я смогу нас двоих вывести отсюда.

Да, тут не кромешная тьма, но это нам несильно то и поможет.

Глава 3

Первые несколько шагов мы просто идем, а затем срываемся не в полноценный бег, здесь это невозможно, а в какое-то неровное движение вперёд, где каждый шаг будет являться либо удачей, либо шансом сломать себе шею.

Тела под ногами никуда не делись.

Я чувствую их.

Мягкость там, где её быть не должно. Скользкие участки. Что-то, что прогибается под подошвой, и я не позволяю себе даже на секунду представить, на что именно наступила.

Дыхание сбивается, превращаясь в резкие, короткие вдохи, которые царапают горло и отдаются болью в груди. В висках стучит так, что я почти не слышу ничего другого… почти. Потому что крики становятся ближе. Громче…? Не знаю.

Сложно определить из-за эха, поэтому мысленно надеюсь на то, что слух Блейка не даст осечку.

Сколько мы так сможем пройти? Минуту? Две? Или всё закончится на следующем повороте?

Я тяну его дальше, чувствуя, как хватка мужчины на моей руке становится то сильнее, то слабее. Он держится, но я понимаю, что ему тяжело из-за множества звуков.

- Чёрт… - вырывается у меня, когда я в очередной раз едва не падаю, цепляясь плечом за стену.

Впереди туннель резко уходит в сторону. Развилка! Куда же без неё!

Я торможу слишком резко, разворачиваясь на месте.

- Тут развилка. Куда? - выдыхаю, почти захлёбываясь воздухом. Приходится и так максимально сокращать слова, выбирая односложные предложения, чтобы не сбить его и не сделать хуже.

Пока Блейк долгие секунды продолжает молчать, где-то позади раздаётся новый крик… уже совсем близко, такой, от которого по спине проходит холод.

- Блейк!

Он резко поворачивает голову, будто ловит что-то, что я не могу ни услышать, ни понять, после чего коротко кивает в сторону одного из проходов.

- Туда.

Туда, так туда.

Мы сворачиваем и снова вперёд.

Бег выходит ещё хуже, больше напоминающий не просто хаотичное движение, а борьбу за каждый последующий шаг.

Я почти тащу его, иногда он тянет меня в ответ, когда я оступаюсь, и на мгновение кажется, что мы вот-вот оба рухнем.

Крики не исчезают, наоборот, черт возьми, они становятся ближе.